Фаворит. История легенды - Лаура Хилленбранд

момент”». Ридл и Говард согласились с таким доводом и ожидали, вероятно, что-то в районе семидесяти пяти тысяч. Но их ждало потрясение: Вандербильт мог обеспечить максимум пятнадцать тысяч, однако тот поспешил заметить Ридлу, что пятнадцать тысяч – это общая сумма призов двух турниров в Новой Англии, где должен был, согласно своему графику, соревноваться Боевой Адмирал и один из которых ему пришлось бы пропустить ради матча. Чтобы убедить обоих мужчин в искренности намерений оппонента, Вандербильт попросил каждого внести задаток в размере пяти тысяч долларов.

В конце концов Ридл отозвался: «Я буду участвовать, если будут приняты мои условия, в чем я сомневаюсь». «Что это за условия?» – спросил Вандербильт. Ридл был готов согласиться с суммой денежного приза, если оба коня понесут сто двадцать фунтов. Также он хотел отстранения Джима Милтона в пользу Джорджа Кэссиди, стартера на «Белмонте» – домашнем ипподроме Боевого Адмирала. И, наконец, опасаясь, как бы Адмирал не выбился из сил и не нанес себе травму в традиционном стартовом боксе, а также желая воспользоваться умением коня стартовать с места, Ридл настаивал, чтобы матч начался по старинке, без использования боксов.

Первое требование не вызывало трудностей: Говард и сам будет рад относительно низкому и равному весу. Со вторым было сложнее. Вандербильт не желал, чтобы ему выкручивали руки в отношении Мильтона. Сам он и практически все очевидцы были солидарны, что Мильтон ничего плохого не сделал, когда годом ранее пытался поместить Боевого Адмирала в бокс. Однако стартер, узнав о желании Ридла, разрешил вопрос сам: придя к Вандербильту, он отстранил себя от матча. Мильтон понимал, что, если Боевой Адмирал стартует плохо, скажут, что стартер затаил злобу на Ридла. Вандербильт с таким решением согласился, и желание Ридла было исполнено.

Но третье требование казалось невозможным. Поскольку в матчах обычно выигрывали те лошади, которые доминировали с самого начала, наблюдатели считали, что выстреливающий как пуля Боевой Адмирал, даже при старте из бокса, имел значительное преимущество перед Сухариком, который традиционно разгонялся дольше. А при старте с места у Адмирала будет еще большее превосходство, ведь он обладал в этом опытом и умением, в то время как Сухарик будет стартовать не из бокса впервые. Практически все были уверены, что, если случится старт с места, Боевой Адмирал будет лидировать от начала до конца. Однако Ридл принципиально настаивал на своем условии, и Вандербильту ничего не оставалось, как представить его Говарду и надеяться на лучшее.

В Нью-Йорке, где он лично вел переговоры с Ридлом, Вандербильт оформил предложение в формате официального контракта и направил Говарду. Тот пришел в отчаяние из-за старта с места и вызвал Смита, который тщательно все обдумал. Он сказал Говарду потребовать, чтобы старт дали звонком, а не просто обычным флажком, а также чтобы не было помогающих стартера – пусть жокеи управляют конями без посторонней помощи. Говард передал это Вандербильту, тот согласился. Контракт вернулся назад: Говард поставил подпись и приложил пять тысяч долларов задатка.

Оставалось убедить лишь одного человека, и Вандербильт отправился завершать сделку. Он заявился в отельный номер Ридла в Нью-Йорке с контрактом в руке, однако тот уже уехал на вокзал, чтобы сесть на поезд до Филадельфии. Вандербильт прыгнул в такси, поспешил на Пенсильванский вокзал, где перехватил Ридла прямо на платформе. Тот все еще колебался. Вандербильт был настойчив и не давал Ридлу сесть в вагон, пока он не подпишет бумаги. Он сдался, и Вандербильт вернулся в Мэриленд, к ликованию конного сообщества. Матч «Пимлико Спешл» 1 ноября, названный состязанием века, состоится. На этот раз ему ничто не помешает.

Когда 5 октября восторженная публика узнала о сделке, конники были поражены, что Говард согласился на старт с места. Как писал автор «Нью-йоркера» Аудакс Младший[129], один из них «интересуется, не забыл ли Ридл попросить разрешения еще и привезти собственных судей». Однако во время переговоров Вандербильт заметил нечто странное. Говард, который на публике громко жаловался на требование старта с места, в частных беседах выглядел довольным. «Говард обрадовался, – вспоминал Вандербильт, – просто обрадовался».

Причиной тому был Том Смит. В очередной раз у старого ковбоя был припрятан козырь. Все это время он втайне надеялся, чтобы Ридл потребовал старт с места. Некоторые свидетельствуют, будто он проинструктировал Говарда немного поупрямиться, прежде чем согласиться, чтобы никто не заподозрил игры. Все полагали, что в лучшем случае для Смита Сухарик сумеет несильно отстать от Боевого Адмирала в начале скачки. Но Смит был настроен гораздо более амбициозно. Во время переговоров о матче он как-то разговаривал, сидя на ящике для сбруи, со своим приятелем Биллом Баком и высказал удивительную вещь: «Я устрою этим голубчикам такой сюрприз, каких они еще не видали, – я сделаю так, что Сухарик возглавит гонку с самого начала».

Поллард болтал с Дэвидом Александером, лежа на больничной койке, когда прозвонил телефон – это был Вулф, и он желал спросить мнение Полларда о матче. Ледяной, как и почти все остальные, не был согласен со Смитом и думал, что Боевой Адмирал от природы более скоростной конь, чем Сухарик, что победитель «Тройной короны» непременно обгонит его на старте. Как ему скакать в этом матче?

Поллард удивил его. Если Вулф сразу со стартовым звонком «даст по газам», Сухарик, обещал он, обойдет Боевого Адмирала еще на первом повороте. Он посоветовал выйти вперед, но попридержать коня на бэкстретче. А когда жокей Кертсингер пустит Боевого Адмирала во весь опор к финишу, Поллард сказал Вулфу сделать нечто совершенно неожиданное и, вероятно, небывалое: «Дай ему тебя догнать».

План был дерзкий. «Наверное, это своего рода лошадиная психология, – объяснял Поллард Александеру. – Стоит только коню поймать взгляд Сухарика, как тот готов ускакать на край света. Иногда он ленится, когда лидирует, думает, что победа у него в кармане. Но чем ему труднее, тем азартнее он становится». Поллард был уверен: если Вулф позволит Боевому Адмиралу бросить Сухарику вызов, тот будет скакать быстрее и прилагать больше усилий, чем если бы жокей просто пытался удержать его впереди. «Сухарик азартный конь, я это знаю». Последующие рекомендации были простыми: как только Боевой Адмирал поймает Сухарика, «скачи что есть мочи».

Все строилось на двух предположениях, с которыми почти никто вне команды Сухарика ни за что не согласился бы: что Сухарик был способен обогнать Боевого Адмирала на старте и что у него хватит пыла дать отпор и победить, когда жокей отдаст лидерство. С первым Вулф быстро согласился. Со вторым все было сложнее. Поллард сознавал, что просит друга пойти против всех принципов верховой езды.

«Большинство жокеев решили бы, что я