Рубин для мастодонта - Светлана Аркадьевна Лаврова

Хикс с недовольным видом села играть контрдансы*, а молодёжь с восторгом отплясывала. Софию пригласил мистер Гриффитс, что было печально – это означало, что во мнении окружающих она уже не так молода и не годится в партнёрши юным Ривзам и Чамберсам. Да хоть все и говорили, что ей слегка за двадцать, но эти же «все» знали, что весной ей стукнет двадцать пять. Джек ее не приглашал – вот еще, охота нарываться на отказ, когда можно превесело потанцевать с другими, которые только польщены будут, что такой блестящий кавалер оказал им внимание.

Старшие сели за карты – в смежной комнате были установлены столы. Мегги и Алиса, лишённые надзора гувернантки, незаметно сползли с лестницы и сначала прятались за шторой, но Джек их там обнаружил, захохотал и повёл в вальсе Мегги. Мегги танцевала плохо, больше прыгала и радовалась, а Джек – очень хорошо, натренировался на гарнизонных балах. Мистер Резинг пригласил Алису, чтобы ей не было обидно, и веселье пошло совсем уж, на взгляд Софии, неприличное. Но мистер Беннинг наслаждался разговорами с мужчинами-охотниками, а миссис Беннинг радовалась, что ее дочери довольны и танцуют, так что София смирилась. Усталая мисс Хикс начала сбиваться с ритма, её сменила миссис Исабель Суонелл, жена священника, и танцы продолжались.

А потом большие часы в прихожей некстати забили – бом-бом-бом! – и оказалось, что уже половина двенадцатого, а званые обеды полагалось заканчивать в десять-одиннадцать вечера. Спохватились, что поздно, и началась обычная разъездная суматоха: «ах, как всё было замечательно» да «как вы всегда так устроите, дорогая, что всё хорошо?», да «какая отличная у вас кухарка», да «где моя шаль, Мери?»

Гости уехали. София упала в кресло – уфф!

– Ты так устала, моя дорогая, – посочувствовала миссис Беннинг. – Но ты прекрасно всё организовала. Я это никогда не умела.

– А мы тоже танцевали, а мы тоже танцевали! – прыгала Мегги.

– Почему вы до сих пор не в постели? – возмутилась София. – Мисс Хикс! Мисс Хикс!

Мисс Хикс не ответила.

– Её похитил Дикки Ривз! – закричала Мегги. – На горячем вороном верблюде он увёз её в полночь!

– В Париж! – закричала Алиса, тоже возбужденная праздником.

– Не болтайте глупости, – одёрнула её София. – Мисс Хикс в последнее время не очень старательно выполняет свои обязанности. Девочки должны спать уже часа три. Бетти, сбегайте в её комнату и позовите.

Усталая Бетти (скольких дам ей пришлось одеть, раздеть, подколоть локоны, поправить шляпку, подвернуть подол!) неторопливо дошла до комнаты гувернантки, оглядела её. Вниз она спустилась гораздо быстрее:

– Мисс София! Мисс София! Мисс Хикс нет! Она уехала!

– Что ты болтаешь, – одёрнула её София, уставшая не меньше.

– На подушке лежит записка. Вот эта.

И Бетти предъявила клочок бумаги: «Моя тётя заболела очень сильно умерела. Я поехала навестить. Через три дня я вернусь. Гувернантка».

Глава тридцать третья

О проблемах образования среди кроватей

– Бетти, ты правильно прочитала записку? – в десятый раз спрашивала кухарка Дэвис. – Уж больно она странная.

– Да чтоб мне лопнуть! – убеждала Бетти. – Так и написано: «Моя тётя заболела очень сильно умерела. Я поехала навестить. Через три дня я вернусь. Гувернантка». Что за слово «умерела»? Если «умерла», то зачем её навещать? И почему подписано «Гувернантка», а не именем?

– Да, – мрачно сказала Мери. – Не любила я её, покойницу, а теперь вот совесть мучает. Бедняжка.

– Кого? – вытаращила глаза Бетти. – Тётю гувернантки? Ты ж её не знала.

– Не тётю, а саму мисс Хикс. Мы её больше никогда не увидим. Она погибла ужасной смертью.

– Я тебя поняла, Мери, – кивнула кухарка Дэвис. – Её съела кровать.

– Но мисс Хикс спала в своей комнате на своей кровати, а не на гостевой, вампирской! – возразила Бетти.

– Видимо, эта зараза передаётся от кровати к кровати, как тиф, – пояснила кухарка Дэвис. – Кровать гувернантки заразилась от вампирской кровати и… того.

– А записка? Вампирская кровать записок не писала, – резонно возразила Бетти.

– Видишь ли, Бетти, я, конечно, патриотка родного Уэльса, – замялась кухарка Дэвис. – Но следует признать, что образование там поставлено так себе. Даже крестьяне не все грамотные, не то, что кровати. А здесь – просвещённый Ламаншир, близость к Европе, все жители умеют читать-писать… и кровати, видимо, тоже. К тому же гувернантка была учёная девица, вот кровать от неё и поднабралась ума. Но всё-таки кровати, как правило, глупее людей. Вот она и написала с ошибками.

– Но от неё могут заразиться и другие кровати! – воскликнула Нэнси. – И вас съедят! Я-то сплю на лавке.

– Да, Нэнси, ты в безопасности, – кивнула кухарка Дэвис. – А мы все рискуем жизнью каждую ночь. Как опасна работа служанки! Не знаю, как быть, помилуй нас Господь. Нэнси, вытри еще раз столешницу на буфете, она жирная.

Вот такой разговор происходил в кухне наутро после исчезновения гувернантки. Господа вообще не беспокоились: уехала и уехала, не помрут девочки три дня без гувернантки. А написала невнятно – так волновалась об умирающей тёте, не до орфографии.

Мегги и Алиса откровенно радовались свободе. Миссис Беннинг, София и Луиза еще не выходили из спален, утомленные вчерашним званым обедом. Джек ускакал распорядиться по завтрашней охоте, мистер Беннинг чуть задержался, но тоже уже собрался последовать его примеру, как на выходе из дома его остановила очаровательная смуглая девушка, одетая очень скромно, в тёмное платье и шляпку с вуалью.

– Прошу прощения, вы – мистер Беннинг? Я – мисс Оливетти, ваша новая гувернантка. То есть ваших детей гувернантка новая.

– Но у нас уже есть гувернантка, – удивился мистер Беннинг. – Мисс Хикс вернется через три дня.

– Но три дня ваши достопочтенные* дочери будут лишены должной заботы, – настаивала мисс Оливетти. – Я её лучшая подруга. Она попросила меня заменить её на три дня. Вот мои рекомендации.

И сунула мистеру Беннингу ворох бумаг на иностранных языках. Мистер Беннинг не любил читать такую скучную литературу, как рекомендации. По правде сказать, он вообще не любил читать, а сейчас еще и торопился. Перед его глазами сверкало и переливалось сладкое видение – завтрашнее открытие сезона охоты, а тут какие-то тоскливые домашние дрязги.

– Хорошо, милочка, идите в комнату мисс Хикс и располагайтесь, – отмахнулся он и поспешил вниз по ступенькам.

Гувернантка удовлетворённо ухмыльнулась и зашла в прихожую. Прекрасно ориентируясь в незнакомом доме, она поднялась на второй этаж в комнату мисс Хикс, поставила в угол свой лёгкий сундучок, перевернула вверх ногами маленький, якобы письменный столик и начала изучать его ножки – не выдолблен ли там тайник?.

– Что вы делаете? – заглянула Мегги. Она