Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова

Чтобы выиграть еще немного времени, я спросила:

– А того человека… ну, Варвариного любовника, так и не нашли?

– Нет, а жалко, пускай бы посадили.

– А зачем вообще вы всех их убили? – спросила я ее от бессилия. – И зачем вам меня убивать?

– Зачем? – старуха снова сверкнула глазами и доверительно понизила голос: – Известно зачем! Затем, чтобы сокровище его найти!

– Его? – переспросила я удивленно. – Про кого это вы?

– Известно, про кого! Про соседа моего, про Николая Платоновича!

– Про Успенского? – догадалась я.

– Точно, про него!

– И что еще за сокровище?

– Все ты знать хочешь! – Старуха топнула ногой. – Было у него какое-то сокровище немыслимой цены. Он как-то приболел, а я зашла к нему в комнату. Он в бреду и рассказал про свое сокровище. Бусы, что ли, или ожерелье немыслимой цены…

– Так, может быть, это и был бред и на самом деле нет никакого сокровища?

– Есть сокровище! Есть! Он мне раньше еще говорил, что его мать была певица знаменитая, и чуть ли не от царя у нее были драгоценности! Так вот, я все думала, где он мог это спрятать, искала… А потом квартиру нашу разделили, а он помер. Я хотела еще поискать, а жильцы новые мне мешали.

Старуха погрузилась в свой фантастический рассказ и на какое-то время отвлеклась от меня.

Я воспользовалась этим, наклонилась и дернула коврик, на котором она стояла…

Старуха от неожиданности потеряла равновесие, взмахнула руками и рухнула на пол.

При этом она выронила свой молоток.

Я торопливо схватила этот молоток и отшвырнула в дальний конец коридора, и только после этого наклонилась над старухой, чтобы проверить, жива ли она.

Она была жива, но без сознания. Глаза закатились под лоб, дышала тяжело и неровно.

Вдруг в коридоре раздался еще один голос:

– А что это тут происходит?

Я вздрогнула и обернулась.

На пороге комнаты стояла молодая женщина с большой модной сумкой в руках.

Красивая, пожалуй, ее немного портило только большое родимое пятно на левой щеке.

– Вы кто? – спросила я удивленно. – Вы как сюда попали?

– А я мимо по лестнице шла, – ответила незнакомка неожиданно низким голосом, – слышу – шум в квартире… вижу – дверь открыта… Ну я и зашла, думаю, что здесь такое происходит?

– Ничего такого не происходит, – поспешно ответила я. – Ничего особенного.

– Ага, вы тут развлекаетесь! – незнакомка пнула носком туфли лежащую на полу старуху. – Интересные у вас игры!

– Это не игры… Это тетя моя, – ответила я поспешно, – ей плохо стало. Я сейчас врача вызову.

– Ах тетя! – незнакомка усмехнулась одними губами и, перешагнув через старуху, приблизилась ко мне. – Плохо, значит, тете. Ну, может, врача и не надо вызывать. Я вообще-то медсестра, я ей могу оказать первую помощь.

Она покосилась на старуху и расстегнула свою сумку.

– Какую помощь? – спросила я, попятившись. – Не надо нам никакой помощи! Мы сами как-нибудь разберемся!

– А я думаю, все же надо! – незнакомка вытащила из сумки шприц, наполненный золотистой жидкостью. – Только не тете твоей, а тебе… Тебе помощь нужна!

– Что?! – Я не понимала, что происходит, у меня было чувство, что я брежу, схожу с ума. – Вы кто вообще? Что вам нужно?

– Что мне нужно? – переспросила она неторопливо, продолжая приближаться ко мне с мягкой грацией опасного хищника. – Ты ведь наверняка сама знаешь, что мне нужно. Наверняка догадываешься. Прошлый раз у меня не получилось, его у тебя в сумке не было, но сейчас оно наверняка здесь!

И тут я вспомнила человека на самокате, который выхватил у меня сумку. У него была такая же мягкая грация хищника. И пятно, было же пятно родимое на щеке!

– Так это ты тогда у меня сумку вырвала!

– Ну наконец-то догадалась!

– Значит, тебе нужно ожерелье?

– Ну разумеется! Смотри, какая умная! Догадалась! Ну, говори – где оно?

Я замешкалась.

Незнакомка сделала еще шаг вперед и угрожающим жестом подняла руку со шприцем:

– Лучше говори!

– Для кого лучше? – переспросила я, чтобы выиграть хоть немного времени.

– Для тебя, разумеется! Ведь если ты не скажешь мне, где оно, – я тебе сделаю укольчик. – Она скривила губы в подобие улыбки, больше похожей на хищный оскал. – А это такой укольчик… после него у тебя начнутся невыносимые боли во всем теле, судороги, сердцебиение… Но ты не бойся, это все не продлится долго, потому что через несколько минут все это кончится.

– Кончится?! – переспросила я, завороженно следя за наполненным шприцем.

– Кончится, кончится, все кончится, потому что ты умрешь!

– А если скажу?

– Ну если скажешь – я передумаю. Не стану делать укол. Зачем мне с трупом возиться?

Я понимала, что верить ей нельзя. Но с другой стороны… это ожерелье – оно же все равно не настоящее! Стоит ли ради него рисковать своей жизнью?

– Конечно, не стоит! – проговорила страшная незнакомка, как будто прочитала мои мысли. – Давай уже, показывай!

И я повела незнакомку к тому месту в стене, где находился тайник с манекеном.

Едва я подвела ее к этому месту, злодейка снова изобразила свою фирменную улыбку, больше похожую на хищный оскал:

– Вижу, вижу!

Она повела носом, словно принюхиваясь, даже ноздри ее задрожали от волнения.

Злодейка торопливо выбросила вперед руку, дернула обои…

Под обоями была дверь.

Злодейка поспешно дернула задвижку, распахнула дверь…

Казалось, время сделало петлю, вернувшись к тому моменту, когда я первый раз открыла этот тайник.

Как и тогда, мне показалось, что за дверью сидит живая женщина. Красивая женщина в длинном вечернем платье, со сверкающим ожерельем на шее. Зеленые кошачьи глаза смотрели прямо на нас, карминные губы были сложены в странную, дразнящую и в то же время умоляющую улыбку, улыбку, в которой было что-то от капризного и обиженного ребенка и в то же время от взрослой, умудренной женщины.

Манекен «Мелисса»…

Только поза этой женщины, этого манекена была не такой, как в первый раз.

Когда я надевала на ее шею ожерелье, мне пришлось поднять одну ее руку, и эта рука так и осталась поднятой в неловком, неуверенном, словно защищающемся жесте. Ну да, здесь же не было консоли, опереться не на что…

Но незнакомка не обратила внимания ни на лицо манекена, ни на ее позу. Она видела только ожерелье.

И тут же протянула к нему руку, схватила ожерелье и дернула на себя.

И тут произошло нечто неожиданное.

Поднятая рука манекена, потеряв равновесие, резко опустилась, как будто манекен защищал свою собственность.

Опустившись, рука ударила незнакомку по голове, та от неожиданности покачнулась,