История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди

команда под предводительством одного из канцлеров Фердинанда составила список из 23 тысяч новообращенных – их имена были включены в регистр, посвященный Фердинанду III, «завоевателю ереси». В местах, где протестантство в Австрии сохранилось, оно ушло в подполье, иногда в буквальном смысле: службы проводились в погребах, но чаще – в лесах или на окраинах полей. Воспоминания об этих репрессиях высечены на австрийском рельефе такими топонимами, как Лесная Церковь, Храмовое Поле и Проповедный Камень (Waldkirche, Tempelwiese, Predigerstein) [19].

Силезия, часть богемских королевских земель, имела отдельный статус из-за мирных договоров, которые Фердинанд II успел заключить во время войны с курфюрстом Саксонии. Но Фердинанд III проигнорировал все это, провозглашая: «Религиозная жизнь в Силезии никоим образом не связана с соглашениями, она зависит лишь от милости императора и короля». Поскольку милость Фердинанда III не распространялась на протестантские службы, он взялся за реконверсию Силезии. Солдаты захватили более 650 протестантских церквей, реквизировали их в католические и по указанию Фердинанда изгнали 500 клириков. В Силезии установили лимит протестантских церквей – всего три штуки, и Фердинанд указал, что они должны быть деревянными и без шпиля. Поверив ему на слово, протестанты построили три крупнейшие деревянные церкви во всей Европе, две из которых сохранились до наших дней [20].

После Контрреформации в Силезии бо́льшая часть Центральной Европы стала католической. Теперь граница, разделяющая две религии, проходила по диагонали – северная и западная части придерживались протестантизма, а более крупные южная и восточная – католичества или униатства. Это была потрясающая победа для католической церкви, восстановление, основанное на военной победе, настойчивости чемпионов, их беспринципном использовании римского права и власти насаждать свою волю силой. Если в начале XVII века протестантизм, казалось, без пяти минут завоевал Центральную Европу, то 50 лет спустя он практически ушел в подполье.

Но территориальные правители Священной Римской империи также вышли победителями. В Вестфалии они вели себя – и их так и воспринимали – как независимые государи, подписывая соглашение прекратить агрессию, словно полноправные монархи. Да, Священная Римская империя продолжила свое существование, с императором и главным судом для решения споров и нарушений. Но она была тенью былой себя, совсем не той, какой была при Карле V, когда приказы императора имели силу в половине Европы. Фердинанд II хотел восстановить связь династий, католичество и империю, построить державу, которая будет править если не миром, то хотя бы Центральной Европой. Вестфальский мир ознаменовал конец амбициям, которые поддерживали Габсбургов на протяжении почти двух веков. Габсбургские правители стали уделять все больше и больше внимания своим собственным владениям, культивируя власть в Австрии, Богемии и Венгрии, оставляя Священную Римскую империю без управления.

Глава 18. Состояние провинции: крестьяне, цыгане, евреи и другие

Чем дальше на восток от Рейна, тем больше крестьян. Это, разумеется, не абсолютное утверждение, но правдивое. На западе Центральной Европы, в Рейнланд-Пфальце, Франконии, Баварии и Швабии, а также в австрийских землях обитали в основном свободные крестьяне. Некоторые были обязаны работать вместо уплаты оброка своим лордам, но это регулировалось обычаями, указанными в вайстюмере, и официально обсуждалось на ежегодных собраниях. Ближе к Рейну бо́льшая часть крестьянского населения платила деньгами отсутствующим лордам, совершенно не заинтересованным в возделывании своих земель. Хоть крестьяне и жаловались, что в дни пира должны были поставлять хозяину кур и яйца, в целом они были людьми свободными.

На востоке лорды были больше вовлечены в земледелие, сами содержали крупные фермы и продавали избытки круп на местном и международном рынке. Так было не всегда, поскольку в Средние века главными предметами экспорта Центральной Европы были скот и металлические руды. Но повышение цен на зерно во всей Европе XVI века сделало коммерческую эксплуатацию зерна Центральной Европы крайне привлекательным вариантом. Землевладельцы к востоку от Эльбы были в более выигрышном положении для продвижения на новом рынке, поскольку у местных крестьянских общин было меньше закрепленных письменно прав, чем у их коллег по другую сторону реки. И помещики, соответственно, обнаружили, что куда проще конвертировать деньги за аренду в службу и таким образом использовать крестьян для работы на собственных фермах. На открытых равнинах современных Польши и Украины было много хорошей земли для выращивания зерна.

Без вайстюмера, перечисляющего их обязанности, крестьяне, как правило, не имели никакой юридической силы, поскольку под влиянием римского права большая часть судов требовала письменного подтверждения льгот и прав. Римское право играло на руку помещикам. В суде, когда ни лорды, ни крестьяне не могли привести письменного доказательства своей правоты, судьи чаще делали выбор в пользу лорда, ссылаясь либо на его абсолютную власть (dominium – также романизм), либо вовсе на римский закон о рабстве. Так что суды и помещики объединяли силы, чтобы превратить крестьян в крепостных, привязанных к деревне, в которой родились, и обязанных выполнять все более и более изнурительные работы. Поскольку аристократы-землевладельцы, как правило, контролировали местные парламенты, обязательства крестьян письменно фиксировались в законе, в том числе запрет переезжать за пределы владений их лорда [1].

Через Центральную Европу проходила тонкая линия, разделяющая территорию по течению Эльбы на то, что немецкие историки называют «лендлордизмом» (нем. Grundherrschaft, помещичье землевладение), на западе и крепостное право (нем. Gutswirtschaft, буквально «маноральная экономика», манорализм, где крестьяне работали на полях своих лордов) на востоке. Начиная с 1500 года крестьянам в восточной половине Центральной Европы приходилось все больше работать на фермах помещика: пахать, удобрять, собирать урожай, молотить зерно, возить на рынок, нередко все семь дней в неделю. В Польше и Венгрии даже безземельные селяне были обязаны работать на лорда. Фермы лордов часто были очень большими, занимали около трети или даже половины всех пахотных земель на территориях Польши, Померании и Мекленбурга, а также герцогств Шлезвиг и Гольштейн [2].

Никакой последовательности не существовало. К востоку от Эльбы крестьяне и лорды часто меняли работы на оброк, а потом меняли обратно в зависимости от того, что было экономически выгоднее. Близость дорог и рек также имела большое значение. У лордов не было задачи заставить крестьян работать на их полях, если плоды их трудов нельзя было увезти на продажу – намного лучше было собирать оброк деньгами. Где не хватало рабочей силы, у помещиков был незавидный выбор. Они могли либо потребовать большего от своих крестьян, которые могли попросту сбежать после такого, либо попытаться привлечь новых поселенцев с помощью убеждений – предлагая сильно урезанную ренту и свободу от тяжелой службы.

Но крепостное право имело свои плюсы. Лорды, стремящиеся заработать на ведении сельского хозяйства, а не просто на сборе оброка,