Князь из стали - Сергей Жуков

Они не ожидали, что «то, что происходит внизу» прилетит им обратно.

Мои глаза нашли мага за долю секунды. Он стоял в дальнем конце коридора, уже формируя новую ледяную технику, руки мерцали голубым, на лице была сосредоточенность человека, уверенного что ему никто не помешает.

Я выстрелил и из ствола артефактного ружья вырвался прозрачный сгусток энергии, ударивший мага точно в грудь. Его отбросило на пять метров, он впечатался спиной в стену, голова мотнулась, руны на руках погасли и он сполз на пол без сознания.

Бандиты начали оборачиваться, кто-то вскинул автомат, но было поздно. Я уже летел вниз, обратно в пролом. Конструкт подхватил меня клешнями и мягко поставил на пол.

Сверху тут же загрохотали выстрелы: бандиты палили в пролом, но мы были уже в стороне, за пределами прямой видимости.

— А теперь иди и закончи работу, — сухо приказал я.

Конструкт скрипнул, разбежался и прыгнул вверх, пробив потолок в новом месте, в двух метрах от старого пролома. Куски бетона и арматуры полетели во все стороны, и робот исчез на втором этаже.

Сверху раздались крики и беспорядочная пальба, а потом лязг, грохот, звук ломающейся мебели и треск стен. Кто-то отчаянно орал «отступаем», кто-то звал на помощь, кто-то просто вопил от ужаса.

Это продолжалось несколько минут, а потом наступила тишина. Полная, абсолютная тишина, в которой слышались лишь стоны поверженных и мерные, тяжёлые шаги конструкта, обходящего поле боя.

Я посмотрел на часы. Пять минут сорок секунд.

— С запасом, — заметил я.

Граф стоял рядом и смотрел на потолок с выражением, которое я видел на лицах многих людей в своей прошлой жизни. Выражением человека, который только что понял, что связался с кем-то, кого лучше не злить.

* * *

Мы поднялись на второй этаж.

Коридор выглядел так, словно по нему прошёлся ураган. Стены в трещинах, двери вынесены, пол усыпан обломками, гильзами и телами бандитов, лежащих в самых причудливых позах. Все дышали, все стонали, ни один не мог подняться. Их оружие было аккуратно сложено в углу, мой конструкт отобрал у каждого и составил горкой.

В дальнем конце кабинета, в углу, за обломками стола, вжавшись в стену, сидел Ворон.

Без пиджака, с разодранной рубашкой, с кровоточащей ссадиной на лбу. Пульт ручного управления валялся рядом с ним: кабель оборван, дисплей треснул. Бесполезный кусок пластика.

Я подошёл и посмотрел на него сверху вниз, а следом наклонился и поднял с пола пачку денег — ту самую, что он положил на стол перед началом всего этого представления. Купюры были в пыли и штукатурке, но целые.

— Полагаю, это неустойка за досрочный разрыв контракта, — спокойно сказал я, убирая деньги в карман.

Ворон поднял на меня глаза. В них не было ни злости, ни страха. Только пустота. Пустота человека, который впервые в жизни проиграл по-настоящему и не знал, что с этим делать.

Я повернулся к Графу, который стоял в дверях кабинета, оглядывая поле боя.

— Вопрос с Вороном закрыт, — сказал я. — Как и обещал. Его люди в нокауте, оружие изъято, маг без сознания. Территория теперь твоя. Всё, что осталось от его операций тоже твоё: люди, контакты, схемы — разбирайся с этим сам.

Граф молча слушал, не отводя от меня взгляда.

— Не советую пытаться меня обмануть, — я кивнул на Ворона, который по-прежнему сидел у стены, глядя в пустоту. — Ты сейчас стоишь в кабинете человека, который попробовал это сделать. Так что будь умнее его и просто выполни условия, которые я назвал.

Граф долго, пристально смотрел на меня, а затем перевёл взгляд на конструкта, стоявшего за моей спиной, на побитых бандитов, на Ворона, на пулевые отметины в стенах и проломы в полу.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Будет по-твоему.

Я кивнул, развернулся и пошёл к выходу. Конструкт двинулся следом, тяжело ступая по обломкам. В дверях я остановился.

— Твой конструкт будет завтра, — бросил я через плечо. — Лучше этого. Условия те же: территория, охрана, без бандитизма.

— Понял, — коротко ответил Граф.

Я вышел из кабинета и пошёл по разрушенному коридору к лестнице. За спиной я слышал, как Граф негромко отдаёт приказы своим людям, как они входят в кабинет, как кто-то поднимает стонущих бандитов и тащит к выходу.

Я уже спустился на первый этаж и шагнул к выходу из поместья, когда сверху, из кабинета, раздался короткий сухой хлопок. Я не обернулся, прекрасно понимая, в кого вылетела эта одинокая пуля.

На улице меня ждал наследник. Ржавый робот стоял у ворот, нервно переминаясь с ноги на ногу, и при виде меня радостно скрипнул. Увидев конструкта, выходящего следом, он скрипнул ещё радостнее и забренчал руками, похоже, изображал аплодисменты.

— Пошли домой, — сказал я. — У нас ещё много дел.

* * *

Квартира Алёны. Поздний вечер.

На экране ноутбука светилась страница императорского реестра аристократических родов. Раздел «К». Подраздел «Кузнецовы».

Алёна сидела на кровати, подтянув ноги под себя, и листала скудные записи. Род Кузнецовых занимал в реестре чуть больше половины страницы и это было странно. Один из старейших родов, стоящий на заре основания Империи и ему посвящён лишь жалкий огрызок информации, в котором тем не менее когда-то было двадцать листов, если верить нумерации. Основная часть информации была помечена грифом «архивировано» или «данные утрачены». Оставались лишь сухие строчки: дата основания рода, родовой герб, перечень ныне живущих членов (четыре имени) и пометка «статус: неактивный». У девушки сложилось впечатление, что кто-то хорошо поработал, чтобы стереть память о роде Кузнецовых из истории Империи.

Она закрыла реестр и открыла другую вкладку. Социальные сети. Девушка зашла в поиск и набрала имя «Александр Кузнецов». Результатов было немного, и ни один профиль не принадлежал тому самому Александру. Он не вёл социальных сетей, не публиковал фотографий, не оставлял цифровых следов. Словно его не существовало до того вечера у Шуваловых.

Алёна нахмурилась и перешла к архивам городских газет. Вновь набрала «Кузнецов» в поисковой строке и в результате ей выдало несколько старых статей: заметка об упадке рода десятилетней давности, короткое упоминание в криминальной хронике (что-то про драку возле школы), и некролог деда.

Она откинулась на подушку и посмотрела на потолок. Над её головой, приколотые кнопками прямо к обоям, висели два больших постера. Чёрно-белые, рваные по краям, с яркими кислотными буквами: «СТАЛЬНЫЕ ПСЫ». Панк-группа, о которой в кругах высшего света никто никогда не слышал и которую Алёна слушала с четырнадцати лет.

Она снова посмотрела на экран ноутбука. Открыла единственную фотографию, которую