Неповторимый стиль. Как французы придумали высокую моду - Джоан Дежан

В некоторых трактатах о драгоценных камнях времен Возрождения они занимали только восемнадцатое место по важности, располагаясь далеко позади рубинов, сапфиров и, разумеется, камня, который в эпоху Возрождения вытеснял все остальные, — жемчуга. Жемчуг был статусным символом эры Ренессанса. Все портреты того времени изображают европейских придворных, желающих выглядеть могущественными или богатыми, в костюмах, сплошь расшитых жемчугом (часто поддельным). На рубеже XVII века любовница Генриха IV, Габриэль д'Эстре, коллекционировала драгоценные камни, но собирала только жемчужины — 3500 жемчужин, если быть точным. Самым известным ювелирным изделием Анны Австрийской, матери Людовика XIV, в начале XVII века было жемчужное ожерелье, в котором она буквально не чаяла души. К концу правления ее сына «Бриллиантовая река» — ожерелье из единственного ряда ограненных камней стало главным «ожерельем дня». «Король-солнце» не ограничивал себя в украшениях, опускаясь до жемчуга только в те дни, когда двор пребывал в трауре. Во все же прочие дни он следил за тем, чтобы и он, и его придворные сверкали всеми бриллиантами, которые могла позволить себе французская казна.

Понадобились два века, начиная с конца XV, и путешествия во все концы света, чтобы бриллианты вытеснили жемчуг как главный объект желания. Когда Колумб отправился в свое первое путешествие, жемчуг возглавлял список вещей, которые Фердинанд и Изабелла желали бы получить, опередив золото, серебро и специи. Только во время своего третьего путешествия в 1498 году Колумб сумел выполнить это пожелание. Обнаружив изобилие устриц, внутри которых находились жемчужины, на берегах залива Пария (в сегодняшней Венесуэле), он спровоцировал жемчужную лихорадку, длившуюся почти 150 лет. Особенно активно жемчуг наводнял европейский рынок в первой половине XVI века: в продаже было столько жемчуга, как никогда раньше или позже. Затем, когда примерно в середине XVII века все известные запасы жемчуга более или менее иссякли, на европейский рынок впервые в значительных количествах стали поступать бриллианты.

До XVIII века буквально все алмазы в Европе происходили из Индии. До того как Васко да Гама открыл прямой путь через море к берегам Индии на заре XVI века, бриллианты из этой страны практически не поступали. И даже после его знаменитого вояжа торговля алмазами шла вяло: все затмила мания жемчуга; бриллианту не везло в смысле идеальных условий рынка для его реализации. В дополнение ко всему первые алмазы, достигавшие Запада, были отнюдь не в лучшем своем виде. Индусы только минимально обрабатывали камни, в бриллиантах они больше ценили размер, чем блеск, и верили, что камни стоит только полировать, только чтобы скрыть их недостатки. На Западе обрабатывать камни стало гораздо легче после изобретения в XV веке вращающегося металлического колеса. До XVII века тем не менее полировальная технология оставалась довольно примитивной: технологии огранки были разработаны только в середине века.

Все факторы, способствовавшие современной популярности бриллиантов, сошлись только в Париже в 1660-х годах: торговец алмазами, готовый отправиться в Индию в поисках самых лучших камней, резчики по камню, достаточно продвинутые технически, чтобы заставить эти камни сверкать, ювелиры, которые осознали потенциал бриллианта, и публика, готовая использовать их в новом качестве. К началу 1660-х помешательство на бриллиантах готово было начаться.

Среди многочисленных ранних описаний путешествий на Восток воспоминания Жан-Батиста Тавернье выделяются из всех остальных. Никакого другого путешественника не влекла в дальние страны такая одержимость драгоценными камнями. Ювелир по профессии, Тавернье не только разбирался в камнях, но был готов отправиться куда угодно, лишь бы купить лучшие из них. Больше всего его привлекали алмазы: ему хотелось увидеть великие коллекции, собранные восточными владыками, посмотреть, как добывают камни и как продают на местных рынках.

Тавернье называл себя «первым европейцем, который открыл путь к копям, к единственному месту на земле, где находят бриллианты». Индийская крепость Голконда (теперь она разрушена) была в то время центром торговли алмазами, и Тавернье посетил все копи в этой области, особенно легендарную копь Коллур, где находили величайшие камни того времени. В его описаниях можно встретить эпические сцены: 60 000 человек в Коллуре, мужчины, женщины и дети, все вместе занимаются рабским трудом, отыскивая алмазы в осадочной породе в русле реки. Он изображает рабочих, которые — как и легионы после них — пытаются спрятать найденные камни, что было нелегко, поскольку все они трудились обнаженными, «за исключением небольшой повязки, скрывающей их срамные части». Одному удалось упрятать камешек в угол глаза; когда его поймали, глаз вырвали вместе с алмазом. Тавернье также описывает камни: он видел самые большие бриллианты в мире, в том числе камень, который весил 900 каратов, прежде чем глупый резчик разделил его на части. (Караты во времена Людовика XIV были немного меньше, чем в наши дни.) Он даже живописует рынок, где продавались бриллианты, все еще известные под общим именем Голконда, причем рынок этот весьма похож на сегодняшний рынок трюфелей на юге Франции. Несколько человек слоняются по площади с небольшими мешочками в карманах, не говоря практически ни слова, но вместо этого царапая что-то на ладонях друг у друга, пока сделка не будет заключена, в то время как стороннему наблюдателю не видно и не понятно практически ничего.

Рассказ Тавернье — это редкая история безупречных взаимоотношений между иностранным путешественником и коренным населением. Индийцы, утверждает он, были неравнодушны к иностранцам, «в особенности к тем, — добавляет он, — кого называли Fringuis (французы)». Он утверждает, что иностранных торговцев, покупавших бриллианты на официальном рынке, никогда не обманывали насчет веса камней, и описывает, как слуги, которым было приказано приглядывать за его приобретениями, защищали его.

А приобретения Тавернье были весьма и весьма значительными. Он пересек Северную Индию с невероятным состоянием «в кармане». С собой он привез значительные запасы золота и работы по эмали, которыми тогда славились европейские золотых дел мастера и которые высоко ценили индийские правители. Там он обменял творения, считавшиеся до этого наилучшими образцами ювелирного искусства, на алмазы, которые с помощью своего суверена и первых королевских ювелиров собирался превратить в общемировую манию.

Тавернье называют отцом современной торговли бриллиантами. Однако чтобы образовалась торговля, необходимы как минимум двое, и Тавернье не завоевал бы свой «титул», если бы не человек, чья страсть к бриллиантам оказалась неутолима.

Тавернье покупал камни весь 1665 и 1666 год. В декабре 1668 года он вернулся во Францию и, не теряя времени, решил получить от своих приобретений доход. К февралю 1669 года Людовик XIV уже купил все, что Тавернье привез из своих путешествий: 44 больших камня и почти 1200 маленьких — однако, говоря о бриллиантах Людовика, следует помнить, что слово «маленький» в