История сексуальности 2. Использование удовольствий - Мишель Фуко

девушек в очень юном возрасте (часто около пятнадцати лет) отдают мужчинам, которые зачастую старше их вдвое, супружеская связь, для которой oikos служит поддержкой и контекстом, принимает форму своеобразной педагогики и управления поведением. Это область ответственности мужа. Когда действия жены, вместо того чтобы приносить мужу пользу, причиняют ему одни убытки, на кого следует возложить вину за это? На мужа. «Если овца плоха, то обыкновенно мы виним пастуха <…> и у лошади если есть недостатки, мы браним всадника; что же касается женщины, то если муж ее учит добру, а она дурно ведет хозяйство, то, конечно, по справедливости на жену падает вина; но если он не станет учить ее хорошему и она ничего не будет знать, тогда не падает ли по справедливости вина на мужа?»[285]

Мы видим: отношения между супругами не рассматриваются отдельно и сами по себе. Они не берутся исходно как просто связь живущих вместе мужчины и женщины, которым, кроме того, иногда приходится заниматься домом или семьей. Ксенофонт долго обсуждает характер матримониальной связи, но в основном косвенно, контекстуально и технически; он рассматривает ее в рамках oikos’a, как аспект компетенции мужа, на котором лежит ответственность (у)правления [la responsabilité gouvernementale], и стремится описать, каким образом муж сможет сделать из своей жены сотрудницу, участницу в хозяйстве, sunergos, которая ему необходима для осуществления разумной домоводческой практики.

Доказать, что этой технике можно научить, предложено Исхомаху; для того чтобы иметь возможность обосновать свой метод, Исхомаху достаточно быть «хорошим человеком», ни больше ни меньше. Когда-то он оказался в такой же ситуации, в какой сейчас находится Критобул; он женился на совсем юной девушке (ей было пятнадцать лет), и полученное ею на тот момент воспитание научило ее лишь тому, как делать плащ из шерсти и раздавать пряжу служанкам[286]; но он настолько хорошо выучил ее всему, что необходимо, и сделал из нее настолько ценную сотрудницу, что теперь может доверить ей заботу о доме и спокойно заниматься своими делами, будь то в поле или на agora – то есть в тех местах, где должна осуществляться деятельность мужчины. Исхомах, таким образом, собирается сделать своего рода «доклад об экономике» – то есть об искусстве заведовать oikos’oм. Перед тем как перейти к советам относительно организации дела на земельном участке, он, естественно, говорит о доме в собственном смысле слова; руководство домом должно быть хорошо отлажено, если вы хотите, чтобы у вас оставалось время для занятий стадами и полями, и не хотите, чтобы весь вложенный в эти занятия труд пропал зря по причине беспорядка в домашнем хозяйстве.

1. Говоря о принципе, лежащем в основе брака, Исхомах приводит слова, с которыми он обратился к своей молодой жене по прошествии определенного времени с момента свадьбы, когда она уже «привыкла» к мужу и «была ручной, так что можно было говорить с ней»: «…С какой целью я взял тебя и твои родители отдали тебя мне?» И сам отвечает на свой вопрос: «Когда я раздумывал о себе, а твои родители о тебе, кого нам лучше взять себе в товарищи для хозяйства и детей, я выбрал тебя, а твои родители, как видно, меня, насколько это зависело от их воли»[287]. Матримониальная связь характеризуется, таким образом, изначальной асимметрией (мужчина решает сам за себя, в то время как за девушку решает семья) и двойной направленностью (дом и дети); при этом следует заметить, что вопрос о потомстве на какое-то время откладывается в сторону, и перед тем как выучиться тому, что требуется для исполнения функции матери, молодая женщина должна стать хорошей хозяйкой дома[288]. Эта роль хозяйки, как показывает Исхомах, есть роль участника в общем деле. Первоначальный вклад каждого в общую собственность не должен приниматься во внимание[289]; учитывается лишь то, как муж и жена действуют для достижения общей цели, то есть так, «чтобы и наличное свое имущество сохранять возможно в лучшем состоянии, и прибавлять возможно больше нового имущества хорошими, честными средствами»[290]. Можно отметить это подчеркнутое стремление упразднить первоначальное неравенство супругов и установить между ними отношения товарищеского сотрудничества; тем не менее мы видим, что это сообщество, эта koinonia, возникает не в самой бинарной связи между двумя индивидами, а из представлений об общей цели, каковой является дом, – как поддержание дома, так и динамика его роста. На этой основе можно проанализировать формы этого «сообщества» и специфику ролей, которые должны играть в нем оба супруга.

2. Чтобы определить функции каждого из супругов в общей организации дома, Ксенофонт опирается на понятие «крова» (stegos). Действительно, соединяя человеческие существа в пару, боги позаботились об их потомстве и о продолжении рода, о поддержке, в которой люди нуждаются в старости, наконец, о том, чтобы жизнь у них проходила «не так, как у животных – под открытым небом»; люди отличаются от животных, и «очевидно, им нужна кровля». На первый взгляд кажется, что потомство задает семье временное измерение, а кров – пространственное. Но дело обстоит несколько сложнее. «Кровля», действительно, определяет внешнюю и внутреннюю области; первая относится к сфере забот мужчины, вторая – сфера женщины. Но она также представляет собой место, где собирается, накапливается и сохраняется то, что удалось произвести; укрывать в помещении – значит думать о будущем и распределять то, что требуется, во времени, выбирая благоприятные моменты. Снаружи – мужчина, который сеет, выращивает, распахивает землю, пасет скот; он приносит в дом то, что произвел, смог прибрести или обменять. Внутри – женщина; она принимает, сохраняет, распределяет и выдает по потребности. Припасы и имущество обычно доставляет в дом муж; но их распределением и употреблением обычно ведает жена[291]. «Две роли с точностью дополняют друг друга, и отсутствие одной сделало бы бесполезной другую: „Хранение и распределение мною того, что находится в доме“, – говорит жена Исхомаха, – казалось бы, думаю, смешным, если бы ты не стал заботиться о внесении в дом чего-нибудь снаружи». На что муж отвечает: если бы здесь не было человека, хранящего внесенное, то он, муж, был бы похож на тех жалких людей, «про которых говорят, что они льют воду в дырявую бочку»[292]. Две пространственные области, следовательно, два вида деятельности и также два типа организации времени: с одной стороны (мужчина) – производство, ритм времен года, ожидание сбора урожая, необходимость правильно выбирать и рассчитывать время; с другой стороны (женщина) – хранение и использование, приведение в порядок и распределение, когда это необходимо, и, главное, правильное размещение: Исхомах подробно пересказывает все рекомендации, которые он дал своей