Как Тёша стала русской рекой. Очерки истории и топонимики Окско-Сурского междуречья - Алексей Владимирович Малышев

Местная топонимика даже после заселения верховьев Пьяны русскими говорит о тюрко-татарском прошлом этого края. Селения Тарханово, Исупово, Мангушево, Салган, Курбатово, Муратовка, Ендовище и многие другие напоминают, что эти земли были в XVI в. татарскими владениями. Регион вокруг посёлка Гагино являлся собственностью князей Манцыровых-Мансуровых и в обиходе назывались «Мансуров угол»[58].

Здесь, в «Мансуровом углу», царское войско соединилось с другими отрядами и продолжило движение к «Дубровке-озеру».

Дубровка – единственное русскоязычное название, встретившееся на пути Ивана Грозного, видимо, осталось здесь от славянских земледельцев, заселявших плодородные земли Попьянья в период могущества Нижегородского княжества и рассеянных потом внутриордынскими неурядицами.

Переночевав с 28 на 29 июля возле «Дубровки-озера» царь отвернул к верховьям рек Медяны и Медянки, чтобы продолжить покорение «Татарского поля», заселённого враждебными татарами. Разумеется, местные татары не могли оказать сколь-нибудь серьёзного сопротивления огромной армии.

Десятая остановка московского государя случилась между селениями Чембилей и Тёплый стан. Отсюда московские отряды подавили сопротивление татар Присурья. В Нижнем Присурье, долгие века подвластном тюркам, местная топонимика буквально пестрит тюркскими названиями[59]. Именно в этих местах, в районе современного села Медяны, проходил древний путь к слиянию Волги и Камы, шедший через Арзамас и Сергач. За ожесточённое сопротивление Иван Грозный приказал выселить местных татар из Присурья в «глухие места».

Закончив с присурскими татарами, царь выступил на Борончеево городище. Пройдя вдоль левого берега Суры, Иван Грозный в начале августа прибыл в район древнего города Алатыря (древнетюрк. «улатар» – «сильный, каменный город»)[60].

Этот город, основанный, вероятно, ещё булгарами, был центром огромного региона, включающего в себя весь юго-восток Окско-Сурского междуречья, восточную часть современной Мордовии и юг современной Чувашии. Неслучайно Иван Грозный стремился сюда. Он хотел лично принять клятву верности от князей-повелителей этого важного центра. Правители Алатыря – мордовские князья Еделевы – покорились государю, местное население также было приведено к присяге-шерти, не оказав сопротивления, и Иван Грозный отправился «брать» Казань.

Такая покорность мордвы имела своё объяснение. Во-первых, Иван Грозный в Свияжске в 1551 г. объявил, что всех перешедших «под руку Москвы» ждёт освобождение от налогов (ясака) на три года, а во-вторых, и это, пожалуй, важнее, жители региона надеялись на установление мира и порядка в их землях и связывали это с победой Москвы.

За полтора столетия противостояния Казани и Москвы Среднее Поволжье превратилось в настоящий театр военных действий. Летописцы зафиксировали за это время более 80 крупных походов: или казанцев на земли Москвы или московитов на владения Казани. Все эти бесконечные войны разоряли и истребляли местное население, ложились тяжёлым бременем на его плечи. В некоторых областях Поволжья хлеб не засеивали в течение 30 предыдущих взятию Казани лет, справедливо полагая, что нивы всё равно погубят. Местным жителям было необходимо установление сильной центральной власти, которую не могла организовать раздираемая внутренними междоусобицами Казань.

Мордва, татары, буртасы, чуваши с готовностью отдавали себя «под руку» московского государя, а местная знать принимала православие, отказываясь от языческих обычаев.

После краткого обзора Казанского похода Ивана IV мы можем убедиться, что Иван Грозный имеет к топонимике Волго-Окско-Сурского междуречья весьма опосредованное отношение. Присоединив край к России и положив тем самым начало массовому заселению русскими людьми Среднего Поволжья, он, несомненно, способствовал созданию последнего и самого мощного слоя местной топонимики – русскоязычного, славянского, а присоединение Казанского царства сделало Россию многонациональной страной, открыло дорогу на Урал и в Сибирь, начав в истории Окско-Сурского междуречья новую страницу – российскую.

Очерк 14.

В составе России

Завоевание Среднего Поволжья стало первым этапом борьбы Русского государства за право контроля над Великим Волжским путём. За Казанью последовали Астрахань и Новгород, и была сделана попытка (правда, неудачная) выйти к Балтике. Поволжье стало российской «базой» для присоединения и освоения Урала, Сибири и южных степей. После присоединения Казанского царства Россия из удельного княжества превратилась в одно из самых могущественных государств Восточной Европы.

