Мой Алтай. В памяти и закоулках воспоминаний - Ли Цзюань

Поначалу мне было непросто общаться с ней, например, только к концу дня нашего знакомства я поняла, что у них дома не сорок тысяч, а четыреста овец. Губэй с энтузиазмом учила меня многим казахским словам, которые, к сожалению, со временем забылись. А я научила ее нескольким китайским фразам, и даже спустя годы она по-прежнему помнила их. Она спрашивала:

– Ли Цзюань, как тебя зовут? Сколько тебе лет? У тебя есть парень? Сколько лет твоей маме? Сколько лет твоему папе? Это рука? Это кисть руки? Это камень?..

В тот день я поделилась с ней половиной пакетика арахиса, который лежал у меня в кармане. Она съела свою половину быстрее меня, поэтому оставшуюся часть я снова поделила пополам. Мы ели арахис на ветру, усевшись на большой камень, а когда съели, похлопали в ладоши, смахнув с них крошки, похлопали по пятой точке, стряхнув пыль с одежды, и пошли к ней в юрту знакомиться с ее родителями. Там мы с ней выпили по две пиалы кумыса – я бы с удовольствием выпила еще две, если бы в них добавили немного сахара.

Губэй тогда было пятнадцать, она была младше меня. Но казалась мне скорее старшей сестрой – рослая, жизнерадостная, трудолюбивая и рассудительная.

Мы уже встречались несколько раз еще до нашего знакомства. Я просто плохо запоминала людей, хотя тех казахских девушек, с которыми мне приходилось сталкиваться, я находила очень симпатичными и приятными, но не знала, что она была одной из них.

Это случилось во время паводка после дождей. В те дни многие большие камни посреди горной реки оказались под водой. Раньше мы, ступая по этим камням, торчавшим из воды, переходили реку, так как моста на этом участке не было. Вот почему я оказалась в ловушке прямо посреди реки. И всё из-за ошибки в расчетах! Сначала, когда я смотрела с другой стороны, тот злополучный камень, казалось, находился близко от противоположного берега. Я думала, что, как олененок, смогу одним махом прыгнуть с него на землю. К сожалению, я не олень, к тому же на мне были толстые ватные штаны и куртка, сковывавшие движения. Отступление было невозможно: камень, на который, как на ступеньку, я только что запрыгнула, под моими ногами перевернулся и полностью ушел под воду. Так что я стояла на крошечном, с ладонь величиной, скользком выступе, покачиваясь из стороны в сторону, посреди мутного и быстрого потока. Я едва держалась на ногах, опасаясь, что в любую минуту могу свалиться в воду…

В этот момент будто с неба ко мне спустилась моя дорогая Губэй. Находясь вдалеке, но почуяв неладное, она натянула поводья, развернула коня, помчалась ко мне, быстро спешилась, подбежала к берегу, наклонилась и протянула мне руку. Подавшись вперед, я схватилась за ее руку, и Губэй, слегка потянув меня, помогла мне благополучно выбраться на берег. Мои ноги даже не коснулись ледяной воды, пронизывавшей холодом до костей.

В другой раз я, как обычно, пошла на другой берег реки за водой. Там был родник, он бил из-под земли и тихо журчал под сенью деревьев недалеко от болота, вода в роднике была невероятно чистой и сладкой. Раздвигая траву вокруг родника, я сначала видела себя, затем песок и камни на дне и только потом – воду. Родник был больше похож на источник чистого воздуха, чем воды.

Я черпала воду принесенным с собой пластиковым ковшом, пока не наполнила ведро. Затем положила ковш на большой камень у родника и пошла гулять по окрестностям.

Позже я поднялась на возвышенность и, окинув взором всё вокруг, увидела вдалеке человека с ведром, медленного шедшего к источнику. Я продолжала карабкаться выше и услышала, что кто-то снизу окликнул меня. Обернувшись, увидела того же человека с ведром, который высоко над головой размахивал моим красным ковшом и что-то кричал мне. Наверное, он хотел одолжить его? Я согласно кивнула в ответ и свернула в лесок. Некоторое время спустя, когда я выбежала оттуда, у родника уже никого не было, и мой ярко-красный ковш с ведром тоже исчезли.

Я буквально слетела вниз и увидела девушку с двумя тяжелыми ведрами воды, которая, по-видимому, недавно и одалживала у меня ковш. Окликнув ее, я бросилась вдогонку. В это время она уже шла по узкому бревенчатому мостику. Из-за недавнего дождя он был гладким и скользким, но девушка шла уверенно и держала в руках два полных ведра воды. Только пройдя через луг, она поставила мое ведро, обернулась и помахала мне рукой, а сама направилась к юрте на противоположном склоне холма. Мой дом был неподалеку, но в другой стороне. Она, наверное, меня уже видела? Иначе откуда бы ей знать, что мой дом именно там? На этом лугу живет несколько семей ханьцев.

Губэй рассказала мне об этом много позже, иначе бы я до сих пор так и оставалась в неведении, что той девушкой была она!

Была еще одна приятная встреча. В тот раз я отправилась в соседнюю горную долину, чтобы найти маму. Она ушла рано утром, сказав, что идет к знакомым на чай, но к полудню так и не вернулась. Я попросила бабушку остаться дома и присмотреть за магазином, а сама отправилась на поиски мамы. Юрт в тех краях было немного, они были разбросаны по солнечным склонам гор. Я спрашивала о маме в каждом доме, и наконец кто-то сказал, что видел ее у Айдай на дальней горе. Ну и шустрая же у нас мама!

Я предположила, что она пересекла лес на вершине горы и сразу же оказалась на другой ее стороне. Но я не отважилась одна зайти в темный, сырой лес, поэтому решила обогнуть гору у подножия. Дорога была длинной и очень тихой, не было ни души. Через какое-то время позади меня раздался стук копыт. Я немного испугалась и поспешила спрятаться за камнем у дороги. Только увидев, что это три молодые девушки, я вышла и продолжила путь. Верхом, смеясь и громко разговаривая, они подстегивали лошадей, словно соревновались в верховой езде или играли в догонялки. Вскоре девушки поравнялись со мной. Я отошла в сторонку, уступив дорогу и наблюдая за ними. Позже, однако, они замедлили шаг и стали время от времени оглядываться на меня, указывая в мою сторону и что-то обсуждая. В этот момент одна из них повернула лошадь, быстро, рысью, вернулась и остановилась прямо передо