Русские в Азиатской Турции в 1854 и 1855 годах. Из записок о военных действиях Эриванского отряда - Михаил Доримедонтович Лихутин

Высокие отрасли, отходящие к югу от Алла-Дага, образующие Магометову долину, и самые края дна ее зеленели травою, а посередине дна чернела пролившаяся когда-то река лавы, спустившаяся из погасшего вулкана, который был виден нам в хребте Алла-Дага из лагеря нашего на р. Гернаук. Лава прошла от вершины вулкана по дну долины около 40 верст длиной и до двух верст шириной, застыла и остается до сих пор в первобытном состоянии, будто извержение было недавно. Ее черная масса разорвана широкими трещинами, края в некоторых местах стоят отвесной стеной, в других развалились на большие глыбы. В самой вершине долины, недалеко от подошвы Алла-Дага, между лавой возвышается небольшой холм, облитый ею со всех сторон, и на вершине холма виднеются развалины какого-то старинного укрепления; мы не могли осмотреть его, так как, по показанию курдов, доступ к нему через широкие трещины лавы очень труден и почти невозможен. По преданию, существующему между здешними курдами, которое они рассказали нам здесь же на месте, это укрепление было основано русскими за две тысячи лет до нашего времени, когда долина была значительно населена и лава не протекла еще. Извержение, залившее долину лавой и опустошившее окрестный край, было 1500 лет тому назад. Курды были искренне убеждены, что мы воевали здесь еще две тысячи лет прежде и покорили этот край, а потом должны были его оставить, и старались уверить нас в этом. Они не знают истории и времени основания Русского государства и не могут объяснить, отчего явилось у них такое предание. Вероятно, эти древние завоеватели приходили с севера из закавказских гор, откуда пришли и мы. Может быть, это были предки наши, славяне. Может быть, это были ветхозаветные Гог, Магог и Росс, воевавшие древнеисторические царства Востока и доходившие до Египта фараонов. Вероятно и то, что настоящие полудикие народы этих мест, каждый след давнишних исчезнувших завоевателей приписывают новым, о которых они слышат со всех сторон и которых видят. Это укрепление, окруженное лавой, без сомнения, простоит еще несколько сот лет, никем не тронутое, и наши будущие изыскатели могут посмотреть его. Может быть, мы отыщем еще кое-что из растерянных богатств нашей древней славы.

Здесь же я в первый раз услышал о существующем между курдами предсказании или какой-то темной вере, что они рано или поздно будут принадлежать русским. Впоследствии я не один раз еще слышал об этом от курдов других мест.

Мы воротились на Казы-Гёл ночью. Стоянка здесь и у д. Тапариса оказалась очень удобна. По горам была превосходная трава и в изобилии колючка, недалеко от нас в ущельях находились четыре куртинские деревни или зимовники, жители которых оставались на местах, не бежали, или воротились, потому что местоположение их селений было возвышенно и довольно прохладно. Мы находились с ними и после в дружеских отношениях и они продавали нам ячмень, скот, молоко, масло и проч. 11 сентября батальоны, остававшиеся накануне в лагере, продолжали разрабатывать дорогу на подъеме Алла-Дага, так что сделали ее довольно удобной. Обстоятельства или виды командующего корпусом могли перемениться и дозволить нам действовать против Ванского корпуса наступательно, и дорога эта могла пригодиться нам. Без сомнения, она могла пригодиться и неприятелю, но едва ли он соблазнился бы ею. В продолжение разъездов по Алла-Дагу были найдены в ближайших к дороге оврагах несколько голов, отрезанных турками у наших раненых и убитых в начале дела 17 июля; они в бегстве несли их до сих пор, может быть не получив еще от Селима-паши платы, а здесь бросили. Казаки и солдаты выкапывали для этих голов небольшие могилки шашками и штыками и хоронили их с короткой молитвой.

Курды говорили нам, что вообще все общества их, кочующие за Алла-Дагом, не желают вовсе драться с русскими, а Гейдераплинцы, Шамсиканлы, Касиканлы и Бодоянлы желали бы возвратиться на свои кочевья в Баязетский пашалык, также Изэды и Шекаки, кочевавшие на самом северном берегу Ванского озера, желали бы уйти к нам, но за ними смотрит Али-Ага, родоначальник общества Торун, которого турки покровительствуют, ласкают и дают ему подарки. Али-Ага продолжал собирать всадников и пособлял туркам брать курдов в регулярную пехоту. Об Эзданшире слухи прекратились, а после мы узнали, что он уехал домой в Большой Курдистан. Его род более всех враждовал с турецким правительством. Нам было известно, что неудовольствия существуют и теперь, и что Эзданшир, оставшись главой своего многочисленного племени, по смерти дяди своего Бадыр-хана, наследовал и его ненависть к туркам. Курды вообще отзывались о Бадыр-хане и Эзданшире с уважением и говорили, что род их древнее рода самого турецкого султана. Из Тапариса начальник отряда отправил несколько экземпляров воззвания к курдам и письма к Эзданширу и Али-Аге, которыми приглашал их отстать от турок и встретить нас как друзей и союзников. Хотя до Эзданшира было далеко, но преданные нам курды обязались доставить письма и воззвания по назначению.

12 сентября отряд выступил от Тапариса назад, и в д. Казиль-диза разделился: два батальона, два орудия и бекская дружина пошли к Баязету, чтобы охранять его и наши пределы со стороны Ванской дороги, а остальные части направились по торговой Арзерумской дороге на Диадин, куда прибыли 13 сентября и соединились с направленными туда же из с. Куруна двумя батальонами. 14 сентября было сделано движение по дороге на Бергеры, подобно тому как мы ходили по Ванской дороге от Тапариса; вся кавалерия перешла Алла-Даг и достигла урочища Туджи, где, как говорили, стоял Али-Ага, а часть пехоты до хребта; но в Туджах, как и на р. Сауксу, нашли только оставленное место бивуака. Кавалерия и пехота вечером того же дня возвратились к Диадину. Прибывшие к нам из-за Алла-Дага курды, а также бежавшие из Ванского корпуса несколько человек солдат показали, что в ожидании нашего движения на Ван части Ванского корпуса, выдвинутые по разным дорогам, отступили к Бергерам, и весь этот корпус отступил к стороне Вана. Было очевидно, что турки не хотели и не могли драться с нами, и весь Ванский корпус, в сущности, был пока беспорядочная толпа, не могшая нам противодействовать; мы могли только жалеть, что имели право делать небольшие движения, более для препровождения времени, как маневры, а не для настоящей пользы. 15 сентября от Али-Аги приехали к начальнику отряда два курда и объявили, что Али-Ага и все Гейдераплы готовы покориться русским, если б были уверены в постоянном занятии нами здешнего края; что Али-Ага опасается, передавшись нам теперь, подвергнуться