Но мало было завладеть Казанью. Важно было закрепить своё присутствие в многонациональном регионе, превратить его в часть России, распространить здесь русский язык и православную веру.

Для управления территориями, входившими в состав Казанского царства, в 60-х гг. XVII в. в Москве создаётся специальное учреждение – Казанская изба, переименованная впоследствии в Казанский приказ, просуществовавший до конца XVII в. Казанский приказ осуществлял все административные, судебные и фискальные функции, ведал землепользованием и землеустройством по всей территории бывшего Казанского царства. Само оно было разделено на уезды и воеводства, во главе которых ставились назначенные Москвой чиновники. Стало воеводством и Тюменское княжество, воеводой там был назначен князь Еникей Тенишев.

И он, и другие местные феодалы, принявшие участие в завоевании Казани, были награждены вотчинами и «дачами». Беляки, бывшие в их собственности до присоединения края к Московии, закреплялись за ними специальными распоряжениями. Из местной знати наиболее крупными землевладельцами стали князья Мокшеевы, Мукшубеевы, Кильдяшовы, Еделевы, Еникеевы, Дивеевы, Енгалычевы и др. Мелкие феодалы, мурзы и тарханы, служившие Москве, также были награждены земельными наделами или оставлены в своих правах на владение старыми. Кроме того, Москва для усиления своего влияния на вновь приобретённых территориях раздала крупные земельные наделы русским феодалам. Большие угодья в Волго-Окско-Сурском междуречье получили князья Милославские, Одоевские, Черкасовы, Голицины, Воротынские и др.

Служилые московские люди, называемые дворянами и детьми боярскими, были направлены на службу в Поволжье, где получали наделы по месту службы, становясь мелкими землевладельцами[61]. Вместе с местными мурзами и казаками они составили «белую» (не облагаемую налогами) категорию населения и были обязаны являться на службу по призыву «на коне и в доспехе полном, а в дальний поход с двумя конями».

Для обработки земли и «кормления» служилого сословия привлекалось местное население: мордва, чуваша, черемиса, буртасы. Земледельцы Поволжья были объявлены «ясачными», «чёрными» (платящими налоги) людьми. То есть при сохранении личной свободы они были обязаны платить ясак (налог) в казну и на содержание владельца земли, на которой они жили и трудились. Кроме того, они должны были нести «повинности» по требованию царской администрации: ямская служба, заготовка леса, строительство крепостей, дорог, мостов, засек, причём поначалу эти повинности и ясак были не обременительными.

В случае недостатка рабочей силы мелкие землевладельцы получали от царя работников из числа выведенных из внутренних российских районов безземельных крестьян. Расселялись в Приволжье и освободившиеся из казанского рабства русские люди, уведённые в разное время в «полон» из самых разных районов Руси. Число освобождённых было огромным и не поддавалось точному учёту. Летопись говорит, что только тех, кто получил «государев корм» в Свияжске, в 1553 г. было 60 000 человек, а сколько всего получило свободу, неизвестно.

В Среднем Поволжье строилась вотчинно-поместная система хозяйства, в которой главную роль играли мелкие феодалы – «служилые люди», что абсолютно копировало хозяйственно-административную систему Золотой Орды, где военное сословие также жило и кормилось за счёт «чёрного» населения и обязано было при необходимости защищать это население и расширять владения своего повелителя. Служилые люди были зависимы только от царя, подчинялись лично ему, и это ломало старый, феодальный уклад Руси, уменьшало власть крупных землевладельцев.

Для утверждения в регионе Москве было необходимо внедрение здесь своей государственной идеологии – православного христианства. Распространение христианства началось уже во время последнего похода Ивана Грозного. Он строил церкви и крестил туземцев. Сразу после победы в Казани, которую стали заселять выходцами из Москвы, Пскова, Владимира и других русских городов, была учреждена епархия, в состав которой вошли все территории бывшего Казанского царства и Вятская земля. Главой епархии был избран архиепископ Гурий, развернувший большую миссионерскую деятельность по обращению «инородцев» в православие, но поначалу никакого принуждения не было. Сам Иван Грозный в специальном наказе к церковнослужителям рекомендовал: «Татар приучати и приводити любовию на крещение, а страхом их ко крещению никак не приводити».

Москва опасалась негативной реакции сильных мусульманских государств