Пламенев. Книга 11 - Сергей Витальевич Карелин

Это как будто была компенсация за несравнимо более сложный, болезненный и напряженный путь телесной закалки, а потом формирования Ядра, который нам приходилось проходить, пока Маги просто сидели и медитировали.

Так что чисто технически, даже если бы меня заперли в просто пустой каменной коробке, но при этом стабильно поставляли камни Зверей, с телом, очищенным белым пламенем, я бы смог взять как минимум шестую Чару вообще не напрягаясь. С седьмой Чарой Родника по идее было чуть сложнее, но даже шесть Чар были бы невероятным результатом.

Разумеется, я бы никогда не согласился на такое, и список причин был даже слишком длинным.

— На месте тебя встретит наш связной. Он введет в курс дела и расскажет более подробно о деталях готовящейся операции. Я тут, признаться, немногое знаю.

— Как я его узнаю?

— Никак. Он узнает тебя. — Губы Ложкина искривились в первой за весь разговор настоящей усмешке. — Кроме него, на той Стене служат еще несколько Орлов, все пойдут в декабре с отрядом.

— У меня просьба, — сказал я.

— Слушаю.

— Со мной поедут мои люди.

— Те, кто был на черепахе? — Он кивнул. — Разумно, возражений нет.

— И те, кто оставался в форпосте.

— Это уже сложнее. Хотя Врата Морского Дьявола считаются самым опасным форпостом с точки зрения противостояния Зверям, несмотря на экваториальную зону тут, как ты сам прекрасно знаешь, вполне нормально жить. Форпост, куда вы отправитесь, Ледяной Улей, куда менее опасен с точки зрения сражений со Зверями, так как расположен на самой Стене и оборону там ведут тоже с нее. Но, с другой стороны, погодные условия там настолько суровые, что есть строгое ограничение по уровню даже просто для того, чтобы служить там носильщиком или уборщиком. Только Третий Круг и выше. Так что, хотя я не против позволить тебе взять с собой бойцов, те, кто ниже Третьего Круга, останутся здесь.

— Ну, раз такие правила, — вздохнул я.

— Да, конечно. — В этот момент он показался даже отчасти участливым. — Не думай, что я ставлю палки в колеса. Самим твоим людям там будет худо, если они не будут отвечать требованиям. И о секретности. То, что вы едете на север, не будет тайной, разумеется. Переезд все равно не спрячешь. Но тайной будет, зачем. Об операции позволено знать лишь тем, кто был с тобой на Демоне и кто после нападения Черной Кости уже гарантированно не является их агентом. Остальным ни полслова.

— Понял.

— Тогда у меня все. — Ложкин встал, и я встал следом. У двери он повернул ключ, приоткрыл ее и уже на пороге обернулся. — Мы с наместником будем внимательно присматривать за твоей службой, Александр. Желаю успехов.

По хребту, от затылка вниз, прошел холод. Это точно было не то внимание, что мне могло понравиться.

— Постараюсь не разочаровать, — сказал я ровно.

Он кивнул и вышел.

Глава 21

Дальше дни пошли быстро. Делегация заканчивала работу, а вместе с ее отъездом должны были уезжать и мы.

С Ольги сняли все обвинения. Разбирательство подтвердило очевидное. Артефакт спас крепость, и тут не было что обсуждать. Так что ее восстановили в должности и в правах, и при первой же возможности она улетела помогать остальным бойцам форпоста в горах.

Но еще до того я попросил у нее, чтобы в Мильск о Фае пока не уходило ни строки, раз уж был шанс вернуть ее живой. Этого не делали раньше, пока шло разбирательство, но теперь технически обо всех потерях должны были сообщить родным, что мне не нравилось. Пусть узнают тогда, когда будет что узнавать, а не хоронят раньше времени. Ольга посмотрела на меня долгим взглядом и молча кивнула.

Клан, несмотря на все потери пополнившийся после нашего возвращения, я собрал в вечер после допроса.

— Мы уходим на север, — сообщил всем. — На Стену, служить. Ценз — Третий Круг, ниже туда не берут, и это не прихоть. Кто едет, тот едет добровольно.

— А чего мы там забыли? — спросил Артем. — Тут море, рыба. А там что?

— Там новое назначение, — просто ответил я, не став вдаваться в подробности при всех.

Не то, чтобы я не доверял кому-то из своих, но о том, что рассказал лишнее тем, кому не было разрешено, могло стать известно Ложкину и Орлам. Так что, пока в этом не было ничего критического, решил не рисковать.

Правду я сказал отдельно и только тем, кто вернулся со мной с черепахи. Слушали молча, и когда я закончил, Ян спросил только одно:

— Когда выходим?

Согласились все, но, к сожалению, не все могли пойти с нами. Демид оставался, и это не обсуждалось. Живот его держали лекарские швы и упрямство, и хотя он уже пошел на поправку, на север его бы не согласились тащить.

Гриша оставался тоже. Колено не угрожало жизни, но срасталось даже медленнее, чем живот Демида, и в любом случае обещало ему долгие месяцы реабилитации. Он выслушал это молча и с каменным лицом.

Итого, не считая меня, на север собирались семнадцать человек (двое аристократов, вернувшихся с нами, но не входивших в мой клан, разумеется, приглашены не были). И в целом меня вполне устраивал такой расклад.

Но потом слух о севере разошелся, и к казарме потянулись люди. Десятками. С одной-единственной просьбой: взять их с собой, для чего они были готовы даже вступить в мой клан и поклясться в верности. Я не отказывал никому, кто имел Третий Круг или выше? и список быстро перевалил за сотню.

К сожалению, забрать столько народу из форпоста, где до того же декабря требовалось как можно больше свободных рук, чтобы затыкать дыры в горах, было невозможно. Ольга, вернувшись из очередной вылазки, просмотрела список и порезала его до тридцати человек, отобрав только Третий Круг, и из их числа — самых молодых и перспективных, кому еще было куда расти.

Из остальных где-то половина, узнав, что поездка на север вместе со мной для них отменяется, разочаровались и предпочли отказаться от вступления в клан. Я, разумеется, не препятствовал.

Но еще где-то человек сорок, причем не только Третьих, но и Четвертых Кругов, не передумали и поклялись мне в верности. Ни Ольга, ни делегация, ни Ложкин не были против, так как после нашего возвращения я, похоже, окончательно стал для Империи тем человеком, с которым ни в коем случае