Неповторимый стиль. Как французы придумали высокую моду - Джоан Дежан

результате первого осознанно-враждебного поглощения французы захватили контроль над этой крайне прибыльной отраслью элитной коммерции. Помощь казны и личный контроль Кольбера, министра финансов Людовика XIV, помогли наладить производство зеркал во Франции. Французские зеркальщики сначала выжали все, что могли, из уже существующей технологии. Потом, когда оказалось, что этого недостаточно, чтобы удовлетворить поразительную страсть короля к блестящим поверхностям, они создали совершенно новую технологию, которая к концу правления Людовика XIV позволила французам делать зеркала до девяти футов высотой, почти в четыре раза больше, чем те, что они умели делать в самом начале. К началу XVIII века мир охватила зеркальная лихорадка: в Версале был Зеркальный зал, по всему Парижу ужины при мерцающих свечах, которые отражались в сделанных во Франции зеркалах, стены всех дворцов, от Варшавы до Константинополя и Сиама, были увешаны французскими зеркалами, причем главным правилом было: чем больше, тем лучше.

Сегодня зеркала окружают нас повсюду, и все это благодаря «королю-солнцу» и его декораторам. Они были первыми, кто понял способность зеркал делать помещение ярче, умножать блеск сверкающих поверхностей и увеличивать предметы. Каталог за каталогом предлагают нам богатейший выбор зеркал: они просто следуют рецепту Людовика XIV по дизайну интерьеров.

Зеркала были щироко известны в Древнем мире: они имелись у египтян, греков и этрусков. Первые зеркала делали из сильно отполированного металла; чаще всего использовалась бронза, но золото и серебро тоже были в ходу. Самые ранние дошедшие до нас кусочки стеклянных зеркал датируются III веком н. э. и являются такими маленькими — от одного до трех дюймов в диаметре, — что они, скорее всего, использовались в качестве украшений, чем для наведения красоты. Римляне стали делать первые зеркала из горного хрусталя, c тонким металлическим листом. Поскольку их было очень трудно производить, прозрачные стеклянные зеркала долго не могли вырваться на рынок. По этой причине до XVI века очень и очень немногие люди видели стеклянное зеркало.

Стеклянные зеркала, возможно, впервые стали делать в герцогстве Лотарингия (теперь это Восточная Франция) в XIV веке. К началу XVI века в отрасли главенствовали венецианские зеркальщики. Венецианцы ускорили наступление золотого века зеркал тем, что в конце XV века открыли секрет изготовления прозрачного, бесцветного стекла, в отличие от стекла зеленоватого оттенка, которое производилось до этого. Венецианцы были также первыми, кто научился делать стеклянные пластины, где обе поверхности были абсолютно ровными и параллельными, так что отражение в них не искажалось. К плоскому прозрачному стеклу сзади прикреплялась пластина серебристого, отражающего металла. Таким образом было изобретено современное зеркало.

Несмотря на многочисленные попытки, долгое время французские стекольщики не могли воспроизвести итальянскую технологию. Таким образом, венецианцы оставались непревзойденными мастерами в этом секторе элитной торговли, пока зеркала являлись одними из самых дорогих приобретений, которые состоятельные люди могли себе позволить. В эпоху Ренессанса хорошие венецианские зеркала стоили больше, чем полотна старых мастеров. И действительно, с этими ранними зеркалами обращались точь-в-точь как с великими картинами: их обрамляли в роскошнейшие, причудливой резьбы рамы, зачастую из редких пород дерева, инкрустировали слоновой костью, драгоценными металлами или камнями. И согласно стилю, к которому возвращаются теперь декораторы, — эти гламурно обрамленные зеркала вешали на стену по нескольку, так же как коллекционеры свои картины.

Это нарочитое выставление напоказ кажется просто невероятным, если подумать, что именно содержалось в этих великолепных рамах. Самым удивительным в венецианских зеркалах было то, насколько они были маленькими. Например, Анна Австрийская, мать Людовика XIV, в 1630-х годах совершала свой туалет, сидя напротив зеркала, которым она необыкновенно гордилась, и зеркало это было высотой 18 и шириной 15 дюймов. В то время оно считалось настолько большим, что на него стоило пойти и посмотреть, как на достопримечательность. Газетные утки вроде самого высокого зеркала во Франции или самого огромного зеркала, известного человечеству, были в большом ходу, точно так же как сейчас мир время от времени будоражат вести о самой высокой цене, когда-либо заплаченной за полотно Ван Гога, или за редчайший секретер эпохи Регентства, до сих пор находящийся в частных руках. В 1650-х самым известным зеркалом во Франции, возможно, было зеркало, принадлежавшее Николя Фуке, первому министру финансов Людовика XIV; оно считалось невообразимо огромным, 24 квадратных дюйма.

Селебрити-зеркала, естественно, заставили других тоже захотеть поучаствовать в процессе. Дамы-аристократки решили, что им просто необходимо, чтобы их причесывали и накладывали макияж перед зеркалом. (Людовика XIV, однако, как всегда, обойти было невозможно: он владел двадцатью девятью зеркалами для наложения макияжа.) И именно тогда декораторы впервые осознали, какой эффект может произвести выставление на всеобщее обозрение огромного — во всяком случае, того, что по тем временам считалось огромным, — мерцающего стекла. В выпуске «новостного листка» от 14 мая 1651 года селебрити-журналист Жан Лоре взволнованно писал о сказочном приеме в честь одной из самых легендарных красавиц своего времени, герцогине де Лонгвиль: «Пятьдесят венецианских зеркал отражали смех и всевозможные соблазны — декольте, плечи, руки — тех, ради кого устраивался праздник». Нашим привыкшим ко всему взглядам пятьдесят крошечных зеркал в огромном зале могут показаться не таким уж необыкновенным явлением, но это был тот самый момент, когда впервые зародилось желание современных декораторов создать «шик-блеск» — зеркала от пола до потолка.

Через десять лет после вышеописанной вечеринки, в самом начале правления Людовика XIV, Францию захватила зеркальная мания. Сотни ящиков с зеркалами из Венеции прибывали в страну каждый год. И когда я говорю «ящик», на самом деле имею в виду внушительный контейнер: 216 таких ящиков, присланных из Венеции, в 1665 году, весили более 62 000 фунтов. Юный «король-солнце» был, разумеется, одним из лучших клиентов. В середине 1660-х он тратил на них около 20 000 ливров ежегодно — около 1 000 000 долларов; цена примерно 400 зеркал. В декораторском порыве он «покрыл» зеркалами (если быть точными, их было 144) комнату своей тогдашней любовницы, Луизы де Лавальер. Эти покупки означали, с одной стороны, начало новой блестящей эры во французских интерьерах, а с другой — постоянную утечку денег из французских сундуков, и это в тот момент, когда французское правительство было более чем озабочено внезапным сокращением казны.

Когда Кольбер стал главным финансовым советником короля, он немедленно решил прекратить поставлять редевшие запасы французского золота и серебра в венецианские карманы. Франция обязана была захватить власть над этим прибыльным сектором экономики. И они должны были не просто производить зеркала — они должны были делать их больше и лучше, чем когда-либо раньше. Так, осенью 1664 года началось одно из самых невероятных приключений в эпоху этого правления, которое всегда