Мифы и легенды Румынии - Наталья Георгиевна Осояну

Вторая молитва против Самки гораздо сложнее первой и звучит следующим образом:

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь!

Спустился святой архангел Михаил с горы Елеонской и узрел духа нечистого, нагого, с власами до пят и грудями до колен, с языком огненным, вельми грозным. Узрев тварь такую, опечалился архангел Михаил и, на восход повернувшись, Господу помолился, вослед за чем тотчас же раздался глас из-за туч:

— Ступай, о великий архангел Михаил, и да пребудет с тобой благословение Господа нашего Иисуса Христа!

И немедля святой архангел Михаил направил стопы свои к духу нечистому и сказал сей твари:

— О дух нечистый! Откуда грядешь ты и куда держишь путь?

Дух нечистый изрек ему в ответ:

— Слыхала я, что должна родить дитя Мария, и вот иду ее губить!

Заслышав слова такие, схватил ее святой архангел Михаил за космы и поколотил так сильно, что извергла утроба ее множество младенцев.

И вновь молвил архангел Михаил:

— О дух нечистый! Как твое имя?

А дух нечистый ответствовал, что имен у него девятнадцать, и назвал все имена по очереди…

И вновь тот, кто зачитывает молитву, вставляет здесь второй из приведенных ранее списков имен, от Авезухи до Самки. Далее следует текст:

…И было, что святой архангел Михаил, заслышав такие слова, вытащил меч и воткнул нечистому в бок, и оковы железные на него надел, а после спросил:

— Каковы ухищрения, с которыми ты подходишь к рабам Божиим?

А нечистый ответствовал:

— Принимаю я много обличий: сперва претворяюсь в женщину, после — в мышь, кошку, муху, свинью и паука, и вот так иду губить младенцев, а также скотий приплод!

И святой архангел Михаил, слова такие заслышав, молвил:

— Се, заповедаю ти именем Господа нашего Иисуса Христа и Пресвятыя Его Матери, яко да будеши связан и проклят преподобным святым Феодосием и святым апостолом Андреем Первозванным, и святым Саввою Освященным, и святым Спиридоном, чудотворцем, и святым Иоанном Златоустом, и святым Григорием Богословом, и святителем Николаем, чудотворцем, и святым великомучеником Димитрием, и святым пророком Илиею, и святым великомучеником Георгием, и святыми двенадцатью апостолами Господа нашего Иисуса Христа, и всеми святыми, и ангелами, и архистратигами, и страшными херувимами и серафимами, и теми 518, что были на святом соборе Никейском!

И рече святой архангел Михаил:

— Се, заповедаю ти именем Господа, да не приблизишься на семь миль к рабу Божию такому-то, ни к дому его, ни к пище его, ни к трапезе его, ни к чему, елика суть его, но беги и уклонися, дух нечистый, аще во храмине, аще во дворе, аще в двери, аще на порозе, аще в жердке домовой, аще в ограде, аще в омуте или месте ведомом или неведомом, — беги и уклоняйся, дух нечистый, со сатаною в бездну адову, во чрево огня неугасимаго, яко тамо жилище твое во веки веков, аминь![204]

Если любую из этих двух молитв зачитывали три раза подряд, а девятнадцать имен Самки записывали на стене или где-то еще в доме, то, как верили румыны, оказавшийся во власти демона страдалец должен был потихоньку поправиться и жить дальше.

Помимо молитв, которые, как уже было сказано, зачитывал дьячок или какой-нибудь крестьянин, знающий грамоту, в присутствии детей и женщин, про которых думали, что их атакует Самка, и помимо кое-каких заговоров, румыны еще используют другие средства против этого демона. В частности, больных детей иногда купают в отваре растения, которое называется самка или самкуция[205].

Если после такого купания они не выздоравливают, берутся жир и экскременты черной свиньи, помет черного петуха, ладан, деготь, а также из растений: чеснок, девясил, любисток и самку-траву; все это складывают в глиняный горшок и варят на огне, хорошенько помешивая. Как все будет готово, этой смесью мажут ребенка, страдающего от Самки: от макушки к правому уху, потом наискосок через грудь и до кончика большого пальца на левой ноге; затем от макушки к левому уху и наискосок через грудь до кончика большого пальца на правой ноге. Схожим образом мажут его и со спины. После той же мазью рисуют кресты в самых важных местах дома, а именно на дымоходе и четырех стенах — на той, что обращена в сторону полуночи; на той, что обращена на восход; на той, что обращена в сторону полудня; и, в конце концов, на той, что обращена на закат. Затем рисуют кресты на всех четырех сторонах каждой двери как в самом доме, так и во всех пристройках, а также на всех четырех сторонах каждого окна. И если было кому, тот писал на какой-нибудь стене или двери все девятнадцать имен Самки.

Посредством этих способов, а также тех, что упоминаются в развернутых примечаниях к заговорам против Самки, румыны пытались избавить от страданий детей и женщин, мучимых нечистым духом, и исцелить их, а также добиться того, чтобы Самка никогда больше не приближалась к дому, который пострадал от ее козней[206].

Этимология слова Samca представляется запутанной. В некоторых источниках указано, что оно имеет славянское происхождение, но это мало что проясняет. На общем фоне выделяется позиция лингвиста Иона-Аурела Кандри, который считает, что в основе демонического имени лежит болгарское слово «сянка» или «сенка»[207], в буквальном смысле означающее тень, а в фигуральном — злого духа. Проблема, однако, заключается в том, что Кандря утверждает, будто этот болгарский злой дух также мучит детей и рожениц, тогда как в других источниках говорится о сянке (таласоне, стопане и т. д.) как о хранителе определенного места, рожденном из тени замурованного человека или животного[208].

Увы, загадка остается без ответа.

Заговор против Самки (из собрания С. Фл. Мариана)[209]

Пустился Георгицэ

В понедельник поутру

В путь,

В дорогу —

Сыт и пригож,

Румян и весел.

И бысть:

На средине пути,

На тропе-дороге,

Повстречали его,

Остановили его

Волк с волчицею,

Медведь с медведицею,

Лев со львицею,

Змей со змеицею,

Морой[210] с мороицею,

Самка с Самковицею.

Самка его объяла,

Кверху подняла,

О землю ударила,

Во грудь вошла,

Плоть его изгрызла,

Кровь его выпила,

Очи паутиною затянула,

Ни к чему годным оставила,

К мертвым причислила.

Раб Божий (такой-то)