Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова

Мне показалось, что сейф пуст.

Разочарованию моему не было предела!

Преодолеть столько препятствий, проявить такую смекалку – и ничего не найти!

Я еще раз внимательно оглядела внутренность сейфа – и на этот раз кое-что там все же нашла.

Во-первых, я нашла конверт из гладкой пожелтевшей бумаги.

Кроме того, я нашла там же небольшой плоский ключ.

Очень осторожно я открыла конверт, он был не заклеен, и не было на нем ни адреса, ни имени. В конверте лежало два листочка бумаги. Посветив на один, я увидела, что он исписан красивым почерком на незнакомом мне языке.

Второй листок сохранился хуже, он был порван, чернила расплылись, я решила его не трогать.

Я взяла все свои находки, еще раз обследовала сейф, убедилась, что больше ничего в нем нет, и закрыла дверцу.

Итак, ожерелья я не нашла.

Правда, нашла какое-то письмо – может быть, оно подскажет мне, куда же покойная певица спрятала свое сокровище.

И вообще, мне бы неплохо выбраться из этого подземелья. Окончить в нем свои дни – это не входит в мои планы.

Но, кроме письма, я нашла ключ.

А если есть ключ – должна быть и замочная скважина, к которой этот ключ подходит.

Я прошла с фонариком вдоль всех стен комнаты – и наконец мне повезло, на одной из стен я нашла едва заметное углубление, в которое как раз вошел ключ из сейфа.

Я повернула ключ…

И часть стены отодвинулась в сторону, открыв прямоугольный проход.

Я шагнула вперед…

Дверь подземелья закрылась за мной, а я оказалась в туннеле с сырыми каменными стенами.

Я пошла по этому коридору и вскоре увидела железную лесенку, ведущую наверх.

Вскарабкалась по этой лесенке, уперлась в люк…

К счастью, этот люк легко открылся, и я оказалась на свободе!

После затхлого воздуха подземелий воздух питерской улицы показался мне удивительно свежим.

Я огляделась и поняла, что нахожусь на улице, позади особняка, в котором теперь работаю.

К счастью, улица, куда я попала, была безлюдна и никто, кроме большого рыжего кота, не видел, как я вылезла из люка.

Кот отнесся ко мне с пониманием, только распушил усы, потому что увидел, что я без пальто. Мне некогда было с ним разговаривать, на улице холодно, так что я побежала вперед.

По требованию знахарки мадам Мазини оделась как можно более скромно, чтобы ее можно было принять за простую горожанку, и они отправились в Латинский квартал.

Мадам Брюно привела свою клиентку на улицу Юшет, где из каждой двери вырывались густые клубы пара, доносились шумные голоса и запахи еды.

Дамы вошли в один из многочисленных ресторанчиков, и навстречу им метнулся официант:

– Дамы желают пообедать? Сегодня нашему повару очень удалось мясо по-бургундски!

– Дамы не желают обедать! – нетерпеливо отмахнулась от него мадам Брюно и сунула в руку монету. – Дамы желают видеть месье Гастона.

– Ах, вот как… – Официант тут же ретировался, а мадам Брюно с мадам Мазини спустились по крутой лестнице в подвал.

Они прошли мимо бочек с вином и ящиков с овощами и углубились в подвал.

Там, перед низкой деревянной дверью, сидел на трехногом табурете карлик с непомерно большой головой в ореоле седоватых кудрей. Он вопросительно взглянул на дам:

– Вам что-то угодно?

– Гастон, мы пришли к старому месье. Он нас ожидает.

– Вы уверены?

Мадам Брюно сунула и карлику монету. Он отодвинул щеколду на двери.

Дамы прошли в дверь и оказались перед еще одной лестницей, на этот раз ведущей наверх.

Они поднялись по ней и оказались в полутемной, жарко натопленной комнате.

Возле дальней стены стояла высокая кровать, на которой лежали груда подушек и скомканное одеяло.

На стене над этой кроватью висело чучело крокодила.

Мадам Брюно остановилась на пороге и проговорила несколько неуверенно:

– Месье Жозеф, мы пришли к вам за помощью!

Некоторое время ничего не происходило.

Затем одеяло зашевелилось, и из-под него выглянул очень странный человек.

У него была совершенно лысая голова, обтянутая бледно-желтой кожей, морщинистая шея и темные, выпуклые глаза. Вообще, он был похож на старую, сморщенную ящерицу.

– Неужели вы не можете оставить меня в покое? – простонал этот человек и снова спрятался под одеялом.

– Месье Жозеф, вы меня не узнали? Это же я, мадам Брюно! Вы помните, как много лет назад в Тулузе…

– Я все помню! – послышалось из-под одеяла. – Но я хочу, чтобы меня наконец оставили в покое!

– Что ж, не буду вас более беспокоить…

– Что, мы зря сюда тащились? – прошипела в ухо товарки мадам Мазини. – Вы уверяли меня, что он не откажет. Уверяли, что он поможет мне…

Мадам Брюно приложила палец к губам и снова заговорила нарочито громким голосом:

– Да, я больше вас не побеспокою. Тем более что вы нам все равно не смогли бы помочь. Мы столкнулись с магией настолько сильной, что никому не под силу преодолеть ее. Может быть, в прежние годы вы еще могли бы, но не сейчас…

Одеяло снова зашевелилось. Из-под него опять высунулась голова старой ящерицы, узкие губы презрительно скривились, и человек в постели прохрипел:

– Нет такой магии, с которой я не смогу справиться! Годы передо мной бессильны!

Он на мгновение зажмурился и проговорил:

– Пододвиньте ширму!

Мадам Брюно увидела в углу старую ширму, обтянутую выцветшим шелком, и передвинула ее, заслонив кровать.

За ширмой послышалась какая-то возня.

Наконец из-за нее появился человек.

В нем трудно, да почти невозможно было узнать прежнюю престарелую ящерицу.

Теперь это был кавалер из давно прошедших времен, из галантного восемнадцатого века. На нем был пудреный парик, расшитый серебром камзол черного бархата, панталоны до колен и туфли с золотыми пряжками.

Теперь он даже не казался таким старым, как прежде, как будто сбросил добрый десяток лет.

Слегка прихрамывая, кавалер подошел к дамам и внимательно оглядел их.

– Итак, чего вы от меня хотите?

Мадам Мазини хотела было заговорить, но спутница остановила ее жестом и заговорила сама:

– Это моя подруга. Она – великая оперная певица, и была в театре признанной примадонной. И вдруг появилась какая-то девчонка, выскочка, которая захотела ее подсидеть…

Кавалер вздохнул:

– Как мне это знакомо! У этой современной молодежи нет никаких моральных устоев! Только мы, старая гвардия, еще храним заветы прошлого!

– Вот-вот, месье Жозеф, я совершенно с вами согласна и поэтому попыталась помочь подруге. Я провела классический ритуал – ну вы знаете, с куклой, – но это не помогло. Должно быть, у той девчонки сильная защита. Так вот,