О мой Босс! Монстр для разведенки - Евсения Медведева

Первым делом я сделала глоток апельсинового сока, чтобы восполнить дефицит калорий, но с губы сорвалась холодная капелька и побежала по подбородку, спрыгнула на грудь, а там… проторенной дорожкой, пока не застыла на вершине соска. Но в одно мгновение горячий язык Димы слизнул её, стирая и её след, ведущий от губ… И я снова получила самый волшебный утренний поцелуй.

— Боже, ну не смотри ты так на меня! — я закинула голову, пытаясь утрамбовать карусель ощущений и выдохнуть.

— А я только так и хочу тебя видеть… голую и смущенную. Милена Львовна, как тебе? — Дима все же лег на бок, причем ближе к моим ногам, а после его ладонь опустилась на щиколотку и начала путешествие вверх…

— Голая — ладно, но смущенная? — я отставила сок, на всякий случай… Заманка отличная, ещё пару капель, и я точно получу добавку, но проблема в том, что нет у нас на это времени. Скоро самолёт, но перед этим нужно успеть ещё раз встретиться с Горозией, чтобы он подтвердил наш устный договор. Я вчера даже успела набросать быстрый договор о намереньях… Нельзя его отпускать без автографа. Нельзя!

— Меня всё устраивает, — Дима просочился под простыню, что спуталась между коленями, и, обойдя препятствие, уже скользил по внутренней части бедер.

— Мостраков! Ты – МОНСТР! — я откинулась на мягкое изголовье спиной, взяла чашку и даже игриво развела ноги на максимум, заманивая жертву в ловушку…

— Монстром не рождаются, им становятся, — он чуть подполз, когда горячие пальцы коснулись не менее горячей плоти.

Если я была готова, то Дима и вовсе не скрывал команды «Смирно», топорщащейся в широких пижамных словах.

— Нет, Дмитрий Абьюзерович, сначала мы поговорим, — я резким хлопком свела колени, из последних сил напрягла каждую мышцу, беря его руку в плен, но чуть прогадала… Дима как раз добрался до пульсирующей точки, и моя же попытка его остановить обернулась мощными толчком, отчего кофе чуть не вывалился из рук.

— Обожжёшься, — Дима забрал чашку и поставил на поднос, но бороться не стал… Он лишь тихонько водил подушечками пальцев, а этого было достаточно, чтобы распалить пламя. — Ну, давай говорить… А могли бы отлично потрахаться и отправиться на твою экскурсию искать волшебную палочку горячего Босса.

— Я вчера видела одну волшебную палочку, — я чуть наклонилась и не удержалась, сама прильнула к его губам, продолжая сопротивляться его попыткам разрушить план на день.

— Второй не выросло, довольствуйся тем, что есть! — прорычал он мне прямо в рот и одним толчком вторгся и языком, и продвинул палец, отчего моя крепость чуть не пала под коварным натиском противника…

НО! Синхронная трель и телефона, и ноутбука, лежащего на прикроватной тумбочке, заставило разорвать наш поединок, так и не договорив…

А что я хотела ему сказать? Выстроить линии между боссом и подчиненной? И что? Все по классике? Я — его директор, и в офисе мы не играем в волшебную палочку? А как же фантазии… Ну, эти стандартные фантазии, от которых у каждой женщины сводит мышцы живота? Темнота кабинета, мягкий ковёр, впивающийся в колени… И сверкающий взгляд недовольного отчетом начальника? Это всё нельзя? А кто сказал, что нельзя?

— Милка, я вижу твои тёмные мыслишки, что жужжат в твоей голове, — хохотнул Мостраков, а после переключил свой телефон на громкую связь, и я утонула в знакомых голосах коллег, собирающихся на совещание…

Я открыла свой ноутбук, но так поспешно, что, сама того не желая, приняла видеозвонок от подруги. Пришлось экстренно натягивать на грудь простыню и глупо улыбаться сонной Ирке.

— Привет отпускникам! — Ира снова зевнула, за её спиной еле брезжило раннее утро, подруга пила кофе, почти не разлепляя век, поэтому мой полуголый вид даже не заметила. Она тяжело мотала головой, чуть не клюя носом клавиатуру.

Была у нас одна многолетняя привычка — собираться на работу вместе. Мы болтали, пока красились, укладывались, выбирали наряд, потому что в течение дня порой не было времени, а вечерами нас ждали семьи… И утренние созвоны казались идеальным выходом! Но не сейчас…

Не сейчас, когда горячий язык Мостракова медленно двигался по колену прямиком к бёдрам. Из-за крышки ноутбука я не видела его голову… Заметила лишь телефон, откуда доносились гул конференц-зала, скрип стульев, бряцанье кружек о стеклянную поверхность столов и шорох бумаг…

— Как Япония? — подруга все же разлепила глаза и усмехнулась. — У вас уже так светло? А какая у нас разница?

— Не помню… Кажется, часа четыре, — ответила я, максимально удерживая голос, чтобы не дрожал! И делала я это не для того, чтобы не обидеть Иру, а для того,

чтобы позлить Мостракова!

Засранец… Боже! Какой он засранец!

— Так, я всё сделала, — Ира словно поняла мой состояние, вернее, «несостояние» разговаривать и, пока я не отрубилась, начала быстро докладывать. — Подарок купила, Тишка обещал помочь с упаковкой… Ты сама-то приедешь?

— Куда? — я чуть не завизжала, когда горячее дыхание ошпарило то, что и так полыхало!

— Милка. Ты че там — горнячкой переболела? — Ира вдруг прищурилась и придвинулась к экрану. — Бледная какая-то, а щеки красные. У папки твоего завтра юбилей! Так тебя ждать, или твой горячий сексуальный Босс взял тебя в плен?

Мостраков тихо усмехнулся, осознав, что Ира говорит о нём, и втянул губами пульсирующий узелок удовольствия, вырубая в моей голове все, что могло подсказать просто захлопнуть ноутбук.

— Я приеду, — качнула головой я и, как только собиралась отбить вызов, из динамика Диминого телефона раздалось: «Товарищ верховный абьюзирующий, колхоз имени Мостракова пострён и готов к порке, — отчитался Соколовский, не скрывая едкого смешка. — Босс… Все на месте, совещание можно начинать ».

— Наконец-то! — подал голос Дима, и теперь пришла Иркина очередь бледнеть. Она зажала ладонями рот, но не из чувства вины за сказанную глупость, а для того, чтобы не добавить ничего хлеще.

— Милена Львовна присоединится? Тут есть к ней пара вопросов, — Соколовский кивнул, а я все же захлопнула ноутбук и тяжело вздохнула.

— На месте Милена Львовна, — я откинулась на подушку, думая, что счастье было так