Системный Друид. Том 6 - Оливер Ло

Она каким-то образом сумела выпутаться из-под давления Ран на достаточное время для смены цели. Сейчас эта тварь с пустыми из-за воздействия магии глазами быстро шла прямо к Луне. Лучница стояла у осыпающейся арки и тяжело дышала, только что опустив лук с опустевшим колчаном, пока её последняя рунная стрела торчала из шеи одного из клеймёных Асурами наёмников.

Расстояние между ними стремительно сокращалось. Просчитав траекторию и оценив свой резерв, я понял, что не успеваю. Я не добегу до них раньше удара девушки-Асуры даже с усиленными Иварой возможностями. Пальцы сами рванули ворот куртки, и тяжёлая старая монета на кожаном шнурке легла в ладонь.

— Луна! — рявкнул я во всё горло, вкладывая в бросок всю силу укреплённых мышц.

Кусок металла сверкнул в сумерках и пролетел через всю площадь. Луна обернулась на крик. Вбитая тренировками Виттоли реакция сработала безупречно, позволив ей рефлекторно поймать летящий предмет, даже не глядя на падающую в руки вещь. Асура, нацелившаяся на нее, ударила ровно в тот момент, когда пальцы девушки сомкнулись на тёплом металле.

Сгусток искажённой маны сорвался с бледных пальцев Асуры, однако древний артефакт в руке Луны отозвался мгновенно. Развернувшаяся перед девушкой перламутровая плоскость щита с шипением приняла в себя смертоносный заряд. Ударная волна после этого все же швырнула магессу на камни. Она сильно приложилась затылком о стену, но защита выдержала и сохранила ей жизнь, хотя девушку явно слегка контузило.

Этой выигранной секунды мне с лихвой хватило. Молниеносный Шаг перебросил меня через площадь, и я вынырнул из эфирного скольжения спиной к оглушённой Луне.

Асура остановилась. В её мутных глазах не просматривалось ни капли злости из-за сорванной атаки, пока она смотрела на зеленовато-белое свечение моих рук с, казалось, чистым научным интересом. Именно это решение заставило её задержать следующий удар, что стало фатальной ошибкой.

Я выбросил обе руки вперёд. Когти Грозы сорвались с пальцев двойным слепящим потоком, но Асура текучим змеиным движением ушла с линии атаки и скользнула мне за спину для ответного удара. Нечто плотное из сжатого воздуха и гнилой маны полоснуло меня. Куртка тут же разошлась, не выдержав силы удара. Кожу обожгло болью, а кровь горячей струйкой побежала по боку, вот только слабеть из-за этого я не собирался.

Боль только сфокусировала мое сознание. Серебристо-зелёная лоза выстрелила из левой ладони и намертво обвила тонкое запястье девушки-Асуры, пока я одновременно с этим дёргал на себя для гашения её инерции.

Она, разумеется, попыталась вырваться. Хватка усиленного Иварой стебля держала надёжнее стального капкана, и отпускать её ради очередного побега в портал я совершенно не планировал.

Сзади сухо щёлкнула тетива. Стоящая на одном колене Луна умудрилась наложить сразу три обычные стрелы и до отказа накачать их собственной маной, мотая гудящей от стремительной потери сил головой.

Девушка выстрелила. Три светящихся снаряда ударили одновременно и сошлись в одну точку. Поняв свою уязвимость из-за привязанной ко мне лозы, следопыт вскинула свободную руку и выстроила перед собой багровый щит в последнее мгновение перед контактом. Стрелы и преграда встретились в метре от моего лица.

Взрыв оказался оглушительным. Ударная волна плотной стеной ударила в грудь, оторвав меня от земли и швырнув в остатки каменной арки.

Я сполз по осыпающейся кладке. Пришлось глотать пыль и пытаться заставить лёгкие снова работать под высокий, непрерывный звон в ушах.

Когда пыль немного осела, я с трудом сфокусировал взгляд. Тяжело дышащая Луна сидела на прежнем месте у стены и намертво сжимала в кулаке спасший её амулет. Девушку-следопыта отбросило далеко в развалины овощных рядов, где её фигура скрылась под обломками досок и битым камнем.

С противоположного конца площади донёсся тошнотворный звук. Я повернул голову. Ран и широкоплечий Асур всё ещё стояли друг напротив друга. Куртка последнего из тройки Асур превратилась в дымящиеся лохмотья, а половина лица представляла собой жуткий обугленный струп со спекшимися волосами. Любой нормальный человек умер бы от болевого шока десять минут назад. Но этот противник продолжал стоять на ногах исключительно на сырой мане Асуров, бущующей в его венах и отказывающейся давать ему сдохнуть.

Ран замерла напротив него. Заменявшая перебитую руку огненная лапа начала заметно расплываться по контуру и терять плотность, чем больше проходило времени. Пламя мерцало и дёргалось. Держать высокоранговый конструкт при таких повреждениях кицунэ становилось всё труднее.

Тем временем катализатор из рога совершенно не собирался ограничиваться единственной вспышкой, запустив внутри меня тяжелый механизм, о существовании которого я не подозревал.

Стоя посреди развороченной площади и тяжело втягивая носом пыльный воздух, я физически ощущал перестройку моей системы энергоканалов. Процесс шел медленно. Он казался абсолютно необратимым, пока перемолотая симбионтом чужеродная энергия, извлеченная из асурского рога, намертво встраивалась в мою физиологию, попутно расширяя пределы проводимости до каких-то пугающих величин.

Ивара менялась вместе со мной, ведь если раньше её память просачивалась сквозь ментальные барьеры рваными осколками, то теперь заслонки рухнули окончательно.

Воспоминания хлынули сплошным неконтролируемым потоком. Целые исторические пласты обрушились на мозг, давая четко прочувствовать, как дух внутри меня стремительно взрослеет. Детская восторженность выгорала без остатка. Ей на смену приходила выкованная в тысячелетних пытках жестокость. Увы, но подобное не могло пройти без последствий.

Та древняя война перестала быть для неё набором чужих страшных картинок и стала её собственной, пробудив нечто, казавшееся навсегда вытравленным веками заточения.

Себя я при этом, все же несмотря на сложность, не потерял. Рассудок совершенно не растворился в чужой ярости, скорее, часть моего человеческого «я» добровольно отступила на полшага назад, предоставляя оперативный простор поднимающемуся из глубины существу.

Наше слияние перешло на совершенно иной уровень, ведь раньше Ивара выступала исключительно на правах помощницы, согревая ладонь или изредка беря на себя часть эфирного давления. Сейчас дух хладнокровно забрал под свой контроль добрую половину работы.

Разделение ролей произошло само собой, будто мы это делали не одну сотню раз. За мной осталась функция боевой единицы с физическим телом и рефлексами, тогда как Ивара полностью взяла на себя окружающую среду.

Мне больше не требовалось вжимать ладони в землю для активации навыка. Через нашу симбиотическую связь дух самостоятельно потянулась к изувеченной вокруг природе, дотрагиваясь до пробивающихся сквозь щели в брусчатке чахлых травинок и задавленных камнем корней под мостовой. Сама сырая земля под разрушенным торговым кварталом ответила ей с такой первобытной готовностью, какой я никогда прежде не ощущал.

Мои движения неуловимо изменились. Ушла свойственная любому человеку микроскопическая задержка между оценкой обстановки и сокращением мышц, а орнамент на предплечьях ярко вспыхнул зеленовато-белым светом, просвечивая сквозь ткань куртки.

Площадь немедленно пришла