«Мастер и Маргарита». Роман Михаила Булгакова о времени и о себе - Александр Сергеевич Разумов

России не могло быть и речи. Вместо диалога с Церковью советское правительство взяло курс на искоренение православия с заменой его новой религией – марксизмом, основой которого является атеизм.

Патриаршество было отменено в России 25 января 1721 года указом царя Петра I, в котором учреждалась Духовная коллегия, впоследствии переименованная в Святейший правительствующий синод – государственный орган высшей церковной власти. Главами Синода являлись обер-прокуроры, которые назначались государем из числа не духовных, а светских лиц. То есть царь, по примеру протестантских монархий, стал во главе Русской церкви. Чуть позже Пётр I в опубликованном регламенте Духовной коллегии следующим образом изложил причину принятия такого решения, которое исключает какие-либо возражения по поводу проводимых им реформ со стороны епископа-предстоятеля Православной Церкви:

«От соборного правления можно не опасаться Отечеству мятежей и смущения, каковые происходят от единого собственного правителя духовного».

Поместный собор Православной Российской Церкви (первый Поместный собор с конца XVII века) открылся 15 (28) августа 1917 года в Успенском соборе Московского Кремля. Рабочие заседания Собора шли долго – до 7 (20) сентября уже следующего 1918 года, и важнейшим его решением было восстановление патриаршества, положившее конец синодальному периоду в истории Церкви.

Из трёх кандидатов, пользующихся наибольшим авторитетом у членов Собора и отобранных путём многократного голосования, патриархом был избран митрополит Московский Тихон, хотя он только третьим вошёл в число тех, кого готовы были поддержать участники голосования. Окончательный выбор проводился не путём голосования, а по жребию, так как только Бог мог указать на лучшего. Вот что пишет о состоявшемся в 1917 году выборе патриарха протоирей Георгий Митрофанов в своей книге «История Русской православной церкви»:

«Конечно, избрание патриархом Тихона (Белавина) для многих было неожиданностью, потому что безусловное лидирование при голосовании архиепископа Антония (Храповицкого) уже приучило к мысли о том, что именно его Господь и укажет. Но получилось иначе. Впоследствии митрополит Антоний писал о том, что Господь указал лучшего, что если бы его, Антония, избрали в этот момент, то, наверное, он бы не сумел отстоять должным образом интересы Церкви и занял бы активную антибольшевистскую позицию, именно политическую позицию, а не духовную, и Церковь была бы уничтожена ещё в годы Гражданской войны физически.

…О трёх кандидатах в патриархи говорили, что был среди них самый умный – архиепископ Антоний; самый строгий – архиепископ Арсений; самый добрый – митрополит Тихон. Избрали самого доброго в самое жестокое время».

Иешуа Га-Ноцри

За образом Иешуа, который обращается к прокуратору со словами «добрый человек», просматривается патриарх Тихон. О доброте недавно избранного патриарха не мог не знать Михаил Булгаков, который в начале 20-х годов работал журналистом и писал репортажи и фельетоны в газету «Гудок», поэтому был в курсе текущих событий. Однако Иешуа в романе – это всё-таки не Тихон.

Напомню вам, что когда Левий Матвей заболел, то Иешуа ушёл один, оставив больного Левия у огородника. Левий Матвей вновь увидел Иешуа уже в Ершалаиме в день казни. Ранее мы выяснили, что в романе Булгакова за образом Левия скрывается сам автор «Мастера и Маргариты», который из-за болезни остался во Владикавказе, когда оттуда уходила Добровольческая армия. Но из Владикавказа вместе с частями Добровольческой армии уходила Церковь, и на смену ей приходил воинствующий атеизм. Патриарх же Тихон всю Гражданскую войну был в Москве, то есть постоянно находился на территории советской власти. Иешуа в романе «Мастер и Маргарита» – это Церковь, но отвечает Церковь на вопросы прокуратора Пилата словами своего епископа-предстоятеля, то есть патриарха Тихона. Чтобы у вас не было сомнений, что за образом Иешуа стоит Церковь, подробно остановлюсь на некоторых моментах допроса Иешуа прокуратором Понтием Пилатом.

Прокуратор прежде всего хочет узнать, кто перед ним, и в одном из ответом пленника ясно читается, что Иешуа – не патриарх Тихон и вообще не человек, а Церковь.

«… – Имя?

… – Иешуа, – поспешно ответил арестант.

– Прозвище есть?

– Га-Ноцри.

– Откуда ты родом?

– Из города Гамалы, – ответил арестант, головой показывая, что там, где-то далеко, направо от него, на север, есть город Гамала.

– Кто ты по крови?

– Я точно не знаю, – живо ответил арестованный, – я не помню моих родителей. Мне говорили, что мой отец был сириец…»

Патриарх Тихон, который родился в приходе Воскресенской церкви погоста Клин Торопецкого уезда Псковской губернии в семье потомственного священника, никогда бы не сказал, что его отец сириец. Чтобы понять, почему Иешуа ответил Пилату: «Мне говорили, что мой отец был сириец», – надо вспомнить историю апостола Павла.

Апостол Павел не входил в число тех двенадцати апостолов, которые сопровождали Христа при Его земной жизни. Он даже не входил в число тех семидесяти апостолов, которые после Его смерти на кресте отправились проповедовать Воскресение. Но при этом, наряду с апостолом Петром, апостол Павел назван первоверховным апостолом за его вклад в создание Церкви.

Из 27 книг в каноне Нового Завета больше половины написаны самим Павлом, и из этих книг мы многое о нём узнаём. Ниже приведён отрывок из статьи об апостоле Павле на сайте «Большой российской энциклопедии 2004–2017», содержание которого основано на новозаветных текстах.

«Савл был строгим ревнителем иудейской веры и гонителем недавно возникшего христианства. Будучи свидетелем смерти в Иерусалиме первомученика Стефана, одобрял его убийство. От Синедриона Савл получил полномочия преследовать христиан в Дамаске. Однако по пути в Дамаск он пережил чрезвычайно мистический опыт встречи с воскресшим Иисусом Христом. Это эпизод привёл его к обращению в христианство, он был крещён и с именем Павел стал ревностным проповедником прежде гонимого им учения. Из Дамаска на 3 года отправился в Аравию, затем вернулся в Дамаск и вскоре посетил Иерусалим, где познакомился с апостолами Петром и Иаковом, братом Господним, заручившись их поддержкой своей миссии среди язычников. Павел стал известен в истории Церкви именно как «апостол язычников».

Из текста приведённого отрывка становится ясно, почему Иешуа говорит, что его отец сириец. Во-первых, русские до принятия христианства были язычниками, а Павла называют апостолом язычников. Но второе, и главное, что по пути в сирийский город Дамаск Савл пережил мистический опыт встречи с воскресшим Христом, после чего перестал быть гонителем христиан и взял себе имя Павел. То есть он как бы заново родился в Сирии под другим именем. Поэтому в зашифрованном романе «Мастер и Маргарита» Русская православная церковь, отвечая на вопрос прокуратора, говорит, что её отцом был сириец.

Продолжая допрашивать пленника, Пилат задаёт Иешуа следующий вопрос:

«– Не знаешь ли ты таких, – продолжал Пилат, не сводя глаз с арестанта, – некоего Дисмаса, другого – Гестаса и третьего – Вар-раввана?

– Этих добрых людей я не знаю, – ответил арестант.

– Правда?

– Правда.

– А теперь скажи мне, что это ты всё время употребляешь слова «добрые люди»? Ты всех, что ли, так называешь?

– Всех, – ответил арестант, – злых людей