Империя, колония, геноцид. Завоевания, оккупация и сопротивление покоренных в мировой истории - Коллектив авторов -- История

Сиамцы депортировали 1500 вьетнамцев по суше из Пурсата в Сиам, а еще 800 – на лодках[762]. Когда они захватили еще одну группу из 180 человек, один из них, вьетнамский чиновник из Пномпеня, рассказал сиамцам: «Я слышал, что тайские и кхмерские войска повсюду. Я был так напуган, что я и еще 160 человек решили бежать»[763]. В 1841 году вьетнамский отчет гласил, что кхмерские повстанцы «появляются и исчезают по своему желанию», избегая контактов, если у них нет преимущества. «Они концентрируют свои силы там, где густые джунгли, и в болотистых местах, где наши войска не могут маневрировать». В культурном отношении вьетнамцы были еще более изолированы: «У нас нет никаких сведений о враге и нет проводников»[764].

Смерть Минь Манга в январе 1841 года оказала сильное влияние. Французский миссионер, пишущий год спустя из Бангкока о ситуации в Камбодже, заявил, что если со смертью Минь Манга вьетнамские преследования «не совсем прекратились», то «по крайней мере значительно замедлились»[765]. Действительно, вьетнамские войска к тому времени оставили Камбоджу под властью преемника Минь Манга, императора Тхиеу Три (1841–1847). В конце 1841 года вице-король Чыонг Минь Гианг эвакуировал 6000 жителей Пномпеня во Вьетнам. Он взял на себя ответственность за «потерю» Камбоджи и покончил жизнь самоубийством[766].

После ухода вьетнамцев Камбоджа не знала покоя, находясь в основном под контролем сиамцев. Бодин приказал «устроить всеобщую резню» оставшихся там вьетнамцев. По словам французского миссионера, прибывшего несколько лет спустя, сиамцы «обрушились на Камбоджу, сплотили вокруг себя все население и расправились с аннамитами [вьетнамцами], рассеянными по стране»[767]. В дельте Меконга на юге продолжалась этническая консолидация, поскольку сиамцы пытались насильственно сгонять население. В 1842 году они захватили 2000 китайско-камбоджийских беженцев, очевидно, бежавших из дельты на оккупированную сиамцами территорию. Захватив 250 кхмерских жителей из трех деревень в Чаудоке, сиамские войска пожаловались, что «шесть кхмерских и 50 чамских семей» уклонились от поимки. Во время одного массового побега из-под сиамского контроля 100 кхмеров дельты «сбежали из лагеря»[768]. Сиамцы насильно эвакуировали кхмеров из многих деревень в окрестностях Пномпеня. Выше по реке, в восточной части Камбоджи, чиновники четырех провинций Меконга собрали свои семьи и бежали в джунгли. В посланиях в Бангкок сиамские офицеры сообщали о депопуляции китайского и кхмерского населения на побережье Южно-Китайского моря, перемещении китайцев на север вдоль побережья, а также об отправке 134 вьетнамских пленных в Бангкок[769].

Помимо контроля численности населения для борьбы с повстанцами, сиамские кампании по депортации рабочей силы преследовали и сельскохозяйственные цели. В 1843 году Бангкок поручил своему губернатору одной из приграничных провинций «эффективно организовать чилийцев, лаосцев и кхмеров, чтобы они выращивали больше сахарного тростника, чем когда-либо прежде»[770]. Тайский историк Пуангтхонг Рунгсвасдисаб показала, что увеличение посевов риса было еще одной целью сиамцев. Она заключает: «Схема принудительного переселения была разработана для удовлетворения растущих потребностей сельскохозяйственного производства». Кампании Сиама по депопуляции опустошили районы вблизи Вьетнама, такие как Пномпень, и «значительно сократили численность населения Камбоджи»[771].

Однако и в Камбодже Сиам столкнулся с теми же трудностями, которые привели к поражению Дайнам. С пессимизмом, напоминающим пессимизм вьетнамского вице-короля Чыонг Минь Гианга десятилетием ранее, Бодин сообщал в Бангкок в 1843 году: «Мы находимся в Камбодже уже три года, ничего не добившись. У нас не хватает припасов; люди уходят в лес, чтобы жить листьями и кореньями; около тысячи человек в нашей армии умерли от недостатка пищи». Сиамцы оставили Пномпень в 1844 году и отступили в Удонг. Вьетнамские войска снова вернулись в Пномпень. Отчаявшийся Бодин сообщал в Бангкок, что «все кхмерские вожди и знатные люди, все районные вожди и все простые люди невежественны, глупы и легковерны». Нападения вьетнамцев на Удонг в 1845 году привели к мирным переговорам[772]. Бодин писал Раме III: «Мы решили избежать возобновления войны с вьетнамцами. По сути, кхмерские бойцы почти все погибли. Солдаты боятся вьетнамцев; население убежало в леса в поисках пищи; поля не обрабатываются: Камбоджа знает, что такое голод. Во время недавней вьетнамской интервенции большое количество кхмеров устремилось в Аннам [Дайнам] ради мира»[773]. В конце концов, обе стороны объявили о взаимном уходе в 1847 году. В Удонге на трон взошел ставленник Сиама – кхмерский принц, правивший как король Анг Дуанг (1848–1860). Владычество Дайнама в стране закончилось, но Сиам аннексировал северные провинции Камбоджи[774].

Дэвид Чандлер пишет, что Минь Манг в рамках своей идеологии «изо всех сил старался быть осведомленным о Камбодже, быть справедливым к ее жителям и улучшить их образ жизни». Его завоевание страны было фактически спровоцировано нападением сиамцев на сам Вьетнам, так же как его захват лаосских провинций был ответом на предыдущие нападения сиамцев. Однако идеологические установки Минь Манга также включали территориальную экспансию, репрессивный контроль, культурное превосходство, классические прецеденты и сельскохозяйственную реформу, и он с самого начала был готов навязать все это, если потребуется, силой, как в Шайнаме, так и в Камбодже. То, что он разделял идеологические взгляды других колониальных преступников, означало, что перед лицом конкурентной сиамской экспансии и неустанных кхмерских операций он в конце концов прибег к политике, которую можно считать геноцидной. Это относится и к жестоким приказам, которые Рама III из Сиама отдавал своей армии, и к их исполнению сиамским полководцем Бодином.

Не сохранилось статистических данных о количестве погибших камбоджийцев в результате насилия, вызванного оккупацией Райнама и депортацией Сиама. Об их последствиях можно судить только по кхмерскому рассказу, опубликованному 60 лет спустя и относящемуся к концу 1840-х годов.

Земля больше не обрабатывалась. Крестьяне покидали свои деревни, потому что все еще боялись вьетнамцев и сиамцев, которые пришли, чтобы уничтожить их урожай. Половина фруктовых деревьев в деревнях была вырублена. В результате в деревнях, насчитывавших до 150 домов, осталось не более 50, а то и 20. В каждой деревне число жителей значительно сократилось… Целые деревни были заброшены, и мое горе достигло апогея при виде вдов, лишенных всего, неспособных прокормить своих маленьких детей[775].

Французское колониальное завоевание

Камбоджа оправилась от этого бедствия в 1850-х годах[776]. Однако Анг Дуанг умер в 1860 году, когда началось французское завоевание и колонизация