Что такое Чили - Анастасия О. Полосина

Вообще, культура потребления молочных продуктов рождает любопытный парадокс. С одной стороны, упаковки убитого пастеризацией молока, которые могут стоять месяцами в кухонном шкафу, так как не требуют охлаждения. В магазинах молоко продается на обычных полках по соседству с яйцами и сахаром, а не в холодильных камерах. Никаких производных молочных продуктов вроде творога (сыр Филадельфия не в счет) и кефира нет. Исключение – кесийо, мягкий белый сыр, который считается диетическим. Люди, следящие за фигурой, любят сочетания бездрожжевых лепешек пита с ломтиками кесийо на завтрак.

Зато много йогуртов, правда, найти среди них какой-нибудь без химического фруктового привкуса – непросто.

Сыры чилийцы любят мягкие, невыдержанные – такие называют мантекосо от слово «масло». Что такое выдержанные сыры, они представляют весьма отдаленно. Купив молодой чилийский пармезан, вы очень удивитесь и перестанете ругать российский. Моцарелла почему-то мало отличается оттого же пармезана и почему-то продается твердым брикетом желтого цвета.

В Сантьяго есть секретный магазин товаров с юга. Там и хамон из гуанако, и всевозможные массы из помидоров и перца, и любопытные сыры из южных регионов, которые я бы даже назвала гурманскими (потому что они сильно отличаются от привычных чилийских), и гигантский чеснок с острова Чилоэ. К слову, об острове. Это милое место известно не только домиками на сваях, признанными наследием ЮНЕСКО, но и сельскохозяйственной продукцией внушительных масштабов (буквально).

Я часто летаю, так что у меня есть большая претензия к Чили. Эта страна настолько ориентирована на экспорт своих продовольственных товаров, что на ее границе очень строго следят за тем, что ввозят пассажиры. Чилийскому таможеннику совершенно не важно, сколько килограммов новой одежды и с какими бирками вы везете в чемодане. А вот еда в том же чемодане вызовет у него большой профессиональный интерес. Перед тем как ступить на чилийскую землю, надо заполнить декларацию о ввозимых товарах. По закону в этом перечне не должно быть никаких товаров животного и растительного происхождения. По ленте с багажом бегает специально обученная собака в служебном костюмчике и ищет отнюдь не одни наркотики. Собака ищет еще и фрукты, овощи, семена, мясо, соленья и травы – что там припрятал заморский турист? Стоит собаке броситься на чемодан и призывно залаять, как сопровождающий ее таможенник оставляет на провинившемся багаже специальную наклейку и сбрасывает его с транспортной ленты.

При мне так открывали чемодан… из-за банана. В другой раз в самолете сосед-швейцарец рассказывал ужасы о том, как его оштрафовали на четыреста долларов за маленькую баночку меда, которую он не задекларировал.

С запрещенными к ввозу продуктами шутки плохи. Чили – страна, ориентированная на экспорт, и оберегает свои фрукты, овощи, вино и морепродукты как зеницу ока. Поэтому нельзя допустить вторжение бактерий и вирусов иноземного происхождения на территорию страны. Вдруг кто-то перевозит на своей банке с медом новую филлоксеру: как тогда смотреть в глаза чилийским виноделам?

Конечно, я утрирую. Первое предупреждение встречается на экранах бортовых телевизоров еще во время полета; ролик рассказывает о прекрасной и уникальной стране, которая очень заботится о неприкосновенности своего пространства от различных бактерий. В аэропорту в зоне получения багажа без перерыва убедительно просят задекларировать все, что следует. Меня однажды очень пожурили за провезенный мед, который вычислили по стеклянной банке. Дело было так: заприметив на мониторе стекло и узнав, что я везу задекларированный мед, меня попросили достать его. Перевернув в чемодане все вверх дном, пять минут подбрасывая в воздух красочные ворохи одежды и нижнего белья, я наконец нашла банку и, радостно улыбаясь, протянула ее работнику. Он сделал надрез на плотной обмотке из скотча, внимательно рассмотрел содержимое банки на просвет, но увидел там земляничное варенье, про которое я совсем забыла. Впрочем, он лишь удовлетворенно хмыкнул, что с «медом» все в порядке. Ягода в меде его, к счастью, не смутила. Ту самую банку с медом я нашла в чемодане уже дома. Повезло мне с таможенником – молодой был, неопытный. Даже страшно подумать, что он теперь думает про российский мед.

В другой раз меня отчитали за провезенные сухофрукты. Отобрали гостинцы, строго пригрозили пальцем и наказали больше так не делать. А как быть, если нет в Чили шоколадной кураги и сладкого урюка, а так хочется угостить ими чилийских друзей? Но собаки в униформе, которые с лаем накидываются на чемоданы на багажной ленте, меня откровенно нервируют, так что попытки провезти что-нибудь из запрещенного списка я все же оставила. Привожу теперь только конфеты.

Сами чилийцы прекрасно знают о таких мерах и боятся их как огня. Чилийцу и в голову не придет привезти с собой баночку варенья или редкий сыр на родину. И по той же причине они всегда удивляются: неужели в другие страны можно провезти дары природы? Я обычно стараюсь захватить с собой в Россию чилийское авокадо, миндаль и грецкие орехи. Из-за чего чилийцы крутят пальцем у виска, а я терпеливо объясняю им, что таможенники не обращают внимания на небольшое количество съестного, которое я везу для личного пользования. А вот если бы я привезла мешок брендовой одежды из мировых столиц моды, они бы наверняка проявили живой интерес к моей скромной персоне.

Путешествующие по Патагонии нередко сталкиваются с таможенным досмотром, по сути, впервые, ведь вряд ли обычный турист настолько любит российский мед, что возит его с собой даже в отпуск. Дело в том, что самые популярные места Патагонии расположены по обе стороны Анд: парк Торрес-дель-Пайне, остров Магдалена и город Пунта-Аренас в Чили, ледник Пери-то Морено, гора Фиц Рой и город Ушуайя в Аргентине.

И путешественник как минимум один раз пересекает границу, чаще всего наземную. Тут-то он и узнает о столь разных таможенных правилах соседних стран. В Аргентине машину досконально проверят на наличие техники, купленной в Чили (это цель поездки в Чили для половины аргентинцев). Путник, который движется в обратном направлении, встречается с совсем другой ситуацией. Внимательные чилийские пограничники посмотрят под каждым половичком, в каждом пыльном углу: не завалялось ли запрещенное яблоко или авокадо с чужими бактериями? У большинства иностранцев эти досмотры вызывают целую гамму эмоций. Поиск фруктов с пристрастием как вопрос жизни и смерти – это не совсем то, чего они ожидали от лихой Латинской Америки с ее хулиганским имиджем.

С другой стороны, я благодарна этой драконовской мере, благодаря которой вес моего багажа значительно уменьшился. Иначе трудно было бы справиться с порывом привезти