Трудные дороги космоса - Владимир Александрович Шаталов

С первых дней Великой Отечественной войны Николай Петрович находился на фронте, командовал различными авиационными соединениями. Его авиационный корпус принимал участие в освобождении Чехословакии от гитлеровских захватчиков.

Когда в нашей стране началась подготовка к запуску первых пилотируемых космических кораблей, партия доверила Николаю Петровичу отбор и подготовку будущих космонавтов. При его непосредственном участии началось создание Центра подготовки космонавтов и строительство городка. Вместе со специалистами космической медицины ему пришлось определять те качества, которыми должны были обладать кандидаты на первый космический полет, разрабатывать методику и средства подготовки космонавтов к полетам.

Все это приходилось делать впервые, никакого опыта ни у нас, ни за рубежом еще не было. Каманин и его товарищи по работе сами создавали этот опыт. И нужно отдать им должное — вся эта гигантская работа была проведена с большой тщательностью и на высоком уровне.

Николай Петрович пользуется огромным авторитетом среди космонавтов. Он был не только требовательным командиром, но и старшим товарищем, который во всем подавал пример молодым.

Николай Петрович, например, и сейчас увлекается спортом, отлично играет в теннис, шахматы. Он настойчиво прививал нам любовь к спорту. Мы, космонавты, часто встречались с ним то за шахматной доской, то на теннисном корте. И я не могу сказать, что мы — более молодые и крепкие — всегда выходили победителями в этих встречах, а если и побеждали, то победа давалась нам нелегко.

В соответствии с Положением о прохождении воинской службы Николай Петрович, отслужив в армии положенный срок, ушел на заслуженный отдых. Но он не оставил космонавтику. У него накопился богатый материал, который может быть полезен для изучения истории первых космических стартов, зарубежных поездок советских космонавтов и их встреч с видными государственными деятелями многих стран мира. Этот материал у него не залеживается. Николай Петрович является автором ряда интересных книг о космосе и космонавтах, и, передавая мне свое «наследство», он преподнес свою книгу с теплой, очень дорогой для меня надписью: «…верю, Володя, что тебе окажется по плечу этот тяжелый, но очень нужный человечеству труд».

Мое назначение совпало с началом нового этапа в изучении и освоении космического пространства в нашей стране. Это, естественно, потребовало значительной перестройки всей системы работы Центра подготовки космонавтов.

Задачи подготовки космонавтов значительно усложнились. Если раньше они ограничивались изучением конструкции только одного корабля и приобретением навыков работы с его системами и оборудованием в полете, то теперь космонавты должны были хорошо знать устройство и транспортного корабля, и орбитальной станции. Количество экспериментов, проводимых в полете, резко возросло, значительно увеличился и объем используемой аппаратуры. На борту станции появились совершенно новые приборы, предназначенные для изучения физики Солнца, динамики атмосферы, морфологии поверхности Земли, строения дна океанов и морей.

Встал на повестку дня вопрос о дальнейшей эффективности космических исследований, о решении с помощью космонавтики прикладных задач в интересах науки и народного хозяйства нашей страны. В связи с этим значительно расширился диапазон деятельности космонавтов. При малой численности экипажа станции требовалась более разносторонняя их подготовка. Нужно было менять старую схему подготовки, смелее выходить за пределы ЦПК, вступая в более тесные контакты с научными организациями и учреждениями, занимающимися подготовкой аппаратуры, разрабатывающими методику исследовательских работ в космосе.

Назрела необходимость не только привлекать специалистов этих организаций к подготовке космонавтов, но самим космонавтам активно участвовать в подготовке экспериментов, в оценке качества подготовленных приборов, удобства и надежности разрабатываемого оборудования и аппаратуры, а также в отработке методики проведения различных экспериментов с учетом уже накопленного опыта работы на космических кораблях и орбитальных лабораториях.

Нисколько не уменьшились задачи и объем подготовки, необходимые для полета на транспортном корабле и выполнения космонавтами различных сложных динамических операций — коррекции орбиты и стыковки с орбитальной станцией, возвращения на Землю после окончания работы.

Если раньше подготовка экипажей заканчивалась выездом на старт, то теперь нужно было думать и о том, чтобы параллельно с работой одного экипажа в космосе продолжалась подготовка к старту других экипажей, которые должны были отправиться на станцию для смены своих предшественников. Причем в подготовке последующих экипажей должен был использоваться опыт текущей работы в космосе.

Положение усложнялось еще и тем, что очередной экипаж мог иметь сравнительно большой перерыв между «обживанием» станции на Земле и прибытием на эту станцию, выведенную на орбиту в космос. За это время можно и кое-что забыть, и утратить некоторые навыки в работе с приборами и системами конкретной станции.

Кроме того, подготовка должна была проводиться с большим числом основных и дублирующих экипажей, что требовало создания мощного тренажно-моделирующего комплекса, хорошей тесной связи с десятками организаций, работающих в этой области.

Теперь ЦПК располагает достаточной базой, обеспечивающей решение всех задач по подготовке не только советских космонавтов, но и космонавтов из братских социалистических стран, которые совершают полеты совместно с нашими космонавтами, на советских космических кораблях и станциях.

В связи с увеличением продолжительности космических полетов возникало великое множество и других достаточно сложных проблем, которые требовали своего решения еще на Земле…

Постепенно я входил в курс новых обязанностей. Теперь меня волновали вопросы и общего совершенствования работы Центра подготовки космонавтов, и дальнейшего строительства Звездного городка, и координации связей космонавтов с научно-исследовательскими учреждениями, и увязка задач подготовки космонавтов с работой тех производств, на которых создаются космические корабли и станции, и многое другое.

К середине 1973 года завершились работы по модернизации корабля «Союз» и предстояли его испытания в пилотируемом варианте.

Первые такие испытания мы поручили провести экипажу в составе Василия Лазарева и Олега Макарова. Перед ними ставилась задача проверить конструкторские решения и технические доработки, внесенные в космический корабль «Союз», а также испытать новые скафандры, которые должны были повысить надежность и безопасность космических полетов.

Скафандры для космических полетов не новинка. Все первые космонавты, летавшие на «Востоках», совершали свои полеты, независимо от их продолжительности, в скафандрах. В специальных скафандрах были и Павел Беляев и Алексей Леонов, когда осуществлялся первый выход человека в космическое пространство. В скафандрах работали в открытом космосе Евгений Хрунов и Алексей Елисеев.

Для экипажа «Союза-12» были созданы скафандры, более легкие и удобные, способные обеспечить активную работу космонавтов даже в условиях полной разгерметизации спускаемого аппарата корабля. В дальнейшем в таких скафандрах должны были работать все экипажи на самых ответственных участках полета — в момент выведения корабля на орбиту, выполнения стыковки со станцией и при возвращении на родную Землю. Все же остальное время пребывания не только на станции, но и в корабле космонавты могли находиться в обычных