Стальной прибой - Джек из тени

— Здравия желаю, уважаемый! Караван из Железного герцогства. Товар честный и качественный. Излишки распродаем. Хотели бы в вашем прекрасном городе золотишка подзаработать, да местный люд порадовать. Зерно, шкуры… ну и сталь гномьей ковки. Инструмент, заготовки.

Возникла пауза. Я прямо видел, как у местного начальника ломается шаблон. Ожидал увидеть банду бывших и нынешних мародеров, а тут стоит здоровенный бугай и расшаркивается, как торговец шелком.

— Сталь, говоришь? — голос стражника дрогнул. Гномья сталь в условиях войны — это даже не золото, это ликвидность уровня алмазов. — А телег чего так много? Вы бы еще армию с собой привели.

— Так время неспокойное, начальник, — миролюбиво прогудел Гюнтер. И я услышал, как он хлопнул ладонью по деревянному борту. — Сам посмотри. Мои парни тут только для того, чтобы товар до рынка доехал, а не в лесу сгнил. Проверишь груз? Нам скрывать нечего.

Зашуршала толстая ткань. Это был тонкий психологический момент. Показать ровно столько, чтобы слюнки потекли, но не дать повода упереться рогом. Стражник заглянул в одну телегу. В другую. Судя по характерному цоканью языком, увидел те самые слитки стали, которые Брунгильда скрепя сердце выделила на операцию, обматерив меня на трех языках.

— Ладно, — стражник прокашлялся, явно пытаясь вернуть себе официальный тон. — Только вы это… всем табором на одну площадь не встанете. Места нет.

— Да не вопрос, уважаемый! Разделимся. Мы ж люди понимающие.

Слушать этот сюрреалистичный радиообмен было тем еще испытанием для моей мимики. Два здоровых, упакованных в броню лба стояли у ворот и разводили такие политесы, что тошнило. Причем с нас даже въездную пошлину не взяли. Местный начальник, видимо, прикинув, какой процент магистрат поимеет с налогов на торговлю таким товаром, великодушно объявил это «бонусом для столь уважаемых гостей».

Караван втянулся за стены. Разделились на два потока, заняв Восточную и Нижнюю площади.

То, что началось дальше, мои парни потом описывали как экономическое изнасилование. Как только с телег скинули пологи и местные перекупщики увидели качество товара, рынок порвало в клочья. Зерно сухой очистки, меха идеальной выделки и та самая сталь. А главное — ценник. Я приказал демпинговать. Рубить цены на пятнадцать процентов ниже рыночных, а на железо — на все двадцать.

— Командир, тут вакханалия, — доложил один из бойцов прикрытия спустя час. — Барыги чуть ли не дерутся у телег. Золото несут мешками, даже не торгуются, боятся, что конкуренты перехватят. Мы уже треть подвод скинули.

— Оцепление держите. Следите за подворотнями. Уверен, сейчас подтянутся те, кому этот праздник невиданной щедрости поперек горла.

Но я ошибся. Гопников не было. Власть в городе, видимо, держала криминал в ежовых рукавицах, потому что вместо рэкета к Гюнтеру подошли люди совершенно иного сорта.

— Шеф, нарисовались, — голос Гюнтера в амулете резко посуровел, елейные нотки испарились. — Четверо. Одеты богато, но без вычурности. Холеные, двигаются плавно. Стоят у моей телеги, ждут.

Послышались размеренные шаги, звон монет. А затем мягкий, вкрадчивый мужской голос, в котором интонации патоки мешались с едва скрываемым превосходством.

— Прекрасный товар,уважаемый. Меня зовут Алвис. Я представляю интересы городского магистрата. Признаться, мы удивлены.

— Чем же? — буркнул Гюнтер, звеня золотом.

— Щедростью. Железное герцогство ведет тяжелую войну. А вы привозите нам стратегические материалы и продаете их за бесценок. Создается впечатление, что вы здесь не ради торговли.

Пауза. Гюнтер молчал, явно разыгрывая из себя туповатого наемника, который не понимает тонких намеков.

— Мы торгуем там, где платят, — наконец выдал сержант. — А в герцогстве сейчас всё хорошо. Границы на замке. Лишнее сбрасываем, золото лишним не бывает.

— Вот как… — голос Алвиса стал еще мягче, почти гипнотическим. — А скажите, почтенный… Ваш господин, Железный герцог… Он ведь, по слухам, человек весьма деятельный. Его армия постоянно в движении. Случайно, его пути не проходят в ближайшее время в наших краях? Наш наместник был бы счастлив…

— Командир, — в эфире прорезался заместитель Гюнтера. — Амулет на шее греется. Давят на мозги. Легенько так, щупают…

Ментальная магия. Не боевой таран, а аккуратное внушение. Хотели развязать язык тупому солдафону, сделать его сговорчивее. Очень интересно. Значит, наместник города держит при себе очень интересных магов. И эти ребятки не гнушаются использовать свои фокусы посреди бела дня на представителях другого государства.

— Подыграй им, Гюнтер. Пусть думают, что сработало.

Сержант, не выходя из роли, шумно выдохнул, словно расслабляясь под действием чужой воли.

— Да кто ж его разберет, герцога нашего… — Гюнтер заговорил чуть медленнее, с легкой хрипотцой «разговорившегося» человека. — Носится по трактам. Слышал от квартирмейстера, что вроде как на юг собирался. Мож, и мимо вашего городишка проедет.

— Какая потрясающая новость, — радостно произнес Алвис. Раздался тяжелый, увесистый стук — на деревянный борт телеги лег кошель, набитый явно не медью. — У магистрата есть к вам скромная просьба, уважаемый. Если ваш господин действительно окажется поблизости, передайте ему, что город будет почтен его визитом. Наш наместник желает обсудить… перспективы взаимовыгодного сотрудничества. В тихой, закрытой обстановке.

Гюнтер закряхтел, изображая, как борется с жабой, но жаба побеждает.

— Ну… передам. Отчего не передать. За такую-то просьбу.

— Благодарю. Приятного дня.

Шаги удалились. Гюнтер подождал с минуту и снова вышел на связь.

— Свалили. Кошель тянет килограмма на полтора чистым золотом. Командир, они реально нас в гости зовут. Причем так настойчиво, что аж зубы сводит.

— Принял, Гюнтер. Завершайте торговлю без спешки, собирайте монеты и начинайте культурно отдыхать.

Отключив амулет, я откинулся на спинку походного кресла.

— Слышали? — спросил я, убирая артефакт а сумку.

— Слышали, — фыркнула орчанка. — Хотят затащить тебя за стены, усыпить бдительность бабами и вином, а потом прирезать в темном коридоре. Или ошейник рабский надеть. Скукотища. Можно я просто пойду и выломаю им ворота?

— Рано ломать, солнце мое бешенное.

— Они прощупали Гюнтера вот так просто, — узкие глаза Лиры недобро сверкнули. — Проверяли, можно ли купить информацию и заодно заложить нужную мысль. Самонадеянные идиоты. Раз они думают, что твои люди так легко поддаются внушению, значит, считают тебя просто удачливым генералом с громкими пушками, не воспринимая нас как изощренного противника.

— И это наше главное преимущество, родная. — Я поднялся, хрустнув шеей.

— Так мы идем в ловушку? — Урсула вскинула голову. В голосе не было страха,