Монополист. Нулевая Лицензия - Данила Хаустов

по флангам, заставляли их расходиться и закрывать друг друга. Всё происходило настолько слаженно, что становилось очевидно: перед нами не случайная группа фанатиков. Эти люди готовились именно к такому бою.

— Максим! — заорал Егор, перекрикивая грохот заклинаний. — Забирай тех, кто может идти! Остальных не бросать!

Мы снова рванули к первокурсникам. Один парень лежал без сознания у разрушенной колонны, придавленный обломком балки. Я вместе с двумя старшекурсниками с трудом отбросил тяжелый камень, и мы почти на руках потащили его к корпусу. В этот момент совсем рядом вспыхнуло ослепительно-белое заклинание. Ударная волна сбила меня с ног, а над головой просвистел чей-то клинок, срезав прядь волос. Я перекатился по каменной мостовой и увидел, как Лавров в последний момент перехватил убийцу, который уже собирался добить раненых студентов. Их оружие столкнулось с таким звоном, что искры разлетелись на несколько метров.

Вокруг Орехова бой становился всё страшнее. Один за другим на него выходили новые противники, однако ректор не отступал ни на шаг. Казалось, он одновременно видел каждую атаку, контролировал преподавателей, удерживал давление Потока и продолжал следить за тем, чтобы ни одна волна его собственной силы не накрыла студентов. Я поймал себя на мысли, что любой другой маг уже давно либо уничтожил бы половину двора вместе с врагами, либо погиб. Орехов же продолжал стоять в самом центре шторма, принимая каждый новый удар так, словно заранее знал, что помощи ждать неоткуда. И впервые за сегодняшний день мне пришла в голову страшная мысль: эти люди пришли сюда не для того, чтобы победить Академию. Они пришли проверить, сможет ли даже Орехов защитить всех, если его заставить выбирать между собственной силой и жизнями тех, кто стоит за его спиной.

Следующий удар пришел совсем не оттуда, откуда его ждали. Пока Лавров сдерживал сразу троих убийц, один из магов противника резко опустил обе ладони к земле. Каменная мостовая вспыхнула темными рунами, и прямо под ногами преподавателей взметнулись десятки острых каменных копий. Несколько человек успели отпрыгнуть, но один из наставников боевого факультета замешкался буквально на мгновение. Каменный шип пробил ему бедро насквозь, и мужчина рухнул на одно колено, все еще продолжая удерживать защитный барьер над студентами. Он даже не вскрикнул, лишь сильнее стиснул зубы и поднял вторую руку, не позволяя куполу исчезнуть. Я смотрел на него и понимал, что именно благодаря таким людям мы до сих пор живы.

— Они режут опоры! — крикнул Лавров, отбивая сразу два удара. — Не подпускайте их к защитникам!

Но противник уже действовал иначе. Убийцы перестали охотиться за сильнейшими преподавателями. Вместо этого они начали методично выбивать тех, кто поддерживал барьеры, лечил раненых и прикрывал студентов. Каждая их атака была направлена не на красивую победу, а на разрушение всей системы обороны. Стоило одному защитнику упасть, как сразу трое других были вынуждены занимать его место, открывая новые бреши. Академия еще держалась, однако я впервые увидел, что даже идеально организованная защита может медленно рассыпаться, если кто-то знает, за какую нить потянуть.

Егор успевал быть сразу в нескольких местах. Он помогал переносить раненых, поднимал тех, кто терял сознание после истощения Потока, и постоянно возвращался к перепуганным первокурсникам, не позволяя никому сорваться в паническое бегство. Несколько ребят уже предлагали схватить оружие и броситься в бой, но староста жестко осадил их.

— Хотите помочь? Тогда помогайте живым! Если сейчас полезете туда, преподавателям придется спасать еще и вас. Не мешайте людям делать свою работу!

Никто больше не спорил. Его слова звучали грубо, но именно они вернули многих в чувство. Я поймал себя на мысли, что без Егора наш курс давно превратился бы в неуправляемую толпу.

Где-то впереди раздался глухой удар такой силы, что весь двор ощутимо качнулся. Я машинально поднял голову и увидел Орехова. Вокруг него вращалось сразу несколько магических кругов, каждый размером с небольшую повозку, а воздух искрился от концентрации Потока. Казалось, еще мгновение — и он сметет всех нападавших одним ударом. Но именно в этот момент между ним и врагами оказались несколько перепуганных студентов, не успевших отойти после обрушения стены. Ректор резко сжал кулак, и огромное заклинание погасло, так и не сорвавшись с его рук. Вместо сокрушительной атаки он лишь поставил новый защитный купол, закрывая ребят от летящих осколков. Мужчина в темном плаще наблюдал за этим с легкой улыбкой.

— Вот почему мы выбрали именно Академию, — негромко сказал он, словно делился интересным наблюдением. — Сильнейший маг Империи никогда не станет сильнейшим на поле боя, если ему есть кого защищать.

Лавров услышал эти слова. Его лицо потемнело от ярости, и он одним стремительным рывком прорвался сквозь двух убийц, пытаясь достать человека в плаще. До цели оставалось всего несколько метров, когда из-за разрушенной колонны навстречу ему вышел высокий рыцарь в темных доспехах. Он не произнес ни слова, только поднял длинный меч и встал на пути Лаврова. Их клинки столкнулись с таким грохотом, что ближайшие окна осыпались остатками стекла, а волна силы разошлась по двору, заставив даже зверей Потока нервно отступить. И по тому, как Лавров впервые за весь бой не смог сдвинуть противника ни на шаг, я понял: на поле появился враг, равный ему по мастерству.

Лавров не стал проверять противника силой. Первый обмен ударами занял не больше секунды, но за это время я насчитал не меньше десяти столкновений клинков. Искры сыпались во все стороны, металл визжал так, будто два меча пытались перегрызть друг друга, а сами бойцы двигались настолько быстро, что взгляд постоянно терял их силуэты. Темный рыцарь неожиданно ушел вниз, целясь Лаврову в колено, однако наставник словно предугадал этот маневр. Он перепрыгнул удар, развернулся в воздухе и обрушил меч сверху с такой силой, что мостовая под ногами противника раскололась. Незнакомец выдержал удар, но впервые сделал шаг назад. Этого оказалось достаточно, чтобы я понял: Лавров действительно один из лучших мечников Империи.

Но радость длилась недолго. Пока их поединок приковывал взгляды, остальные убийцы продолжали выполнять свою работу. Один из них метнул тонкий черный клинок не в преподавателя и даже не в Орехова. Лезвие летело прямо в девушку, помогавшую переносить раненого первокурсника. Я сорвался с места раньше, чем успел подумать. Ударил ее плечом, сбивая с траектории, а клинок со свистом прошел мимо моего лица, оставив на щеке жгучую царапину, и глубоко вошел в каменную стену. Когда я обернулся, убийцы уже не было. Он даже не попытался добить нас. Для него это был лишь один