Маршрут без боли - Алексей Андреевич Корнелюк

— Ну? — спросила она.

Артём поставил пустую коробку на пол.

— Она страшная.

Рита обняла его. Он сначала стоял с руками вдоль тела, потом уткнулся лбом ей в плечо.

— Да, — сказала она. — Сейчас немного страшная.

— Но это она.

— Да.

— Она сказала не удалять фото.

— Значит, точно она.

Артём тихо засмеялся и тут же заплакал. Без звука. Плечи тряслись. Рита держала его, гладила по затылку. Максим стоял рядом и не вмешивался. Хотел. Каждая часть его тела хотела подойти, обнять обоих, сказать что-нибудь правильное, превратить их двоих и себя в единую сцену. Но сын сейчас плакал у матери. Это не было отказом от отца. Просто там было его место.

Через несколько минут Артём вытер лицо рукавом.

— Я нормально.

— Нет, — сказала Рита. — Но пройдёт немного.

Он посмотрел на Максима.

— Ты говорил, что она изменилась. Я думал, просто лицо.

— Я тоже сначала думал, что готов.

— Она совсем маленькая.

— Да.

— Бабушка не маленькая.

— Внутри нет.

Артём сел на стул. Максим сел через одно место, оставив свободное между ними. Сын посмотрел на пустое сиденье.

— Почему не рядом?

— Не знаю, можно ли.

Артём подвинул пустой стул ногой ближе к себе.

Максим пересел.

Некоторое время они молчали.

— Она сказала, что ей тоже страшно, — сказал Артём.

— Это много.

— Она раньше никогда не говорила.

— Мне тоже.

— Может, инсульт сделал её честнее?

— Возможно. Плохой способ.

— Очень.

Рита села с другой стороны. Теперь они сидели втроём на больничной металлической перекладине, слишком близко, потому что стулья были сделаны не для семейных границ.

Из палаты вышла Ксюша.

— Визит перенесла хорошо, — сказала она. — Устала, но давление не подскочило. Мост попросила не убирать.

— Он не мешает? — спросил Артём.

— Старик у окна уже спросил, разводной ли он и сколько тонн держит. Так что у нас теперь инженерный кружок.

— Он держит только игрушечные машины.

— В этой палате больше и не надо.

Вечером они втроём пришли за мостом. Артёма в палату второй раз не пустили: Тамара Петровна спала после процедур. Ксюша вынесла конструкцию в коридор.

— Вся палата играла, — сказала она. — Старик у окна утверждает, что конструкция опасная, потому что нет противовеса. Женщина с повязкой предлагает покрасить в красный. Ваша бабушка никому не дала трогать кнопку без разрешения.

На одном из картонных перил появилась новая надпись шариковой ручкой:

НЕ ГОНИ.

Почерк был кривой, буквы крупные. Не материнский. Видимо, кто-то писал под её диктовку.

Артём провёл пальцем по словам.

— Это она?

— Она сказала, соседка записала. Ей очень хотелось внести инженерное улучшение.

Максим улыбнулся.

— Теперь точно оставим.

Они понесли мост обратно. На этот раз Максим и Артём держали по краям, Рита шла рядом и придерживала коробку снизу на лестнице.

— Получается с трёх сторон, — сказал Артём.

— У моста две, — ответил Максим.

— У коробки четыре.

— Тогда мы ещё недоукомплектованы.

— Бабушка четвёртая.

Они вышли из больницы. Уже смеркалось. Перед входом опять курил мужчина в спортивных штанах. Тот же самый или другой — у больниц такие люди сменялись, но не исчезали. Он посмотрел на мост.

— Строите? — спросил.

— Ремонтируем, — сказал Артём.

— Это правильно. Новое сейчас дорого.

Во дворе дома их встретила Зинаида Павловна.

— Ну? — спросила она.

— Узнала, — сказал Артём.

— А чего ей не узнать. Она не глупая, у неё инсульт.

— Мост посмотрела.

— Обругала?

— Сказала, кривой.

— Значит, понравился.

Артём улыбнулся.

Дома они поставили мост на кухонный стол. Артём включил механизм. Половины поднялись. Правая по-прежнему отставала. В центре осталась щель. На перилах неровно чернело: НЕ ГОНИ.

— Будем сегодня исправлять? — спросил Максим.

Артём покачал головой.

— Нет. Она сказала оставить след.

— Тогда что делаем?

Сын подумал.

— Маленькую машину.

Они нашли в старом шкафу коробку с его детскими игрушками. Там лежали пластмассовый автобус без двери, пожарная машина, колёса от неизвестного транспорта и маленькая синяя модель «семёрки». Краска облупилась на крыше, одно колесо крутилось хуже остальных.

— Это дед подарил, — сказал Артём.

— Помнишь?

— Не подарок. Мама рассказывала.

Они поставили машинку перед щелью. Колёса были достаточно большими. Она переехала стык, дёрнулась, но не провалилась.

— Работает, — сказал Максим.

— Не идеально.

— Нет.

— Нормально?

Максим посмотрел на сына.

— Пока достаточно.

Артём прокатил «семёрку» через мост ещё раз. С одной стороны на другую. Потом обратно.

Рита поставила на стол тарелки с ужином.

— Машины убрали. Люди едят.

— Последний раз, — сказал Артём.

Маленькая синяя «семёрка» снова переехала щель. Не быстро. Одно колесо застряло на секунду, но Артём подтолкнул пальцем.

Мост открывался с обеих сторон.

А когда закрывался, между половинами оставалась щель, которую маленькая синяя «семёрка» могла переехать, если не гнать.

Послесловие

Спасибо, что проехали этот маршрут вместе с Максимом — не самый короткий, зато тот, на котором ещё можно услышать друг друга.

Если книга отозвалась, пожалуйста, поставьте ей оценку и оставьте отзыв на ЛитРес. Даже несколько честных строк помогают истории встретиться с новым читателем.

А если хочется продолжить дорогу — теперь по рельсам, к месту, которого нет на картах, — следующая книга уже ждёт вас. Купить и читать роман «Станция, которой нет» можно здесь:

https://www.litres.ru/book/aleksey-korneluk/stanciya-kotoroy-net-74093584/