Мёд полыни - Екатерина Сергеевна Кожевникова

class="p1">Еле заставив себя подняться, хромая, Стожар подошел ближе – на месте Стужи осталась лишь горстка зловонного пепла. На всякий Случай он приложил к золе Алатырь, но ничего не изменилось.

– Эта злыдня навсегда останется частью Нави, никогда ей не обрести покоя, – плюнул сидящий на земле мужчина.

– Зато больше вреда никому причинить не сможет, – пискляво поддакнула девушка.

Стожар обернулся и посмотрел на них с удивлением – в этих людях с трудом узнавались лысые собаки, которыми они были так долго. Остались только шрамы, переломы и уродства. Освобожденные слуги Стужи медленно таяли, превращаясь в серый туман.

– Благодарим за спасение, – послышались два затихающих голоса над пустой поляной.

– Надеюсь, хоть вы обретете покой, – вздохнул Стожар с облегчением, опуская голову, а затем повернулся и, прихрамывая, поспешил к бывшей клети.

Иней и лед таяли на глазах, корни, смерзшиеся в клетку, развалились и рядом с Весняной. Мороз больше не сковывал тело, но она продолжала лежать, мертвенно-бледная и холодная. Стожар упал рядом, нервно дернул висящий на поясе нож и поднес лезвие к носу девушки – металл слегка запотел.

– Дышит. Живая! – обрадованно зашептал Стожар, стряхивая с ее волос остатки льда.

– Мр-р! Живая, – подтвердила появившаяся из ниоткуда Чернушка. – Умер-р-реть заново можно, покуда вас по всему лесу р-р-р-разыщешь! – недовольно буркнула она и запрыгнула девушке на грудь, сворачиваясь клубком и согревая.

– Рад тебя снова видеть, – слабо улыбнулся Стожар, почесывая черную кошку за ухом. – Только как теперь выбраться отсюда?

– Так спешишь покинуть мое царство, бортник? – в двух шагах от Стожара воздух задрожал, закружился снежный смерч, и из пустоты возник Кощей – высокий, угрожающий, в голубом плаще, спускающемся до земли. Черные глаза Бессмертного сузились при виде кошки, он злобно стукнул по земле посохом, разбрасывая вокруг себя колючие льдинки. Чернушка изогнулась дугой, зашипела и испуганно спряталась за Стожаром.

– Я прошел все, что ты мне назначил, теперь отпускай нас в мир живых, как обещал, – холодно и без тени Страха посмотрел на него Стожар, хватая Весняну за холодную руку.

– Да, ведьм ты победить смог. Я недооценил тебя, смертный, весьма похвально, – осклабился синими зубами Кощей и притворно захлопал в ладоши.

– Да, – чуя подвох, поднял бровь Стожар.

– Но испытания честно не прошел, – Кощей довольно погладил узкую белую бороду, спадающую до земли.

– С чего бы?

– Не ты ли обещал не прибегать к чарам и колдовству? – черные глаза Кощея сузились.

– Осколок Алатыря – не чары! Это артефакт, помогающий душам переправиться в Ирий или обрести вечный покой! – горячо заспорил бортник.

– На Алатырь я готов закрыть глаза, но из-за твоей силы лес только что ходуном ходил. Или будешь врать, что не из-за твоих желаний древесный корень ожил и отбросил ведьму-многодушницу?

– Уговора не колдовать между нами не было!

– Но и обратного – тоже, – язвительно захихикал Кощей.

– Снова обманом решил получить свое? Ты обещал отпустить нас всех, когда я пройду назначенные испытания! – ярость, поднимаясь, начала застилать глаза Стожара.

– А теперь я решил, что ты не соблюдаешь все мои условия.

– У нас был уговор! Ты обязан его соблюдать! – взревел Стожар, земля под ногами вновь затряслась и заходила ходуном.

