Шеф-повар придорожной таверны IV - Кирилл Игоревич Коваль

Утром, когда накормили и отправили гостей, я почувствовал, что после нескольких дней дороги и всей городской суеты тело само требовало нагрузки. Ивер уже тренировался во дворе, так что я просто присоединился к нему, к его удовольствию. Мы размялись, и дядя, закончив ежедневное воинское Правило, перешел к моему обучению.

И тут я понял, что во мне что-то изменилось. Нет, я не стал лучше сражаться, уровень дяди продолжал оставаться для меня недосягаемым… Но мне словно стало проще… Как будто до этого меня что-то сковывало, а сейчас мне ничего не мешает. И только спустя несколько минут активных атак Ивера я вдруг понял, что планирую не на два-три действия вперед, а на пять или шесть, да еще сразу продумываю несколько других, альтернативных действий. Я перестал думать о ногах, наша узкая площадка словно стала шире, мне стало хватать места.

— Вот чего тебе не хватало, — не скрывая довольной улыбки, проговорил дядя, отступая и давая мне отдышаться, — реальной схватки, чтобы ты почувствовал настоящую опасность…

— Для чего не хватало? — тяжело дыша, уточнил я, не теряя бдительности. С Ивера станется внезапно продолжить атаку — для тренировки внимания.

— Ты давно все умеешь по отдельности, а сейчас наконец-то стал использовать все знания воедино. Просто встряска с дуэлью расставила твои знания по нужным местам у тебя в голове. Давай-ка уже усложним тренировки!

И ведь усложнил. Да так, что я натурально взвыл от усталости! Он же помнит, что мне еще работать надо⁈

Маша, глядя на нас, взяв Яника и его нового друга (а они у него что-то через день все новые), тоже решила потренироваться в стрельбе.

Причем вытащила сразу три арбалета. Два старых, здоровых, и новый, подаренный ей Ивером из добычи оборотней, который больше всего пришелся ей по душе.

Девочка стреляла, делая паузы только чтобы прицелиться, а мальчишки заряжали ей, под обещание, что потом дадут стрельнуть им. Самое забавное, что из легкого арбалета, с которого Маша подолгу целилась, результат был гораздо хуже, чем с больших и тяжелых, которые она могла только поднять и практически сразу приходилось стрелять, так как они тянули ее вперед.

Мимо нас на луг прошел Тарон и обошел всех лошадей, одну за другой. Каждую осмотрел, нескольким заглянул в рот, у двух долго проверял копыта и отвел их в сторону.

Через некоторое время я увидел, как он увел в конюшню еще одну лошадь. Потом вернулся с охапкой свежесобранной травы и унес ее в конюшню.

Когда мы закончили с тренировкой, мужчина как раз вел ранее отведенных в сторону лошадей мимо нас к кузне, из которой раздавалось редкое позвякивание.

— Этих перековать надо, — на немой вопрос Ивера ответил Тарон.

— Да вроде там нормально было?

— Ну, какое-то время бы еще походили, но лучше сразу.

И пошел дальше.

Странный мужик. Вроде отвечает нормально, но так, словно в сторону куда-то.

— А с той, что в конюшне? — спросил я ему вслед.

— Живот.

— Что-то серьезное?

— Нет. — Тарон впервые поднял на меня глаза и посмотрел так, словно это я сейчас сказал что-то совершенно бессмысленное. — Просто чтобы не заболела. Серьезного с лошадками больше ничего не будет.

Ну его… Странный он какой-то… Хотя надо отдать должное: встал он рано, покормил лошадей, почистил, осмотрел, лечит. Все это один, и до обеда еще далеко!

Оставив его разбираться с лошадьми, мы с Ивером подошли к Маше.

Девочка как раз поставила заряженный арбалет на упор, прицелилась и выстрелила.

Болт вошел в мишень, сильно влево и вверх, но в целом попала же.

— Вот! — довольно сказала она. — Давай еще!

— Три болта осталось! — предупредил Яник.

— Ну, я еще раз стреляю, и вы по выстрелу, а потом вы болты собирать!

Я рассмеялся. Уж больно смешно звучал ее командирский тон, которым она пыталась изобразить бывалого воина.

Маша тоже улыбнулась и потянулась за арбалетом.

Девочка выстрелила, посмотрела на солнце и спохватилась:

— Всё! Мне обед готовить надо.

Она дождалась, пока мальчишки стрельнут по разу, и собрала арбалеты, сунув один мне.

— Я их пока к себе уберу. После обеда еще постреляю. Помоги отнести.

Я, держа в одной руке щит и топор, а в другой здоровый арбалет, прошел к ней в комнату и, поставив его у стены, хотел было отнести свое оружие, как Маша остановила меня.

— Ты сейчас куда?

— Отнесу оружие и умываться.

— А подними мне, пожалуйста, рыбу из погреба. А потом умывайся!

Я быстро сунул щит и топор под стойку и полез в погреб.

Блин! Как тут все распихали-то вчера! Вот раз не проконтролировал…

Быстро отношу корзину с рыбой и возвращаюсь. Если сразу нормально не поставить, то со следующей поставки хаос будет только множиться…

— Вес! — кликнула меня Лика. — Там два лиера приехали, выйди на стойку, пожалуйста, а то они какие-то недовольные!

Едва я зашел в зал, надеясь, что после получаса в холодном подвале от меня не сильно несет потом, помыться-то я не успел, как зашли два лиера.

На вид — не слишком богатые, но с таким выражением лица, будто все вокруг им что-то должны уже по одному факту их рождения. Одежда видавшая виды, меч только у одного, но знаки лиеров начищенные и висят на груди так, чтобы их было сразу заметно.

— Подождать придется, — сказал я им, едва они заикнулись про обед. — Вы слишком рано.

— Ты чего, щенок, нас еще учить будешь, когда нам приезжать⁈ — грозно взревел один из них, с заплаткой подмышкой.

— Ни в коем разе. Но еда будет, только когда приготовится. Независимо от того, гневаетесь вы или нет. Позвольте налить вам эля, чтобы вы промочили горло с дороги и скрасили минуты ожидания…

Один из них нахмурился и, не дослушав, перебил:

— Мы не собираемся ждать. Неси что что есть! И за эль, если будет кислым, платить ничего не будем!

Я невозмутимо пожал плечами.

— Тогда сейчас сделаем бутерброды. А эль у нас лиеры Асела пили и были довольны.

— Да плевать кто! Мы не абы кто и всякую дрянь не пьем! Дай, попробуем и решим, стоит ли это наших денег.