Как Тёша стала русской рекой. Очерки истории и топонимики Окско-Сурского междуречья - Алексей Владимирович Малышев

В начале своего становления вольное казачество было самым демократическим и веротерпимым сословием. Ногайский или казанский татарин стоял в одном ряду с русским мужиком, беглый «сын боярский» – с разорившимся мурзой, и все они могли быть под командой бывшего холопа. Это было обычное дело в казацких куренях и юртах. К XVII в. прочно обосновавшиеся на берегах Волги и Дона казаки уходили дальше и появились на берегах Яика и Терека.

Подьячий Посольского приказа Г. Котошихин, побывав в 1657 г. у казаков, писал про них: «А люди они породою москвичи и иных городов, и новокрещёные татаровя, и запорожские казаки, и многие из них и московских бояр, и торговых людей холопы и крестьяне, которые были приговорены к казни в разбойных делах, и покрадче и пограбле бояр своих, уходят на Дон; бывшим на Дону хоть одну неделю или месяц, а случитца им потом приехать к Москве, и до них вперёд дела никакого ни в чём не бывает, никому кто что своровал, потому, что Доном от всех бед освобождаются».

Вольное казачество Дона и Волги сыграло ключевую и далеко не всегда положительную роль в событиях Смутного времени, поэтому пришедшие к власти Романовы переформатировали отношения Московского царства и казаков. Они сделали упор на регулярную армию, упразднив казаков как решающую военную силу. По мере укрепления государства Романовы постепенно лишили казаков многих льгот и прав. В XVIII в. были погашены последние вспышки недовольства казаков и упразднились последние вольности, а в XIX в. будет написана новая история казачества – «верного слуги русского самодержавия».

Всё это касается казаков юга России, но на Руси существовали и другие казаки, и появились они в то же время, что и степная вольница. Эти казаки были полной противоположностью своим «вольным» коллегам. Это городовые и служилые казаки Касимовского царства и Казацкой Орды-Мещеры, служившие Москве в XV–XVII вв. Следует полагать, что поначалу это было сословие, состоящее в основном из мещеряков, татар и мордвы, уже потом, по мере «рекрутирования» новых членов – разделившееся на две категории: потомственных казаков, называвших себя служащими «по отечеству», и набранных со стороны, называвшихся казаками «по прибору». Служа на русском пограничье до XVIII в., а в Сибири и до XIX в., «служилые» «отеческие» казаки и казаки «по прибору» внесли огромный вклад в дело освоения Урала, Сибири и Дальнего Востока.

С этими казаками связано одно из главных предприятий Ивана Грозного – сибирская эпопея. Вопреки общераспространённому мнению о «первопроходце» Ермаке, первенство начала освоения Сибири принадлежит мещерским казакам.

Когда встал вопрос о выходе в Западную Сибирь, московское правительство решило использовать мещерских «служилых» казаков. В 1557 г. из Мещеры в Сибирь для разведки был направлен отряд «служилых» татар-казаков во главе с Девлет-Ходжой и Сабаном Рязановым. После них в 1567 г. в Сибирь отправилась экспедиция во главе с мещеряком Бурнашом Ялычевым. Эти отряды были уничтожены Кучумом.

И уже в 1581 г. по инициативе купцов Строгановых был организован поход атамана Ермака. Любопытно, что в 1662–1667 гг. голландский географ Николас Витсен под видом купца пробрался в монастырь к опальному патриарху Никону. Со слов Никона географ записал предание о Ермаке, в котором говорилось о происхождении атамана. Патриарх рассказал, что Ермак был родом «из Мармица». Во всяком случае, Витсен так записал сообщение Никона, видимо не поняв его. Вероятно, здесь имелось в виду «родом из муромцев». Ермак, возможно, был выходцем из муромских краёв, то есть из Мещеры. Неслучайно одним из соратников Ермака был атаман Матвей Мещеряк. Этнограф А. Марков на основании древних актов даже допускал, что Ермак мог быть мордвином по происхождению.

В 1582 г. после первых успехов экспедицией Ермака заинтересовались в Москве, и ему была оказана помощь. Однако вскоре казаки стали терпеть поражение за поражением, и в 1585 г. Ермак погиб. Не зная об этом, в Мещере собрали в помощь для Ермака отряд во главе с князем Иваном Манцыровым (Мансуровым) и воеводой Василием Сукиным. Не найдя Ермака, они в 1586 г. зимовали в Сибири, основав Тюмень.