– Ты забываешься! – вдруг разозлился Кощей, поднимаясь и зависая над землей. – Я – сама смерть! Повелитель царства Нави! – Все деревья вдруг покрылись инеем, небо почернело, и повалил серый снег, а корни дерева, дергавшиеся из-за ярости Стожара, безжизненно опали. – Мое слово здесь – закон, и будет лишь так, как я захочу! – бушевал Кощей, вырастая над бессильными смертными людьми. Его голубой плащ развевался, словно живой, разбрасывая в воздухе острые сосульки.

Стожар, испуганно сжавшись в комок, закрыл собой Весняну от бушующей стихии и льда. Чернушка, забившаяся ему под локоть, вдруг успокаивающе замурчала.

– Ты ошибаешься, повелитель мертвячины, – вдруг послышался знакомый голос, а ледяные порывы ветра тут же стихли. Стожар радостно поднял голову – Яга подмигнула ему, переставляя кривую палку и бодро шагая к Кощею.

– А, ты все же притащила свои старые кости? – с любопытством хмыкнул Кощей, опускаясь на землю. – Помнится, я запретил стражнице границы свободно разгуливать по моим владениям.

– Ты в Землях Забытых душ, они не так далеко от границы мира мертвых. Мы ближе к моим владениям, чем к твоим, – вызывающе улыбнулась старушка, демонстративно раскланиваясь.

Кощей смерил ее недовольным взглядом и облизнул сухие синие губы.

– Что бы ты ни придумала, Яга, как бы ни старалась помочь жалким слабым людишкам, я все равно сильнее. То, что он избавился от ведьм, еще не значит, что я его отпущу.

– Уговор есть уговор – ты отправлял его сюда за этим, с болью и яростью Стожар справился. Теперь отпускай из Нави.

– Я сам решу, кого хочу отпускать, а кого – нет! – раздраженно стукнул по земле посохом Кощей.

– Забываешься, серебряник мой, – спокойно осадила его Яга. – Власть твоя лишь мертвых затрагивает, а Стожар – живой, ажно мне его судьбу теперь решать, раз он уговор с тобой выполнил.

– Как бы не так!

– Так-так, Кощей. С мертвецами делай что хочешь, а к живым – не суйся! – отрезала Яга. В ее белесых глазах вспыхнул гнев, а щеки, на которых виднелись первые тонкие морщинки, заалели.

– Вот как, значит? – поморщился Кощей, скалясь, словно дикий волк. – Хочешь играть по правилам? Тогда забирай мальчишку, а девчонка останется здесь!

– Нет! – вздохнул Стожар, испуганно цепляясь за холодную руку и загораживая собой Весняну.

– В ней жизни – всего не несколько дыханий! – ткнул посохом в сторону девушки и мстительно осклабился Кощей. – А мертвецы – мои, Яга!

– Она живая, – покачала головой древняя ведунья.

– Это ненадолго.

– За всех, кто между жизнью и смертью застрял, отвечает страж границы, Кощей. Девчонка – моя забота.

– Я могу оборвать эту жизнь в любой миг, – презрительно фыркнул повелитель царства мертвых.

– Не имеешь права, хозяин мертвых, – Яга перехватила свою кривую палку, в глазах ее загорелся нехороший голубой огонек.

– А что ты мне сделаешь, в Навьем царстве-то? – захохотал Кощей, обнажая синие зубы.

– Я призову тех, кто выше нас стоит. Тех, кто над мертвыми тебя поставил и велел долг исполнять.

– Не посмеешь, карга старая! – смех застрял у Кощея в горле.

Яга посмотрела на Стожара и заботливо махнула ладонью над его головой – мир поплыл у бортника перед глазами, он сонно заморгал и привалился к корням, отключаясь. Ведунья перевела взгляд, полный ненависти, на Кощея и закачалась, напевая сквозь зубы, подняла посох к небу.

– Я призываю богов, что всеми мирами повелевают…

– Прекрати немедленно! – зашипел и тряхнул головой Кощей, будто слова жгли и причиняли ему боль.