Любовь через развод - Женя Громова

сказать что-то ещё, но он так замер, рассматривая меня, что я замолчала. Его взгляд скользнул по моей шёлковой пижаме, по волосам, растрёпанным после сна, по обнажённым ключицам, и в этих его чарующих глазах что-то вспыхнуло.

— Не страшно. У меня только что появился план «Б».

— План «Б»?

Но он уже вошёл, захлопнул дверь за собой и положил пакет и цветы на пол.

Его взгляд обжигал.

Воздух между нами наполнился вспыхнувшим желанием.

Я почувствовала, как моя кожа вспоминает его прикосновения, как сердце замирает в груди.

— Макс… — начала я.

Следующее мгновение — он прижал меня к стене, его ладони оказались на моей талии, губы — на моих губах. Поцелуй был другим. Не мягким. Голодным. Страстным. Остановившим время.

Я задыхалась. Он — тоже. Мы оба были переполнены чем-то, что слишком долго держали внутри.

— Ты... такая красивая, моя сонная фея, — прошептал он мне в ухо, обжигая дыханием.

— Чертовски нахальный завтрак!

Он усмехнулся, поднимая меня на руки, и понёс меня в спальню, легко, уверенно, как будто не оставалось сомнений — мы снова вместе. Не как раньше. А глубже. Точнее. Живее.

И я не сопротивлялась.

Потому что впервые за долгое время это было не страшно.

Это было — правильно.

Я вцепилась в его плечи, стараясь не смотреть ему в глаза — потому что если бы посмотрела, то расплавилась бы на месте. Там, в этих глазах, было всё: вожделение, нежность, голод, боль, желание быть рядом и страх снова потерять.

Он остановился у кровати, медленно опустил меня на простыни, и я почувствовала, как по телу пробежала мелкая волна мурашек.

— Я скучал по тебе, — сказал он хрипло. — По телу. По дыханию. По тому, как ты смотришь. Как тихо стонешь, когда тебе хорошо…

Его губы скользнули по моему плечу, горячие, вкрадчивые. Он целовал медленно, со вкусом, как если бы хотел оставить на моей коже воспоминание о каждом прикосновении. Я выгнулась навстречу, откинула голову, прикрыла губы, чтобы не застонать вслух, но Макс уловил это.

Он накрыл мои губы своими — поцелуем глубоким, почти молитвенным. Его язык, ласковый, нежный, нашёл мой. Его ладони легли на мою талию, скользнули по спине, словно проверяя — точно ли я здесь, точно ли всё это не сон.

Я стянула с него футболку, ладонями провела по его груди, по знакомым линиям — он был крепким, тёплым, живым. Родным и в то же время таким другим!..

Он снял с меня пижаму бережно, будто разворачивая подарок. Его взгляд остановился на моём животе. Он коснулся его губами, задержался, и только потом поднялся ко мне, заглянув в глаза.

— Всё хорошо? — прошептал он.

Я кивнула. Глотнула воздух, потому что в лёгких его катастрофически не хватало.

А потом было всё!

Он заново писал меня прикосновениями — язык на коже, ладони, сжимающие бёдра, тепло его тела, скользящее по моему. Мы двигались медленно, почти церемониально. И только под конец, когда я выгнулась под ним, цепляясь за его плечи, когда стоны срывались с губ, когда волна накрыла, и дыхание смешалось, — только тогда он позволил себе больше.

Он вошёл в меня уже не плавно и сдержанно. Глубоко, резко, сладко.

— Да… — выдохнула я случайно, и это подстегнуло его.

Я целовала его губы, шею, грудь, обвив ногами и руками, и мы сливались снова, будто в нас не было разлуки, боли, сомнений. Было только тепло. Он. Я. Сердце под сердцем.

И когда стихла первая волна дикого возбуждения, когда он остался во мне, не отпуская, плотно прижимая меня к себе, когда наши тела медленно успокаивались под пледом, я лежала, уткнувшись в его плечо, а он водил пальцем по моей спине… Тогда в реальность осторожно постучалась катастрофа.

— Ты так вкусно пахнешь… — пробормотал он.

— Это духи. Или твои круассаны.

Аромат свежеиспечённых круассанов действительно приятно касался носа.

— Надеюсь, ты про духи. Иначе мне стыдно за то, что я так возбуждён от булочки.

Я засмеялась.

Но в следующее мгновение — напряглась.

В комнате раздался противный звук вибрации — у Макса звонил телефон, а на экране большими буквами было написано “Мэйсон. Нач. кибер-безопасности”…

Глава 57. Важнее всего

Телефон снова завибрировал где-то на полу, среди сброшенной в спешке одежды, нарушая уютную тишину спальни. Звук этот раздражал меня сильнее, чем когда-либо. Я хотела потянуться, взять его, но Макс мягко перехватил мою руку, прижав её к подушке.

— Если я сейчас отвечу, завтра это повторится. И послезавтра. И всегда, — сказал он уверенно и спокойно, глядя мне прямо в глаза. — Я больше не хочу повторять старых ошибок. Моя команда перестроится. Я перестроюсь.

Сердце ёкнуло в груди, а тепло разлилось волнами по всему телу. В его взгляде была решимость, серьёзность, словно он окончательно расставил все приоритеты.

— Ты уверен? — спросила я тихо, чувствуя, как по коже пробегают мурашки от этого осознания: я важнее, я нужнее, чем все его победы, звонки и дела.

Макс улыбнулся, медленно наклоняясь ко мне и нежно прикасаясь большим пальцем к моей нижней губе, обводя её контур с бесконечной нежностью.

— Никогда не был так уверен, Птица, — прошептал он, накрывая мои губы своими.

Поцелуй был мягким, неспешным, но внутри него пульсировала такая мощь, такая глубина чувств, что я, задыхаясь, прижалась ближе, стараясь сохранить это ощущение как можно дольше.

— Ты важнее всего, — снова повторил он, чуть отстраняясь и касаясь губами уголка моих губ, подбородка, линии челюсти, медленно двигаясь вниз.

Его дыхание было горячим, чуть прерывистым, руки — уверенными и властными. Он осторожно гладил мои плечи, шею, спускаясь ниже, касаясь груди, проводя пальцами по животу, мягко и трепетно, словно впервые изучая каждую клеточку моего тела.

Я выгнулась ему навстречу, ощущая, как тело оживает под его руками. Губы оставляли невесомые поцелуи на коже, словно маленькие обжигающие печати, а дыхание постепенно становилось напряжённее. Я чувствовала его желание — оно вибрировало в воздухе, окружая нас обоих, сгущаясь с каждой секундой.

— Ты такая красивая, — прошептал он хрипло, разводя мои ноги с чувственной властностью и медленно оставляя горячий, влажный поцелуй на внутренней стороне бедра, совсем рядом с самой чувствительной точкой.

Я тихо ахнула, судорожно втягивая воздух, ощутив, как внутри мгновенно разгорается огонь. Он не спешил. Медленно ласкал, нежно целуя внутреннюю сторону моих бёдер, наслаждаясь каждой моей реакцией, каждым тихим стоном, каждым моим вздохом.

Его ладони уверенно удерживали меня на месте, не давая шанса ускользнуть или пошевелиться, и это было так сладко, так мучительно