Богиня-Мать и другие мифологические архетипы - Александра Леонидовна Баркова

Скрин игры «Нано-ферма» (RedSpell)

Выше мы с вами видим просторы нашей замечательной фермы. Внизу морские кони (они кони, но они морские, потому что они гибрид с морским коньком), замечательный совершенно вид сбоку. Какие-то зверюшки, например выдры, – видите, немножко сверху. Можем вернуться к Питеру Брейгелю: кони на переднем плане (кони, но не всадники!) – попытка вида немножко сверху, все остальные строго сбоку. Нас с вами интересует следующее. Поскольку на ферме мы что хотим, так и ставим, то никакой перспективы нам тут не положено в принципе, но нам нужна иллюзия перспективы – и для этого все композиции, все элементы, из которых мы тут составляем композицию, сделаны так, что у нас будет идти диагональная линия, то есть перспективы нет (я хоть далеко, хоть близко поставлю эти фигуры), но иллюзия перспективы у нас здесь будет.

И тут мы с вами переходим к следующей теме «не умели». Это японская гравюра.

Что такое гравюра? Гравюра – это попса, это произведение массовой культуры. Гравюра – энное количество отпечатков с доски, и поэтому гравюра в японской культуре ценилась настолько мало, насколько мы с вами ценим, скажем, рекламную листовку, которую вам сунули у метро. Вы будете рассматривать, с каким художественным мастерством эта реклама сделана? Нет, хотя оно там наверняка есть. И поэтому соответственно гравюры вывозили из Японии пачками, потому что японцы ее не ценили. В каком городе мира самое крупное собрание японских гравюр? Правильно, в Париже. Потом идет Лондон. Потом то ли Нью-Йорк, то ли Вашингтон. Только на четвертом месте Токио.

Итак, что мы с вами знаем о японской гравюре? Мы с вами знаем из умных книг по искусствоведению, что японцы «не умели» анатомию. Мы знаем, как я уже говорила, что японцы «не умели» и перспективу. Что мы с вами здесь видим? (См. вкл. рис. 14.) У Моронобу действительно с анатомией туда-сюда, с перспективой абсолютно никак (фигуры на заднем плане уж точно больше, чем фигуры в переднем углу). Почему нас с вами это не напрягает? Вот идет занавес, этот занавес дает иллюзию перспективы, то есть те самые диагональные линии. И циновки-татами, на которых танцуют и сидят, опять же они уходят в диагональ, то есть иллюзия перспективы есть. Здесь вы, собственно, видите усадьбу, и поскольку искусство массовое, то требование всё и сразу, как видите, отражено очень неплохо. Количество точек зрения у нас как всегда, то есть циновки – вид сверху, фигуры все стабильно сбоку. Почему это всё не развивалось, пока это европейцы не привезли свое искусство? Потому что это всё всех устраивает.

Маленькое лирическое отступление. Выдающийся исследователь Японии, Татьяна Петровна Григорьева, писала, что непозволительная роскошь – занимаясь Востоком, искать привычное. Так вот, японскую гравюру глупо осуждать за незнание перспективы. Гораздо ценнее изучать, как, при таких очевидных нарушениях, зритель не чувствует ошибки. Вот где уникальность, вот где жемчужина!

Переходим к гравюрам Харунобу. Поскольку выдающееся произведение искусства, как было сказано, должно выражать настроение, а японцы в этом смысле впереди планеты всей, то здесь отсутствие перспективы нас не напрягает совершенно. Хотя, если мы будем занудами и всмотримся в забор, мы скажем, что забор слегка страдает обратной перспективой, возрастает куда не надо (см. вкл. рис. 15). Здесь снова диагональные линии, которые нам, опять-таки, глубину дают, иллюзию перспективы дают.

Я вам показала перегруженную картинку «Нано-фермы». Почему она перегружена? Потому что массовая культура, «хочу всё и сразу». Там чувство меры умерло в страшных муках, как следствие – чувство вкуса тоже сильно хромает. Здесь вы думаете, что у этой милой девушки такой вот сразу пейзаж будет за окном (см. вкл. рис. 16). Нет, это то, что она видит, о чем она думает, то, куда она смотрит. Это «монтаж», как в старом фильме говорилось. Я вам потом покажу этот прием монтажа, когда часть пейзажа фактически оказывается вырезанной, потому что нам нужно «всё и сразу», нам нужно, чтобы значимые элементы были, а промежуточные мы убираем.

Идем дальше (см. вкл. рис. 17). То, что вы видите, – силуэты на сёдзи (перегородки, затянутые рисовой бумагой). Там идет вечеринка, там идет веселье, тут у нас грустит красавица. Опять-таки все диагональные линии нам создают всё, что надо.

Вот очень красивая, очень поэтичная гравюра (см. вкл. рис. 18). Со скольких точек зрения она нарисована? То есть у нас одна точка зрения боковая – сидит красавица и перед ней цветы у ручья, и вторая точка зрения, разумеется сверху, на остальное пространство.

То, что я вам говорила: «Сделай монтаж» (см. вкл. рис. 19). Это любование луной. Луну нашли? Верхний правый угол. То есть мы видим девушек на веранде, веранда вид сверху, девушки вид сбоку, всё как обычно. Дальше у нас идет пейзаж, вид, по-моему, даже еще более сверху, чем веранда. Дальше у нас идет линия облаков. Монтаж, то есть остальная часть пейзажа просто вырезается за ненадобностью. Дальше у нас идет луна, довольно крупная. Можно это нарисовать по законам перспективы, но тогда какого размера луна будет? – если только она не восходящая желтая над лесом, совсем-совсем низкая, если это будет более-менее высокая луна, она станет бледной точкой по сравнению с фигурами на переднем плане, так что не передать всё то, что передано здесь. Здесь перспективу послали, все необходимые элементы изображены, зачем перспектива? Она тут не нужна, она будет только мешать. И заметьте, что она отрицательно скажется на достоинствах произведения.

Теперь у нас остался последний пункт. Это возраст. Сейчас нам будут нужны кадры из «Чужестранки». В сериале «Чужестранка» героиня из послевоенной Англии (только что закончилась Вторая мировая война) проходит через стоячие камни и попадает в Шотландию XVIII века – сначала незадолго битвы при Каллодене, затем значительно позже. Итак, традиционно считается, что, когда в повествованиях о долгом отсутствии героев у них абсолютно не меняется возраст, – это древние люди «не умели». Это первое. И второе: у нас сейчас считается (наоборот, миф о современной культуре), что сериалы – это, знаете ли, такая жвачка для глаз, для ума, такое бескультурье, что приличный человек сериалы не смотрит[18]. На самом деле, чем больше я наблюдаю за нашей культурой, тем с большим интересом я обнаруживаю, что даже самые ярые критики сериала как явления какой-нибудь сериал да