Не святые небеса: и духом, и телом - Д. Рапира

- Ты правда решила, что одно удачное испытание делает из тебя что-то большее?

Уэна остановилась, не оборачиваясь.

- Я ничего не решала, - спокойно ответила она. - Я просто учусь.

Смех был негромким, но цепким.

- Учится, - повторил кто-то. - Смешно.

- Не притворяйся, стриаф. Ты и так получила больше, чем тебе положено!

Она сдвинула брови, медленно поворачиваясь.

В один момент пространство резко изменилось.

- Довольно, - голос прозвучал ровно, уверенно - без раздражения и угроз.

Икарис стоял чуть в стороне от площадки. Он не выглядел тем, кто пришел разнимать, скорее, тем, кто изначально здесь хозяин.

- Принц, - поспешно выдохнул один из студентов, отступая на шаг.

Икарис перевел взгляд на Уэну. Улыбнулся мягко, почти тепло.

- Ты в порядке?

Этот вопрос был задан так, словно ответ был заранее известен.

- Да, - сказала она после короткой паузы.

- Хорошо, - он снова посмотрел на остальных. - В Академии святого Вильхельма не наказывают за талант, - произнес он. - И уж точно не за старание.

Кто-то хотел возразить, Уэна почувствовала это по движению, по дыханию, но Икарис даже не повысил голос.

- Если у вас есть вопросы к моим методам подготовки паладинов, - продолжил он, - Прошу, задавайте.

Воцарилась тишина.

- Нет? - он вскинул бровь. - Тогда возвращайтесь в основной корпус.

Молчание было плотным.

Курсанты разошлись быстро, даже не осмеливаясь взглянуть на Уэну.

Когда они остались одни, Икарис сделал шаг ближе.

- Тебе не стоит оставаться одной после занятий, - сказал он почти буднично. - Особенно сейчас.

- Почему?

- Потому, что на тебя начали обращать внимание.

Она почувствовала, как внутри сжалось что-то знакомое.

- Я не просила меня защ…

- Я знаю, - перебил он мягко, а после добавил, чуть тише: - Но иногда защита - это не просьба, а необходимость.

Принц смотрел на нее внимательнее.

- Если ты хочешь стать паладином, – с холодом проговорил он. - Тогда привыкай. Тех, кто выходит за пределы дозволенного, всегда будут проверять, давить и провоцировать.

Он наклонился чуть ближе, ровно настолько, чтобы это можно было принять за доверие.

- И если ты собираешься идти дальше, - прошептал принц, - Тебе нужен кто-то, кто будет стоять на твоей стороне публично.

Между ними возникла небольшая пауза, а после Икарис мягко добавил:

- Я могу быть этим человеком.

Уэна не сразу нашла, что ответить.

- П-почему?

Икарис улыбнулся, светло, искренне. Как улыбаются те, кому нечего скрывать.

- Потому что ты заслужила шанс, - он взглянул в ее глаза. - И потому что я не люблю, когда талант ломают раньше времени.

Договорив, он выпрямился.

- Подумай об этом.

Когда он ушел, площадка снова стала обычной.

«- Он все сделал правильно,» - спокойно проговорил Вистэйн. - «И именно это должно тебя насторожить.»

Уэна закрыла глаза на секунду.

«- Он помог.»

«- Да,» - согласился Вистэйн. - «Вопрос: кому именно.»

***

Прошла неделя.

Объявление прозвучало в конце тренировки.

- Стройтесь, - коротко сказал Икарис, проходя вдоль шеренги.

Курсанты выстроились быстро. Уэна стояла почти в конце, стараясь не выделяться, хотя прекрасно понимала: сегодня это невозможно.

Икарис остановился перед ними.

- В ближайшее время я возьму одного из вас под личное кураторство.

В строю прошел едва уловимый ропот. Кто-то выпрямился, кто-то, наоборот, напрягся, словно перед ударом.

- Это не награда и не привилегия. Это проверка, - он выдержал паузу. - Уэна, шаг вперед.

Мир будто на секунду потерял звук. Она не сразу двинулась, скорее, по инерции, чем по воле. Сделала шаг, потом еще один, пока не остановилась перед строем.

Тишина стала тяжелой.

- Ты не из нашего круга, - сказал кто-то слишком громко.

Икарис повернул голову в ту сторону.

- Повтори, - спокойно попросил он.

Студент сжал челюсти, но промолчал.

- В отряде паладинов нет «кругов», - его брови сдвинулись. - Есть дисциплина, способности и готовность идти до конца, - он взглянул на Уэну. - Ты показала рост, - произнес он. - Не быстрый, но честный.

Это задело сильнее, чем прямой упрек.

- Остальные, - Икарис снова обратился к группе, - Считают это несправедливым?

Несколько голосов ответили сразу:

- Да!

- Она слабее.

- Она стриаф.

- Она не справится!

Икарис выслушал все, не перебивая.

- Хорошо, значит, у вас будет возможность это доказать, - он сделал шаг в сторону. - С этого дня Уэна тренируется со мной отдельно. Если кто-то считает, что это ошибка - пусть докажет это результатами, а не языком.

Негатив был ощутим физически. Многие смотрели с откровенной злостью, презрением, которое даже не пытались скрыть.

Уэна чувствовала это кожей.

- После занятий ты останешься, - сказал Икарис уже тише, обращаясь только к ней. - Начнем сегодня.

Он развернулся и ушел, будто все уже решено.

«- Поздравляю,» - тихо произнес Вистэйн, когда строй начал распадаться. - «Теперь тебя будут ненавидеть не из-за того, кто ты есть, а из-за того, кого он в тебе увидел.»

Уэна сглотнула.

«- Я не просила этого.»

«- Конечно,» - ответил Вистэйн. - «Именно поэтому это и сработало.»

***

Тренировочная площадка была пустой: ни зрителей, ни студентов, ни случайных прохожих. Только ровная земля, следы старых поединков и строгая тишина, в которой каждый звук казался лишним.

Уэна пришла первой.

Она стояла, сжимая тренировочное оружие, и почему-то вспоминала лес. Мягкий мох под ногами, свет, пробивающийся сквозь кроны, легкую улыбку Икариса, его ленивые замечания, взгляд, в котором не было оценки - только интерес.

Тогда он двигался рядом, почти играючи. Как будто тренировка была не испытанием, а разговором тел.

Сейчас все обстояло иначе.

Икарис появился без предупреждения. Плащ застегнут, волосы убраны, лицо спокойное и отстраненное, словно между ними никогда не было того утра в лесу.

- Начнем, - сказал он без приветствия. - Покажи базовую стойку.

Уэна подчинилась. Она старалась вспомнить все, чему он учил ее раньше. Распределение веса, положение рук, дыхание.

- Нет, - отрезал Икарис. - Ты опираешься на память, - холодно проговорил он. - А мне нужна реакция.

Он, не торопясь, обошел ее по кругу, как хищник, изучающий добычу.

- В лесу ты двигалась иначе... Потому что не думала о результате.

Это было сказано спокойно. Почти безлично.

Но Уэна почувствовала,