Фантастическая Русь. От кикимор романтизма до славянского киберпанка. Славянские мифы и фольклор в искусстве и масскульте XVIII–XXI веков - Федор Михайлович Панфилов

языческие божества, имена персонажей, «лешаки» и «волкодлаки». «Владигор» начинается с фантазийного рассказа о славянском пантеоне. В нем устами Любавы сообщается, что «Род был творцом Вселенной», от которого «явлены были боги: Сварог – бог небес, нравом спокойный и силой понапрасну не балующий, Дажъбог – податель благ земных и заступник наш, бог солнечный, Мокошь – богиня плодородия, водоносица, удачница женская»[213]. От них рождаются другие божества. Главный среди них «гордый и праведный, княжеский бог – Перун», которому служит Симаргл, ставший крылатым псом. В пантеон также входят «бог ветра – Стрибог – буйный, да отходчивый», Велес, «бог зверья и скотины домашней, да еще, говорят, покровитель менял и торговцев», «сын небес, Сварогов сын, – Сварожич – бог огненный», «лико светила надземного – Хорс – то ласковый, то жесткосердный».

Ярило, возведенный фантазиями XIX века в боги, вообще становится чуть ли не славянским Дионисом – «самый веселый бог», «гуляка радостный, женолюб и выпивоха». Есть у Бутякова и «Переплут – бог подземный». Переплут как некое языческое божество упоминается в средневековом «Слове святого Григория, изобретено в толцех», но о его функциях ничего достоверно не известно. В общем, почти история о Кроносе и богах-олимпийцах, только на славянский лад. В книге еще и появляется черный колдун Арес, носящий имя древнегреческого бога войны и произносящий заклинания на ломаной латыни.

Ольга Григорьева, чемпионка первенств СССР по плаванию, стала писать романы в жанре, определенном как «историческая мифология». В 1996 году вышел роман «Ладога», мир которого полон фольклорной нечисти, а князь здесь собирает дружину, чтобы отправиться на край света. В 1997 году – «Колдун», действие которого происходит до Крещения Руси. Белорусский писатель Сергей Булыга тогда же опубликовал «В среду, в час пополудни», исторический роман с элементами фэнтези о князе Всеславе Чародее. В том же году вышло сразу несколько книг Елизаветы Дворецкой, выпускницы филфака МПГУ. Среди них – славянское фэнтези «Огненный волк», первая книга цикла «Князья леса». Одним из героев цикла стал княжич Огнеяр, оборотень, борющийся со своей звериной природой.

Наконец, все в том же 1997 году появился фантастический роман Сергея Лукьяненко и Юлия Буркина «Остров Русь», состоящий из трех повестей, объединенных рядом общих персонажей. Во второй повести действие происходит на острове Мадагаскар в XXV веке. На обитателей острова влияет этномагическое поле, которое генерирует Кащей. В результате они считают себя жителями сказочной Руси, вторя сюжетам русского фольклора.

Отдельно следует отметить юмористический цикл романов Михаила Успенского о богатыре Жихаре, попавшем в немилость к многоборскому князю Жупелу Кипучая Сера. В этом мифологическом коктейле полно отсылок к разным пластам мировой культуры. Жихаря в его странствиях сопровождают царь Соломон и Китоврас, что напоминает о древнерусском «Сказании о Соломоне и Китоврасе». «Там, где нас нет», первый роман «Жихарианы», был опубликован в 1995 году.

Богатырские комиксы

Жанр комиксов в СССР долгое время считался чуждой, западной формой массовой культуры. Например, переехавший из Югославии в Ленинград комиксист Юрий Лобачев устроился работать художником в газету «Смена», но публиковать комиксы ему долгое время не удавалось. Только в 1987 году в «Веселых картинках» (№ 6) выходит комикс Лобачева по мотивам «Сказки о попе и работнике его Балде» Александра Пушкина.

Ослабление цензуры в перестроечные годы способствовало развитию российских комиксов. И тема Древней Руси, как исторической, так и былинно-сказочной, была в них представлена довольно ярко и заметно. В 1991 году в Ленинграде тиражом 100 тысяч экземпляров вышел комикс «Александр Невский – защитник русской земли». Причем он был двуязычным, русско-английским. А в 1992 году московское издательство «Панорама» выпустило сборник «Из истории отечества», ставший одной из любимых книг моего детства. Я постоянно перечитывал исторические комиксы о походе князя Олега на Царьград, Куликовской битве и основании Свияжска молодым царем Иваном Грозным.

Первым в сборнике шел «Олегов щит». В этом комиксе можно видеть моление князя и его дружины Перуну перед походом на «священном холме». Олег восклицает: «Перун, бог грозы и войны! Ниспошли нам победу, убереги в пути!»[214] Как на картинах Рериха, деревянные изваяния богов высятся внутри частокола, увенчанного конскими черепами. А образ волхва в комиксе напоминает картину Сергея Иванова 1909 года «Христиане и язычники. 1074 год».

Позже воины Олега приходят к огромному дубу, втыкают вокруг него стрелы и обвязывают ствол платками. Один из воинов подбрасывает вверх нож, чтобы определить, принести в жертву живого или зарезанного петуха. Олег просит Перуна «успокоить Понт Эвксинский» (то есть Черное море), по которому предстоит плыть его рати. Сцена из комикса основана на реальном описании из сочинения Константина Багрянородного «Об управлении империей», созданного между 948 и 952 годами. Там говорится: «Они (русь) достигают острова Святого Григория, где совершают жертвоприношения, поскольку там стоит огромный дуб, и приносят в жертву живых петухов. Они также втыкают стрелы в круг, другие кладут куски хлеба и мяса, и каждый предлагает из того, что у него есть, согласно своему обычаю. Они также бросают жребий относительно птиц: либо убить их, либо съесть, либо оставить в живых». Византийский император не связывал обряд с почитанием Перуна, но такую версию выдвигает историк Лев Клейн в книге «Воскрешение Перуна. К реконструкции восточнославянского язычества».

В 1994 году харьковское издательство «Око» опубликовало книгу-комикс Алексея Капнинского «Первые киевские князья». Черно-белые, с редкими вкраплениями красного цвета, окруженные прихотливыми орнаментами рисунки Капнинского напоминали стилизацию на тему средневековых миниатюр и русского лубка. При этом в них появлялись более мрачные и взрослые образы, чем в цветных и более реалистичных комиксах «Из истории отечества». Например, воины Олега у стен Константинополя размахивают отсеченными головами и режут глотки женщинам, а греки за крепостными зубцами стенают: «Господи, спаси от варваров!» В книге есть изображение язычника перед идолом, заносящего секиру над черным псом со словами: «Тебе, о Перун, жертву приношу за победу!» Отдельная страница посвящена языческой тризне. Трубят рога, воины поднимают ковши, сидя перед пылающим кораблем, и восклицают: «Храбрый воин был князь Ярун! В тереме Перуна будет сидеть близ него за одною трапезою». В то же время язычники, упрекающие князя Владимира в том, что он «остыл к богам нашим» и «разрешил грекам строить их храмы» и требующие жертв, показаны с алыми глазами, словно вампиры. Такими же глазами художник наделяет вымышленное изваяние Перуна, вариацию на тему Збручского идола. Причем пачкает руки статуи кровью и добавляет рядом подпись «Идолище Перуново».

Капнинский был одним из основателей комикс-студии «КОМ», появившейся в 1988 году при газете «Вечерняя Москва». Как раз «КОМ» в 1991–1992 годах создала сборник «Офеня. Русские сказки в комиксах», выпущенный издательством