Системный Друид. Том 6 - Оливер Ло

же признаках настоящей резни. Плечи девушки поникли от осознания произошедшего. Она смотрела на остекленевшие лица мертвых товарищей с горьким пониманием, что никакая заученная в высоких кабинетах магия не способна отмотать время вспять. Как бы ни сильна была магия в руках умелого пользователя, но воскрешать она, увы, не имела.

Широкоплечий Асур воспользовался этой заминкой сполна. Увесистая железная дубинка прилетела кицунэ прямо со спины, с мерзким хрустом вломившись в ее правую руку. Лисица даже не покачнулась. Она плавно развернулась на пятках навстречу врагу, пока ее собственное предплечье болталось ниже локтя под совершенно неестественным углом с перебитой костью и непослушными пальцами. Ран уставилась на изувеченную конечность с отстраненным холодным любопытством, будто просто прикидывала масштаб нанесенного ущерба без единой капли человеческого страха.

Вдоль безвольно висящего куска мяса тут же потекла густая сила. Золотистая мощь с багровым огненным отливом выплеснулась из звериных каналов, стремительно обрастая на удивление плотной формой, и прямо поверх сломанной кости соткалась новая светящаяся лапа из чистого пламени. Лисица сжала и разжала сотканные из жара пальцы. Заменитель работал безотказно.

Успевший подняться на ноги тощий Асур вытаращился на это зрелище, и в его пустых глазах наконец-то проклюнулось искреннее сомнение в собственной безнаказанности.

Сотканная из маны лапа обеспечивала совершенно иной хват без всяких суставных ограничений, так что Ран с ходу швырнула веер из трех пылающих серпов, намертво пригвоздив здоровяка к разбитому прилавку, а сама рванула прямиком к тощему. Тот вскинул ладони и ударил навстречу плотным воздушным тараном. Девушка просто приняла этот выпад на выставленные пушистые хвосты, проломилась сквозь сопротивление сжатого потока и оказалась вплотную к цели.

Одним текучим броском она намертво зафиксировала башку ублюдка светящейся огненной пятерней. Когти уцелевшей левой руки сверкнули в сумерках, начисто сбривая оба рифленых рога у самого основания черепа.

Худощавый с глухим стоном осел на брусчатку. Лишившись своих природных концентраторов, Асур окончательно потерял связь с реальностью, запрокинул окровавленную голову и распахнул пасть в полном отчаяния вопле. Вот как, оказывается, насколько сокрушительно для их сознания лишения рогов.

Ран не дала ему издать ни звука, просто закинув один из отрубленных отростков прямиком себе в пасть и с влажным хрустом перекусив его пополам. Второй окровавленный кусок кицунэ небрежно и ловко швырнула через площадь в мою сторону, даже не сбавляя темпа своей жуткой трапезы.

Выбравшийся из-под огненного шквала здоровяк хмуро уставился на то, что осталось от его напарника. Тощий пускал слюни на камни и жалко скулил о потерянных рогах, пока взгляд широкоплечего медленно переползал с жующей лисицы обратно на сломленного товарища. Короткий взмах тяжелого подкованного сапога поставил жирную точку в страданиях калеки, с хрустом размозжив ему голову.

— Слабак, — равнодушно бросил он, перешагивая через дергающееся тело.

Стряхнув с рукава налипшую грязь с чужой кровью, Асурский ублюдок медленно развернулся к Ран и поудобнее перехватил свой тесак для нового броска.

Глава 16

Воля мира

Окровавленный обломок рога летел прямо в мою сторону. Рука дёрнулась на рефлексе, быстрее, чем разум осознал, что мне именно бросили. Я перехватил его в воздухе ровно в тот момент, когда Однорогий Асур уже рванулся ко мне для новой атаки, тяжело вминая сапогами брусчатку.

