Лисий переполох - Екатерина Александровна Боброва

- И почему там, где ты, всегда хаос? – вопрос щекоткой прошелся по спине, обвился вокруг шеи, сдавливая предупреждением.

- Господин Жэнь преувеличивает, - ответила я, не оборачиваясь. Неужели понял, что крыша не сама упала, а благодаря старанием молодого лиса? Все же мозгов у юноши маловато… А если бы, обвалившись, она прибила кого? Хотя, чем там прибивать? Соломой? Или бамбуком? Так он тоже не тяжелый. Но даже если Хайлин и догадался о нашей причастности, доказать он все равно ничего не сможет. А я еще не выжила из ума, чтобы признаваться.

- Три раза в день с теплым питьем, - напряженно улыбаясь, протянула бабушке пакетик с травами.

Моей руки коснулись старческие пальцы и вдруг с силой обхватили ладонь. Глаза старушки посветлели, их словно пеленой затянуло…

- Зло тебя ждет! – прозвучавший голос хрипотой напоминал карканье. - Багряный дракон, что жрет свое семя и хочет утопить солнце в крови. Но Лиса войдет в золотую клетку, и жемчужина, что спала в ее тени, пробудится, чтобы стать громом. Торопись! Пока тот, кто может спасти этот мир, еще жив.

Пальцы разжались, оставив синяки на моей коже. Старуха моргнула, глаза ее потемнели, она деловито убрала пакетик трав в карман рукава и, мелко кланяясь, удалилась, благодаря нас и Небо. А я осталась стоять, примороженная ее словами.

За моей спиной Хайлин хранил недоброе молчание. Черт! «Жемчужина в моей тени»! Тут и идиот бы догадался, что мы связаны. Внутри поселилось предчувствие скорых неприятностей. И как поступит Хайлин? Вызовет князя или сам к пыткам прибегнет?

- Госпожа, - ко мне с поклоном приблизился старик, и я переключилась на нового пациента. Будет еще время подумать. Все равно сбежать прямо сейчас я не смогу из-за больной ноги.

Мы возвращались в повозке под восторженное щебетание Шаоюй. Вот у кого день прошел удачно. Столько практики, разных случаев от легких до тяжелых и сколько благодарности от пациентов! Каждый обещал молиться за барышню.

Мы же втроем хранили угрюмое молчание в повозке.

Госпожа Жэнь все еще пыталась понять, как отреагирует общество на излишнюю смелость ее дочери: примет за дерзость или достоинство. И как скажется талант целителя на будущем сватовстве? Не испугаются ли женихи излишне умной и смелой невесты? Не каждая могла бы столь бесстрашно заступиться за бедняков.

На лице Хайлина невозможно было ничего прочитать, но каждый раз, когда мой взгляд касался его лица, меня словно током прошивало от блестящей черноты глаз, закаменевших скул и плотно сжатых губ. Кажется, он мысленно уже четвертовал лису за очередной обман и едва сдерживался, чтобы не начать орать на меня при всех.

Псих!

Я прикусила губу, найдя безопасную точку - собственную юбку.

Бесполезно. Его взгляд жалил, оставляя горячие отпечатки на коже, а ставший плотным и густым запах душил, словно мужчина уже навис надо мной, прижимая к спинке сидения.

Если бы не нога, плюнула бы на приличия, выскочила из повозки и пошла бы пешком. Это же невозможно столь откровенно пялиться!

Куда смотрит Шаоюй? Она же у нас поборница нравственности брата. Сидит, клювом щелкает, о своей драгоценной медицине вещает.

О! Уже о постоянном приеме заикнулась.

Сидевшую напротив матушку аж подбросило на сиденье.

- Никаких грязных, больных, вонючих… у нас дома! – прорвалось-таки тщательно сдерживаемое негодование.

Шаоюй вздрогнула, очнулась, выныривая из розовых мечтаний, где она руководит собственной клиникой и делает мир счастливее.

Госпожа Жэнь нервно раскрыла и с глухим щелчком схлопнула веер – словно обрубая нить судьбы.

- Никаких больных! – повторила она. – Ты знаешь, что случится, если быстро не выйдешь замуж! Твой отец и так рискует положением, пряча тебя. Вспомни, сколько людей погибло, чтобы ты могла наслаждаться жизнью и готовиться выйти замуж, - выдохнула она сердито, а щелкнувший веер подтвердил - много: охранников, служанку, возничего.

Я вспомнила лесную поляну и тела на ней. На ощупь нашла ледяную ладошку Шаоюй, сжала. Мы все несем груз. Каждый свой. И мертвые в этом плане опаснее всего: ответственность перед ними ничем не изменить.

Шаоюй прерывисто выдохнула, глаза ее подозрительно заблестели, и она поспешно отвернулась к окну.

Не в этой жизни, - подумалось мне с жалостью. Здесь от женщины требуется быть хорошей матерью и добродетельной женой. Иные таланты не нужны. Если бы не указ императора, который посчитал, что целители не менее важны, никто бы и не думал отдавать дочерей в лекарские школы… Да и то аристократия превратила учебу в преимущество для замужества.

В повозке повисло напряженное молчание, оттеняемое фырканьем лошади, стуком копыт, да скрипом колес.

Выдержке Шаоюй можно было позавидовать. Никакой истерики, воплей: «Ненавижу тебя! Ты мне жизнь сломала! Сама замуж выходи, раз так хочется!».

Молчание. Рваное дыхание и ледяные пальцы. Истинная аристократка. Я бы уже плевалась ядом… Ну или планировала побег.

Вечер был безнадежно испорчен.

По приезду я дернулась было за Шаоюй – уж больно потерянной выглядела ее фигурка: поникшие плечи, опущенная голова, но Хайлин придержал.

- Не стоит. Дай ей время пережить позор.

Я бы поддержала… но у местных не принято разделять провалы с друзьями, как и жаловаться. Все должно быть идеальным, а если нет – оставь это в темной комнате для собственной подушки.

- Мне нужно с тобой поговорить.

Пальцы на плече предупреждающе сжались. Черт! За переживаниями о Шаоюй я позабыла о собственных проблемах, а вот они обо мне только и думали.

На секунду Хайлин замешкался, решая – ко мне или к нему, и выбрал ближайший павильон – свой. Втолкнул в комнату, сделав единственную поблажку для моей репутации – не став закрывать дверь.

В-в-вежливый.

Впрочем, начни он меня убивать, слуги разве что поинтересуются – не помочь ли. Ну и куда потом тело девать.

Я отошла подальше от стоявшего у двери Хайлина, потом поняла, что отступаю прямиком к кровати, и с каждым моим шагом дыхание мужчины учащается, а взгляд наливается жаром.

Твою же…

Замерла испуганным кроликом. Ладно, лисой. Ее этот самец тоже заставлял нервничать банально тем, что был сильнее.

Сместилась в сторону подальше от кровати и от двери… Но рядом оказался стол, на котором тоже вполне себе можно…

- Просто стой и не дергайся, - чужим голосом попросил Хайлин, и я застыла. Взглядом нашла вазу. Оценила размер, вес, удобно ли будет обхватить и опустить на мужскую голову.

Младший господин