Дело завоевания Сибири было продолжено. В 1593 г. московское правительство, призвав «городовых» (мещерских и арзамасских) и «вольных» (волжских и терских) казаков, отправило в Сибирь крупный отряд стрельцов и казаков во главе с воеводой Андреем Елецким. Эта экспедиция в 1594 г. основала город Тара, определив в нём гарнизон из мещеряков (татар-мишарей). Вступив в противоборство с Кучумом, Елецкий вызвал подкрепление, и в 1594 г. московский воевода Борис Доможиров ушёл из Арзамаса в Сибирь со вторым отрядом.

В 1598 г. казаки разгромили Кучума на реке Ирмень и ликвидировали Сибирское царство, открыв дорогу русской колонизации. Б. Доможиров был избран атаманом Сибирского казачьего войска. Однако, не получив от Москвы обещанной награды, в 1600 г. казаки с новоявленным атаманом вернулись в Арзамас, затаив на правительство злобу.

Мещерские и касимовские казаки вместе с вольными казаками степей положили начало русскому освоению Сибири. Их участие в завоевании Сибирского царства было настолько значимым, что в преданиях местного населения об этом периоде вместо этнонима «русский» употребляется термин «казак».

Очерк 16.

Смутное время

События начала XVII в., названные Великой смутой, едва не привели к гибели государства. А началось всё в 1598 г., когда после смерти царя Фёдора Иоанновича прервался род Ивана Грозного. На Руси впервые были назначены выборы царя, и Земским собором был избран царский шурин, крещёный татарин Борис Годунов.

Утвердился Годунов на трон основательно, считая себя родоначальником новой династии. Он отодвинул от управления всех соратников Ивана Грозного и окружил себя лично преданными ему людьми. Подозрительный и недоверчивый, Годунов убрал с касимовского престола царя Саин-Булата (Симеона Бекбулатовича), поставил в 1600 г. на его место выходца из Казахстана – Чингизида Ураз-Мухаммеда. Состоявшаяся в Касимове коронация нового царя прошла, по свидетельству очевидцев, очень пышно, при большом стечении местных аристократов: беев, сеидов, мулл и хафизов.

Борис Годунов пытался быть хорошим царём. При нём издавались справедливые законы, наказывались взяточники, были урегулированы отношения землевладельцев и крестьян. Он ликвидировал зависимость русской православной церкви от Константинопольского патриархата, и к началу XVII в. на Руси отмечался некоторый экономический подъём.

Но, как говорят историки, Борис был самым «несчастливым» царём на русском престоле. В 1601 и 1602 гг., летом, случились заморозки, вызвавшие неурожай и трёхлетний голод. От голода погибло до трети населения Руси, а за голодом пришёл мор.

Люди были уверены, что Бог наказывает Россию за царевича Дмитрия, якобы убитого по повелению Годунова. Пошли слухи о том, что Дмитрий не был убит в Угличе, а тайно скрылся и скоро явится на законное царство.

Скоро не скоро, но в 1604 г. из Польши в пределы России и впрямь въехал с воинским отрядом человек, называвший себя «чудом спасшимся царевичем Дмитрием». Он направлялся к Москве, чтобы «занять своё законное царство». Напрасно люди Годунова объясняли, что имя погибшего царевича самозвано принял на себя беглый монах-расстрига Гришка Отрепьев, народ верил новоявленному наследнику, и ему на пути через Северские земли присягали целые города.

Борис выслал навстречу самозванцу верные войска из Мещерской Орды. Сохранилась «роспись» этого войска, состоявшего из касимовских, темниковских и кадомских татар и мордвы. Под городом Севском мещеряки нанесли поражение отряду самозванца. Лжедмитрий укрылся в Путивле, понимая, что теперь пощады не будет и обратного пути уже нет. Но мещерское войско вместо того, чтобы добить самозванца, начало расправу с окрестными городами, посмевшими присягнуть Лжедмитрию.

Голландский купец Исаак Масса описал эти события: «Борис… повелителю касимовских татар велел собрать своё войско, которое составляет 40 тысяч конных татар. Борис велел ему напасть на Комарницкую волость и всё разорить, пожечь и истребить, всех мужчин, подвергнув пыткам, умертвить, а молодых женщин и детей взять на вечное рабство к себе в Татарию… и они так разорили Комарницкую волость, что в ней не осталось ни кола ни двора; они вешали мужчин за ноги на деревья, а потом жгли, женщин, обесчестив, сажали на раскалённые сковороды, насаживали на раскалённые гвозди и деревянные колья, детей бросали в огонь и в воду, а молодых девушек продавали… и чем больше мучили они людей, тем более люди склонялись признать Дмитрия своим государем, и пытки не могли заставить отступиться от него, и чем дальше, тем больше упорствовали…