Венец ведьм - Антон Чижъ

— Ты добровольно отдаёшь себя? — спросила Майя, проверив, крепко ли натянута цепь.

— Добровольно, — ответила Варвара. Каменные бугорки упирались в спину. Пустяки по сравнению с костром.

Встав у изголовья гроба, Майя протянула к зеркалу руки.

— Да начнётся Великое возвращение! — провозгласила она.

— Да начнётся, — глухо вторила толпа в капюшонах. Голос Катовой был громче всех.

— О, хозяйка! — пафосно продолжила Майя. — Ровно через сто двадцать лет в такую же Великую ночь вернись из зеркального мира, войди в тело, что станет твоим, а вместо себя прими своё отражение, что станет прахом, как ты когда-то в телесном воплощении! О, Барбара, великая ведьма! Приди к нам, верным слугам твоим, ожидающим твоего возращения!

По новому знаку участники церемонии произнесли:

— Вернись к нам…

Варвара поискала глазами Сыр и не нашла. Видимо, прячется за плащами. Варвара вдруг поняла, что не испытывает к бывшей подруге зла. Только жалость. Настя слишком завралась. Не по своей волне, конечно.

Вынув из плаща свиток, Майя развернула его и стала читать трагическим голосом. Варвара прислушалась: латинские слова. Знакомый текст.

— Товарищ Кристалл! — громко и весело крикнула она. — У меня для вас плохая новость.

Майя замолчала, обернулась:

— Вы применяете чёрную магию, призывающую царицу тёмного мира Гекату? Должна разочаровать, это чепуха. Скачано из интернета товарищем князем Оборотнем. Если он сказал, что нашёл заклинание, разбирая старые фотографии и документы, которое якобы оставила сама Барбара, — не верьте. Он его распечатал. Потом красиво переписал на старую бумагу. У него много. Сама видела распечатку. Обманул вас любовник. Нельзя верить красивым мальчикам.

Майя пребывала в замешательстве. Варвара нащупала главное оружие: язык. Опасное и острое. Поможет тянуть время.

— Товарищ Оборотень, идите-ка сюда! — весело кричала Варвара. — У меня и для вас есть кое-что интересное. Выходите, не пожалеете. У меня для вас секретик. Поверьте ведьме, которую сейчас сожгут.

Оборотень вышел из толпы, не обращая внимания на Майю, размахивающую руками. Ему было интересно.

— Вы кружили меня на Тёмном балу ради собственного удовольствия. Потом отнесли в номер. Не воспользовались моей слабостью, спасибо вам. Но вовсю развлеклись до этого и после: душили меня шоколадным обёртыванием, жгли в сауне, топили в бассейне. Не по злобе, нет. Ваша любовница Майя потребовала. Ей нужно было убедиться, что я копия ведьмы Барбары не только внешне. Она хотела убедиться, что я настоящая ведьма. Вы справились, молодец. Вы молчите, в маске не поговоришь. Почему были вы? Да потому, что вы владелец этого отеля, ну, до тех пор, пока его не купит у вас Катова. Простите, приняла вас за портье. Вы меня честно предупредили: надо бежать. Я не поверила, и за это простите. Опять вопрос: как вы узнавали, где я? Вас не было видно, прятались в башне. А очень просто: господин Филин всякий раз монитор выключал, чтобы я не увидела, сколько в отеле скрытых камер. Все на ладони, всех видно: кто куда и когда пошёл, когда ушёл, куда упал. В ваш ноутбук не заглянула, но уверена: там все записи с камер. Если не права, скажите, не бойтесь. Да снимите уже голову волка, Степан. В ней на жаре намучились.

— Стой! — закричал Родион, но Оборотень уже снял маску и тряхнул волосами.

— Зря не послушались, Варвара Георгиевна. Я вам зла не желал.

— Верю, Степан. — Варвара заметила, как Сыр протиснулась сквозь плащи, сжимая тубус, а Родион, потеряв её, отправился назад, где Сыр уже не было. — Знаю, почему не могу вас вспомнить по институту. Только не скажу при всех. Я не заваливала вас на экзамене. Когда начала принимать, вас в институте и не было. Выгнали вас намного раньше. Разве не так?

Степан усмехнулся:

— Не имеет значения.

— Зря смеётесь. Возвращаю совет: бегите…

Сыр подобралась к Степану со спины, тубус из её рук выпал, обнажив длинный и тонкий стилет, каким монахи пытали ведьм. Родион опоздал чуть-чуть. Настя замахнулась и всадила стилет Степану в область сердца. Тот охнул, когда из груди показался кончик лезвия, прошедшего насквозь. Он пошатнулся и упал как подкошенный.

— Смерть гадине! Смерть гадине! — кричала Настя.

Уронив факел, Родин подхватил Сыр, прижал к себе. Настя билась, брыкалась, брызгала слюной, но чужие руки держали накрепко. Родион унёс беснующуюся. Вопли затихли в порывах ветра.

Степан лежал ничком, не шевелясь. Удар был смертельный. Напуганные ведьмы жались кучкой. Филин замер. Майя застыла. Катова дала ей пощёчину, подойдя ближе:

— Продолжай дело!

Майя вздрогнула, будто очнулась:

— Стёпа погиб…

— Найдёшь другого. Этого не вернуть. Тебе за всё заплачено, продолжай!

— Господин Филин! — закричала Варвара, видя, что Майя подняла свиток. — Проиграли вы пари. Нашла я тело Таи. И не только его. Удобно придумали: в морозильнике мертвецов хранить. Сначала горничную, потом Илью. Всё вы видели, всё знали. А с Таей сильно испугались: не ожидали. Мирно танцевали с девушкой на Тёмном балу, любезничали, намёки делали. Ещё мне в бокал шампанского подсыпали снотворного, чтобы ублажить вашего хозяина, Степана. А утром вам сообщают, что Лия лежит мёртвая на пляже. Как так? Любой испугается. Чуть цилиндр не потеряли. Но вам повезло, тело украл Гай-Вранский, за что и поплатился… С вас ящик шампанского и ящик коньяка. Зря оделись, как барон Марингейм. Вы плохая копия. А ещё фотки старые попрятали, чтобы я себя не узнала и тайну не раскрыла раньше времени. Даже обои содрали, чтоб замести следы. Зря ремонт испортили. Нашла я фотки в башне Оборотня. Как вам легенда? Весёлая! У меня и другие легенды собраны! Хотите, расскажу?

Лицо Филин скрыл под капюшоном. Факел дрожал в его руке.

— Заткните ей рот! — закричала Катова.

Официанты двинулись было к менгиру, но Варвара свистнула.

— А ну кыш, мальчики! — В весёлом голосе прозвучали нотки истерики. — На вас и так соучастие в убийстве Ильи Муровцева, значит, срок уже имеете. Не советую мне рот кляпом затыкать. Срок себе накрутите до десятки. В тюрьме официантами не устроитесь — там это почётная должность. Кыш! Кыш!

Официанты