Чума и Российская империя. Борьба с эпидемиями в XVIII - первой трети XIX века - Денис Вячеславович Сметанин

покупатель кладет деньги в чан, наполненный водою или уксусом, и поставленный между теми же преградами». Однако монеты первоначально не несут на себе болезненных бактерий или заразы. «Наставление...» об этом говорит: «Однако ж, опускают в воду или в уксус деньги прежде принятия оных, для того больше, что деньги часто бывают покрыты нечистотою, которая происходит от пота или от нечистоты рук тех, у коих они были»[69]. Следовательно, благодаря этому наставлению окончательно было установлено и закреплено на государственном уровне новое понимание и представление о способе передачи заболевания при помощи касаний к предметам, на которых остались человеческие выделения. Благодаря этому были введены ограничения на прикосновения жителей друг к другу, а также к железным предметам в виде монет, которые «очищались» в рядом стоящем чане.

В наставлении также определялся перечень товаров, которыми нельзя торговать, или описывалось, каким способом проводить «дезинфекцию». Помидоры, огурцы и другие «земляные плоды», по мнению автора «Наставления...», не несут в себе заразы, любые животные могут быть омыты водой, а мясо и любые мясные изделия необходимо «проносить чрез огонь». Однако провозить любые меховые, бумажные и льняные ткани и товары из этих материалов запрещалось, «ибо все сии вещи должно содержать 42 дня в карантине, и следовательно, ни из какой показанных вещей не можно продавать на рынке». Регулирование торговли товарами также входило в обязанности и закреплялось на законодательном уровне.

Были также определены хронологические рамки нахождения разных людей на карантине, в зависимости отличных обстоятельств и нахождения в моровых местах. Согласно документу, «сельский житель, желающий идти в город, или гражданин, который хочет выйти и паки войти в город и проч., все таковые люди со всеми их вещами и одеждою должны выдержать карантин 21 или 42 дня». Любой человек любого чина мог теперь перемещаться между отдельными городами и сельскими местностями, однако при этом все люди не должны касаться других и его вещей, а также сидеть определенный срок в карантинном доме.

Кроме этого, «Наставление» регламентирует и сам карантин, а также его прохождение, условия пребывания человека и пр. Место карантина состоит из одного или из «многих домов, подле стоящих, где каждый выдерживает свое время, не сообщаясь с другими; и для того ко всякому таковому придают одного караульного, который никуда от него не отходит, и от него же питается»[70]. Караульный был обязан не только кормить своего подопечного, не дотрагиваясь до него и его вещей, но обязан был сообщать о своем подопечном, что «не сообщался он ни с кем; что окуривался он по предписаниям и пр.», однако при этом «дежурный» не должен иметь сообщения с другими караульными «лазарета». Таким образом, мы видим эволюцию и в разделении больных между собой, их обязанности не сообщаться с другими больными и здоровыми людьми, а также принимать все «медицинские средства» для борьбы с болезнью и обеззараживания самих себя.

Пропитание же караульный и находящиеся при нем на карантине получали при дверях, так как «производится продажа съестных припасов сквозь двойную преграду»[71]. Согласно дальнейшему тексту, за лазаретом должен следить офицер, который «записывает имена и состояния всех содержащихся в лазарете» с подробным перечислением дня прихода и места, откуда человек пришел. Как только человек «положенное время высидит», то офицер выдает ему справку — «аттестат или свидетельство о здоровье». В документе обязательно прописан срок пребывания в лазарете и фиксируется, исполнял ли человек все предписания по лечению, что его можно «признать за здорового и не имеющего никакой заразительной болезни».

Подробно описано, какими средствами должны окуриваться люди и как часто. Согласно «Наставлению...», окуривания самого помещения и людей «должно возобновлять каждый день и в каждом доме по захождении солнца». Ладан был прописан для «богатых» людей, можжевельник — для людей «среднего состояния», а для «бедных» также окуривание должно производиться «можжевельником или смолою». Следовательно, был четко регламентирован порядок применения медицинских средств, а также различные варианты того, что можно использовать для лечения.

Кроме этого, «Наставление» устанавливало деление карантина на два этапа: «мягкий» и «жесткий». В первом случае, когда в городе появлялась эпидемия какой-либо болезни, то «должно запретить и препятствовать, чтобы жители одного дома не имели общения с жителями другого дома». При этом городские жители имели право выходить на улицу для работы или совершения торговых сделок. Однако в случае усиления эпидемии (в законе не оговаривается, что под этим стоит подразумевать) в виде большого числа гибнущих людей и заболевших, то «не надобно выпускать жителей из собственных домов, ибо болезнь сия, подобно оспе, сообщается осязанием и прикосновением». При «жестком» сценарии развития карантина люди не имеют права свободно выходить на улицу, и, скорее всего, для обеспечения питания каждого жителя дома также приходит к дверям торговец с едой, и между ними совершается торг по правилам «Наставления».

Большое внимание автор уделяет гигиенической и профилактической безопасности человека при распечатке и дезинфекции писем. В самом тексте сказано: «Во всем свете бумагу почитают за вещь самую способнейшую к принятию заразы»[72]. Однако Екатерина указывает, что для уничтожения заразы недостаточно обмакнуть внешнюю сторону конверта в «уксус» или воду, так как внутренняя часть может нести в себе следы. По этой причине она определила следующий порядок работы с письмами, присланными из зараженных мест: «Особа, определенная к распечатке, должна надеть перчатки из вощанки, и иметь двои маленькия железныя щипцы, ножницами разрезывает, и раздирает железными щипцами обвертку, которую и сожигает, развертывает письма и окуривает в густом дыму»[73]. Примечательно, что сам стол, на котором должно происходить «вскрытие» письма и его сжигание, должен быть «деревянным или мараморным». Кроме этого, «особа, определенная к распечатке», должна постоянно носить на шее мешочек с камфарой, так как «камфара весьма полезна для отвращения язвы от людей, находящихся в зараженной земле». Камфара — средство, которое повышает циркуляцию крови, используется при комплексном лечении сердечных заболеваний, инфекционных заболеваний и др., возможно, было достаточно эффективным средством для личной дезинфекции, наряду с применением «перчаток» и омовением рук уксусом и водой.

Помимо этих средств, доктора и лекари должны мерить пульс и осматривать больных, но все это должно происходить при помощи «развернутого листа табаку». После использования листа табаку, «по сем должен он бросить таковой табачный листок, и больше его не употреблять; а для каждого нового больного должен брать новый листок, как во время осмотра, так и прикосновении».

Таким образом, «Наставление...» Екатерины II вводило порядок действий властей и местных жителей в случае возникновения пандемии. «Дисциплинирование» должно было достигаться через принятие «добрыми