Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XIII - Алексей Ракитин

Судебно-медицинское вскрытие тел убитых убедительно доказало, что убийца (или убийцы) совершил совокупление с трупом Эдны Уорден. Хотя её дочь также была найдена обнажённой, совершение каких-либо сексуальных манипуляций не было доказано. Вполне возможно, что этому помешали некие обстоятельства, неизвестные правоохранительным органам, вроде шума в коридоре или под окном. Как бы там ни было, что-то побудило убийц [если таковых действительно было двое] покинуть место совершения преступления без надругательства над телом убитой ими девочки.

Пресса Лос-Анджелеса и Калифорнии активно обсуждала убийство Эдны Уорден и её дочери.

Была ли Эдна Уорден ограблена? Да, и эту деталь детективы лос-анджелесской полиции установили с абсолютной надёжностью. Убитая женщина работала на книжном складе и получала 12$ в неделю, кроме того, бывший муж переводил ей алименты в размере 30$ в месяц, поэтому получить представление о её платёжном балансе не составляло большого труда. Расходы Эдны в последние дни жизни были установлены с высокой точностью, и по всем прикидкам получалось, что в её кошельке должны были находиться 7 или 8 долларов — не более. Деньги эти исчезли, и не вызывало сомнений, что они стали добычей убийцы или убийц.

Розыск по горячим следам результатов не принёс, и тогда полицейское руководство решило «вытолкнуть» преступника из города. Другими словами — побудить его добровольно покинуть Лос-Анджелес. 8 апреля 1937 год Департамент полиции сделал заявление для прессы, в котором рассказал о действующем в пределах города «негре, помешанном на сексе». Рассказывая о деяниях таинственного преступника, сотрудник полиции сообщил, что с активностью этого негодяя связывают убийства трёх белых женщин и нападения на ещё пятерых. Все эти эпизоды произошли на протяжении последних месяцев, но каких именно — не уточнялось. В пресс-релизе содержалась кое-какая информация о неизвестном — размер ноги соответствует обуви 11-го размера, мужчина худощав, молод, в качестве оружия он использует кирпич или обломок кирпича. Неизвестного негра рассмотрели по крайней мере две женщины, и они смогут его опознать. Также подчёркивалось, что отпечатки пальцев разыскиваемого имеются в распоряжении полиции. Строго говоря, именно ради последней детали вся эта возня с заявлением для прессы и затевалась — «законники» надеялись на то, что убийца, узнав о том, что его можно идентифицировать по оставленным «пальчикам», сбежит из Калифорнии.

Заслуживает упоминания то обстоятельство, что о существовании подельника, вернее, весьма вероятном существовании подельника, в заявлении для прессы не упоминалось ни единым словом.

Признание того факта, что в «Городе ангелов» орудует «негр, помешанный на сексе», не прошло незамеченным. Чернокожий насильник являлся кошмаром Америки вплоть до эпохи «хиппи» — в глазах белых американцев это было наглядное воплощение хтонического ужаса. Поэтому неудивительно то напряжение, что спровоцировало в городе заявление полиции. На протяжении нескольких дней это была самая обсуждаемая новость как в самом Лос-Анджелесе, так и в прилегающих к нему округах.

Заявление представителя Департамента полиции Лос-Анджелеса, сделанное 8 апреля 1937 года, не осталось незамеченным и наделало немалый переполох в городе.

Преступник словно бы почувствовал возросшее напряжение и всеобщую бдительность. Три недели апреля прошли без каких-либо эксцессов, связанных с негром, вооружённым кирпичом. Затем минул май — и тоже без драматических новостей. Далее последовал июнь и… тоже тишина. В других калифорнийских городах и населённых пунктах тоже не фиксировались инциденты, которые можно было бы связать с любителем обломанных кирпичей. Ситуация выглядела таким образом, будто расчёт полицейского руководства полностью оправдался и таинственный негр действительно покинул пределы штата, опасаясь того, что идентификация даже при ошибочном задержании однозначно отправит его на «горячий стул».

