Две стороны равновесия. Клубок змей - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Высокий потолок терялся в полумраке, где переплетались искусно вырезанные балки из древесины тысячелетнего духовного дуба. Между ними свисали длинные полотнища дорогого шелка, вышитые золотыми нитями. На тканях изображались сцены древних побед рода, хотя многие из этих "подвигов" существовали лишь в семейных летописях, заботливо переписанных придворными историками.

Стены покрывали панели из тёмно-красного ароматного дерева. От них исходил легкий запах смолы и благовоний. Через равные промежутки висели старинные мечи, копья, алебарды, покрытые серебряной вязью духовных печатей. Некоторые были настоящими артефактами, другие являлись всего лишь украшениями, однако неискушенному гостю все это производило впечатление огромной военной мощи. Пол был сложен из огромных плит белого нефрита. По нему тянулись длинные ковры, сотканные из шерсти редких духовных зверей. По углам стояли массивные курильницы из черного золота, испускавшие тонкие струйки ароматного дыма.

Вдоль стен располагались шкафы, заставленные дорогими нефритовыми сосудами, древними свитками, драгоценными кубками, статуэтками и разнообразными редкостями, привезенными купцами из множества соседних государств.

Посреди зала возвышался широкий стол, вырезанный из цельного ствола дерева духовного железного кедра. На нем лежали карты. Планы… Родословные… Списки дворян… Печати… Документы… Все это свидетельствовало, что хозяин помещения привык считать себя человеком большого будущего. И сейчас именно этот человек быстрыми шагами ходил по залу. На его лице сияла широкая довольная улыбка. Иногда он даже негромко смеялся сам себе.

— Великолепно... просто великолепно...

Он остановился возле окна. За ним далеко внизу простирался город. Высокие стены. Башни. Площади. Рынки. Все это принадлежало ему. По крайней мере, именно так он привык считать. Он медленно провел ладонью по полированной поверхности стола.

— Если все получится... — Его глаза загорелись почти болезненным восторгом. — Тогда этот род станет сильнейшим во всем регионе...

Он снова начал ходить по залу. Мысли перескакивали одна через другую. Перед внутренним взором вновь возникла картина той самой площадки, где возвращались участники Турнира Тьмы и Света. Он прекрасно помнил их. Особенно молодых культиваторов. И особенно девушек. Не потому, что видел в них личности. Совсем нет. Для него они были возможностями… Инвестициями… Живыми сокровищами…

— Такая кровь... — Он почти благоговейно прошептал эти слова. — Такой талант...

В его понимании сильный культиватор являлся прежде всего ценным ресурсом. Особенно молодой. Особенно если речь шла о человеке, чья родословная могла передаться следующим поколениям. Он давно пришел к выводу, что золото заканчивается. Артефакты ломаются. Пилюли расходуются. Даже духовные жилы способны иссякнуть.

А вот сильная кровь... Она остается. Она работает поколениями. Она создает потомков. Именно поэтому последние годы его люди так старательно искали молодых одаренных. Неважно, из какой они были семьи. Неважно, к какой Академии принадлежали. Главное — талант. Остальное не имело значения.

Он остановился возле огромной карты собственного княжества. На ней были отмечены торговые пути. Перевалы. Горные тропы. Места исчезновения различных путешественников. И далеко не все эти отметки появились случайно.

Князь медленно провел пальцем вдоль одной из дорог.

— Еще немного... — Его улыбка стала шире. — И вся эта земля станет лишь началом...

Он уже видел себя намного выше. Сегодня — князь. Завтра — правитель большого государства. А потом... Кто знает? Возможно, однажды его потомки создадут собственную империю… А он сам… Сам благородный хотел бы стать Бессмертным. Но его собственный дар для этого был слишком мал. Но именно ради этого он годами собирал людей с хорошими задатками к культивации. Он искренне считал подобные действия проявлением дальновидности. В его сознании не существовало противоречия между словами "род", "будущее" и "принуждение".

Наоборот. Он был убежден, что действует во благо собственной династии.

— Когда мои наследники станут великими мастерами... — Он даже негромко рассмеялся. — Историки обязательно напишут, что именно наш род сыграл решающую роль после Турнира Тьмы и Света...

Он уже представлял себе торжественные хроники. Как спустя сотни лет придворные ученые будут читать детям:

“Наш великий предок сумел воспользоваться открывшимися возможностями после славной победы Светлого мира...”

При этой мысли он довольно прищурился. Историю всегда писали победители. А значит... Достаточно самому стать победителем. О происхождении силы потомков никто уже не станет спрашивать. Он вновь подошел к столу. На отдельном свитке были записаны несколько имен. Возле каждого стояли краткие пометки.

“Ледяная техника.”

“Высокая совместимость с духовной энергией.”

“Редкая огненная конституция.”

“Исключительный талант.”

Он вспоминал молодых культиваторов, которых успел увидеть издали. Особенно тех, кто сопровождал победителей турнира. В его памяти всплывали спокойная уверенность юной наставницы, холодная сосредоточенность Линь Сюэ, яркая энергия Лу Фэнъэр и даже необычная аура той загадочной пленницы из Тёмного мира.

Каждый подобный талант казался ему драгоценным камнем. Не как личность. Не как союзник. А как редкий ресурс, который можно обратить себе на пользу. Он был настолько поглощен собственными расчетами, что даже не замечал, насколько глубоко исказилось его мировоззрение. Люди давно перестали быть для него людьми. Каждый незнакомец автоматически превращался либо в полезный инструмент, либо в препятствие. Среднего не существовало. Он уже начал мысленно распределять роли будущих поколений своего рода. Кто станет военачальником. Кто алхимиком. Кто мастером формаций. Кто возглавит разведку. Все это выглядело для него настолько логичным, что он даже не допускал мысли, будто сами обладатели этих талантов могут иметь собственную волю, собственные цели или право выбирать свою судьбу. Именно поэтому князь сейчас пребывал в превосходном настроении. Он был абсолютно уверен, что его тщательно выстроенный план вот-вот начнет приносить первые плоды.

Он еще не знал... Что где-то далеко, на летящем к Академии Небесного Свода корабле, его люди уже провалили задание. Не знал он и того, что руководство всех трёх Великих Академий получили сведения о деятельности его княжества. Не знал, что тревожные послания уже мчатся по духовным каналам связи. И уж тем более не подозревал, что сейчас его собственное имя впервые прозвучало на Советах старейшин рядом со словами:

— Карательная экспедиция.

Князь вновь остановился перед огромной картой, занимавшей почти всю дальнюю стену его покоев. Карта была необычной. На ней были отмечены не только города, крепости и торговые дороги. Тонкими цветными нитями соединялись десятки благородных домов. Возле названий родов висели небольшие нефритовые таблички с короткими пометками.

“Сильная огненная родословная.”

“Мастера формаций.”

“Потомственные алхимики.”

“Союзники лишь до смерти нынешнего главы.”

“Два наследника. Между братьями постоянные распри.”

Для любого постороннего подобная схема выглядела бы запутанной паутиной. Для князя же она была будущим. Он медленно провел пальцем по