Как спрятать империю. Колонии, аннексии и военные базы США - Дэниел Иммервар

командованием. А те контакты с военными, которые случались, могли вызывать у аборигенов немалое раздражение. «Я чертовски повеселился, что и говорить», – не без иронии вспоминал Симеон Плетникофф, рассказывая, как солдаты с материка поймали его, грозились расстрелять и хотели притащить к начальнику военной полиции за то, что он прикидывается солдатом.

«Да вы что, спятили, ребята? – удивился Плетникофф. – Я же алеут».

Несмотря на унижения, бойцы территориальной гвардии принялись укреплять север Аляски. Они прокладывали временные дороги, строили арсеналы и укрытия, следили за соблюдением режима светомаскировки, тушили пожары в тундре, вели наблюдение. Когда японцы запускали через Тихий океан зажигательные воздушные шары в тщетной попытке вызвать пожары в Северной Америке, территориальная гвардия обнаруживала их и тушила. Ружья у «партизан» были все той же устаревшей модели времен Первой мировой, что и у филиппинцев, но это не мешало коренным жителям Аляски еженедельно проводить учения с этим оружием.

Майор Марстон вручает винтовку члену Аляскинской территориальной гвардии, показывая, как она действует. Картина Расти Хёрлина, который также тренировал бойцов АТГ

После создания отряды коренных жителей продолжали действовать под эгидой Национальной гвардии Аляски. Запись в них шла куда активнее, чем запись жителей материка в вооруженные силы. Они исполняли свои обязанности без особого шума, но с большим старанием. Это продолжалось даже спустя много лет после начала холодной войны. Один генерал, без предварительного сообщения приземлившийся на острове Малый Диомид[46], поразился, увидев, что его самолет встречают вооруженные люди в форме. Он поинтересовался: «Разве вас оповещали?»

«Нет, – объяснили ему, – просто мы готовы ко всему».

•••

О службе коренных жителей Аляски мало что известно. Но этого нельзя сказать о гавайских американцах японского происхождения, которые вступали в ряды Армии США. В мае 1942 г. появился 100-й отдельный пехотный батальон, сформированный из более чем 1400 бойцов японского происхождения, которые были гражданами США. Журналисты проявили очень большой интерес к этому подразделению «подопытных кроликов из Пёрл-Харбора» «Мы знали, что нужно воевать не хуже белых, – вспоминал один из бойцов. – И мы знали, что нам обязательно потребуется проливать кровь».

Гавайские японцы чувствовали, что находятся в свете прожекторов, и воевали на совесть. Когда в следующем году стали набирать солдат и офицеров японского происхождения для формирования 442-го пехотного батальона, квоты, выделенные для материковых японцев, остались невыбранными (многие по-прежнему находились в лагерях). Зато в призывной пункт явились почти 10 000 японцев с Гавайев. В итоге на долю выходцев с островов пришлось более трех четвертей первоначального состава 442-го батальона.

И полностью гавайский 100-й, и в основном гавайский 442-й (который поглотил 100-й) были отправлены в Европу. Их бойцы сражались там с невероятной отвагой: в данном случае «отвага» – эвфемизм, обозначающий полное пренебрежение личной безопасностью при исполнении долга по уничтожению нацистов.

В конце войны один из этих солдат, Дэниел Иноуэ, проявил почти немыслимую отвагу, сражаясь в итальянской Тоскане. Когда три немецких пулемета прижали его людей к земле, он встал, чтобы ринуться в атаку. Получив ранение в живот, он все же добежал до ближайшего пулеметного гнезда и уничтожил его гранатой. Потом он, по его словам, «шатаясь, взобрался на холм», где находилась вторая огневая точка, и разнес ее двумя гранатами. Когда Иноуэ пробирался к третьей огневой позиции с последней гранатой, немецкая пуля угодила ему в правый локоть «и чуть не оторвала руку». Он схватил гранату левой рукой и бросил ее в третье пулеметное гнездо. Из него выскочили уцелевшие немцы, а Иноуэ сорвал с плеча свой автомат и стал палить в них, держа оружие одной рукой. Лишь после того, как ему в ногу попала еще одна пуля, он все-таки свалился.

«А ну назад, на холм! – крикнул он своим боевым товарищам, когда те бросились к нему на помощь. – Войну никто не отменял!»

Иноуэ лишился руки, но удостоился медали Почета – высшей военной награды Соединенных Штатов. За Вторую мировую войну лишь в четырех дивизиях бойцы получили больше 10 таких наград. Но в 442-м батальоне, ставшем полком (т. е. третьей частью дивизии), удостоенных медали было 20 (даже 21, если считать ветерана войны мистера Мияги из фильма «Парень-каратист»). И почти 10 000 бойцов подразделения (более двух третей общего состава) получили медаль «Пурпурное сердце». По среднему количеству боевых наград в расчете на человека 100-й/442-й – в числе самых героических подразделений в истории США.

Глава 12

Время умирать

Гавайи и Аляску милитаризировали, чтобы противостоять вторжению врага, которое так и не произошло. Обе территории подвергались атакам противника, но не были захвачены, если не считать Алеутских островов, входящих в состав Аляски. В этом им повезло. В других же районах Тихого океана война напрямую затронула колонии государств Запада.

Все началось с Пёрл-Харбора. Хотя это событие на материке вспоминают как нападение на одну из гавайских баз, дело этим не ограничилось. В тот же день японцы атаковали колонии союзников по всему Тихоокеанскому региону. А поскольку неожиданные бомбардировки эффективнее всего на рассвете, удар по главным целям (Гавайи, Филиппины, Гуам и Гонконг) пришелся именно на это время.

Впрочем, рассвет – понятие растяжимое. Слабым местом японского плана было то, что территории, подвергшиеся бомбардировке, могли предупредить тех, кто находился западнее и где еще царила ночь. Японцев особенно беспокоили B–17 Макартура – его «отряд асов», базировавшийся на Филиппинах и служивший главной опорой союзнической обороны на Тихом океане. Если с Гавайев придет предупреждение, эти летающие крепости смогут встретить японские самолеты в воздухе.

Помимо прочего, японские самолеты на Тайване, которые должны были нанести удар по Филиппинам, не взлетели вовремя. Из-за густого тумана они оставались на земле шесть часов, что увеличивало шансы Макартура вовремя отреагировать на новости с Гавайев. Японские пилоты имели все основания опасаться, что к моменту их подлета к Филиппинам Макартур будет наготове. Не исключено, что его B–17 разбомбят тайваньские аэродромы еще до того, как с них успеют стартовать японские самолеты.

Но все обернулось иначе. «Нас ждало невероятное зрелище, – вспоминал японский пилот, рассказывая о подлете к Филиппинам. – Мы не встретили рой американских истребителей, а увидели внизу штук 60 вражеских бомбардировщиков и истребителей, аккуратненько расставленных на взлетно-посадочных полосах». Самолеты Макартура не находились в воздухе и явно не направлялись в сторону Тайваня. Они оставались на земле.

Изумленные японские пилоты сбросили на них бомбы.

•••

Однако Макартурполучил новости с Гавайев. Телефон в его пентхаусе,