В ночь на 16 июля 1937 года — если точнее, то около 2 часов пополуночи — коридорный в отеле «Lorraine», в Чикаго, услышал приглушённый возглас, источник которого не смог сразу определить. Встревоженный, но не до конца уверенный в истинности услышанного, коридорный двинулся вдоль дверей, пытаясь понять, где именно мог находиться источник пугающего крика. Отель, расположенный в доме №411 по Южной Вабаш-стрит (South Wabash str), позиционировал себя как солидное заведение для уважаемых гостей и, конечно же, ночные вопли и дебоши тут были совершенно недопустимы. Наконец, остановившись возле одной из дверей, коридорный услышал протяжный, но приглушённый стон.

Коридорный, справедливо опасаясь входить в номер в одиночку, помчался к своему месту и по телефону вызвал администратора. Через пару минут тот вышел из лифта — речь идёт о пятом этаже, вообще-то! — с запасным ключом в руках. Постучав в дверь и не дождавшись ответа, мужчины вошли в номер.

Отель «Лоррейн» на Южной Вабаш-стрит был очень приличным и спокойным местом. Трагедия, разыгравшаяся в нём в ночь на 16 июля 1937 года, стала большим потрясением как для работников заведения, так и его гостей.

Мужчины увидели лежавшую в кровати окровавленную женщину. Это была 28-летняя Бетти Брайант (Betty Bryant), арендовавшая номер накануне. Женщина ждала мужа, который должен был приехать в Чикаго на следующий день. На полу рядом с кроватью лежал обломок кирпича, перепачканный кровью, на его гранях были хорошо различимы длинные светлые волосы, вырванные из головы при ударах.

Женщина была изнасилована. Полученная ею травма мозга была очень тяжёлой, и некоторое время врачи опасались за её жизнь. Постепенно, однако, молодость и хороший иммунитет взяли верх, и Бетти пошла на поправку.

Однако ничего ценного женщина полиции сообщить не смогла. Преступник напал в то время, когда женщина спала, она не могла описать негодяя просто потому, что не видела его.

Одна из многих газетных публикаций, посвящённая жестокому нападению на Бетти Брайант.

Прошёл месяц, и в ночь на 15 августа таинственный любитель влезать в чужие окна с кирпичом вновь заявил о себе самым что ни на есть подлым способом. Негодяй влез по пожарной лестнице на четвёртый этаж гостиницы «Washington» — той самой, где в ночь на 25 сентября предшествующего года была совершена попытка убийства танцовщицы Альды Дири, сопряжённая с последующим поджогом здания. В тот раз преступник проник в номер на пятом этаже, теперь же ограничился четвёртым. С пожарной лестницы он открыл окно в номере 414, который занимала 25-летняя Вирджиния Остин (Virginia Austin).

Последняя являлась изготовителем очень необычных кукол, коллекцию которых привезла для представления в одном из крупнейших универмагов. Предстоящая продажа необычных игрушек освещалась в прессе и сулила художнице немалый барыш, однако события ночи на 15 августа радикально изменили её планы на будущее.

Преступник проник в номер, беззвучно открыв окно, и, обнаружив Вирджинию в кровати, немедленно напал. Женщина проснулась, вскрикнула, но крик её остался не услышан. Негодяй изнасиловал Вирджинию и обыскал её вещи. Его добычей стали 3$, найденные в кошельке, а 120$, спрятанные владелицей за подкладкой чемодана, преступник отыскать не смог.

Может показаться невероятным, но Вирджиния Остин перенесла нападение без явных последствий для физического здоровья, хотя ей пришлось провести в больнице почти месяц.

А ровно через сутки — в ночь на 16 августа — началась история, получившая продолжение, причём трагическое. В чикагскую больницу, занимавшую дом №811 по Восточной 49-й стрит (East 49th Street), через окно второго этажа проник долговязый чернокожий парень. Он явно не ориентировался в обстановке и не соображал, куда лезет — а влез он в комнату отдыха медсестёр. В этой комнате постоянно кто-то находился, поскольку дежурные медсёстры отпускали друг друга в течение дня для восстановления сил.

В ту самую секунда, когда чернокожий мужчина спрыгнул на пол, его заметила Флоренс Пальмовски (Florence Palmowski). Женщина закричала, и негр моментально выскочил обратно в окно. Инцидент произошёл незадолго до часа пополуночи. Флоренс, разумеется, рассказала о случившемся другим медсёстрам, и все они очень встревожились, ибо публикаций о ночных вторжениях через окна в последние недели в чикагских газетах было немало. По совету коллег по работе Флоренс позвонила в полицию и сообщила прибывшему патрулю приметы влезшего через окно негра [она хорошо его