Кусок чужеродной кости ощутимо обжёг в этот момент ладонь. Плотный сгусток искажённой маны бился внутри него, наподобие второго сердца, пульсируя и отдавая в руку магическим жаром.

Асур, что нападал на меня, замер на полушаге. В его чёрных провалах глазниц вдруг проступило нечто сложное и отдаленно напоминающее человеческое удивление, напрочь вытеснившее прежнюю холодную жажду убийства. Для этих тварей, как уже было понятно из их поведения, рога служили физическим воплощением статуса в их иерархии, не только фокусом. Видеть оторванный кусок собственного естества в кулаке грязного «туземца» должно быть для пришельца ударом куда более глубоким, чем обычная рана. Гримаса мучительного, почти религиозного оскорбления исказила его лицо.

А затем левая рука попросту вдруг перестала мне подчиняться.

Серебристо-зелёные лозы вырвались из-под кожи сами по себе, проигнорировав отсутствие мысленного приказа или привычной задержки на формирование намерения. Ивара среагировала быстрее мозга. Тонкие хищные стебли мгновенно оплели зажатый в кулаке рог и впились в пористую структуру кости, стремительно прорастая прямо в средоточие чужой маны.

Ослепительно-белая вспышка резанула по глазам. Рог просто исчез. Он рассыпался невесомым прахом, который тут же сдуло сквозняком, после чего сытые лозы молниеносно втянулись обратно под кожу.

Воздух перед лицом дрогнул золотистым контуром.

[Получен уникальный катализатор. Интеграция эфирной структуры завершена].

Прочитать сообщение от Системы до конца я не успел, поскольку Ивара внутри моей души тоже отреагировала на исчезновения рога.

Привычное тёплое покалывание в предплечье исчезло без следа. Пропущенная через симбиотическую сеть энергия асурского рога сработала как своего рода детонатор и вскрыла запечатанные пласты памяти древнего духа. Вековая бойня вместе с болью замурованных в камень сородичей перестали быть просто картинками из чужого прошлого, обернувшись для меня вполне осязаемым чувством, ведь я проходил все это вместе с ней, будто это было мое собственное прошлое. Она их ненавидела.

Ивара ненавидела этого конкретного ублюдка перед нами первобытной яростью существа, у которого отняли целый мир, а не как какую-то абстрактную угрозу для тактического устранения. Древняя ненависть хлынула по моим каналам и, казалось, смела человеческие ограничения.

Я не потерял контроля над телом. Часть моего сознания просто послушно отступила на второй план, уступая место этому ледяному напору, из-за чего тело стало пугающе послушным.

Маленькая задержка между решением и сокращением мышцы полностью исчезла. Орнамент на моих руках вспыхнул холодным зеленовато-белым светом, от которого на камнях вокруг заплясали резкие тени.

Однорогий уставился на мои светящиеся руки и впервые за весь этот бой не стал атаковать. Асур откровенно растерялся. По его действиям и выражению лицо было видно, что он почувствовал в человеке напротив ту самую древнюю силу, которую его вид привык видеть только в цепях, поэтому я сам пошёл на него.

Молниеносный Шаг стёр дистанцию между нами в единый смазанный росчерк за какие-то секунды. Однорогий попытался вскинуть руки для формирования багрового щита, но опоздал. Мои ладони впечатались ему ровно в центр груди. Они были налиты максимальным разрядом Когтей Грозы — так, чтобы ударить наверняка.

Грохот удара перекрыл шум городской паники. Асура оторвало от земли и швырнуло назад с такой чудовищной силой, что он пролетел над площадью и врезался в фасад полуразрушенного склада, прошив стену насквозь и обрушив за собой потолочные балки. Глухой гул оседающего щебня возвестил о намертво зажатой в руинах иномирной твари. Я чувствовал его через остаточные колебания маны. Ублюдок выжил, однако сейчас он представлял собой лишь плотно упакованный в кирпичи кусок мяса.

Нужно было шагнуть в пролом и добить его.