Развод с тираном - Александра Салиева

не сдастся и вернёт меня, я не думала, что это будет носить настолько масштабный характер. Я уже даже подумываю, а не попросить ли мне родителей пожить у них пару дней вместе с малышкой. А что? Мы давно не виделись. И им тоже не терпится выпытать у меня подробности случившегося между мной и Олегом. Тут я врать не стала, сказав, как есть. Я обиделась на него и сбежала. Единственное, не стала вдаваться в подробности, на что именно я обиделась. Родители, конечно, поняли, что это не просто моя блажь, но расспрашивать дальше не стали, благоразумно оставив это на более приватную встречу, без Олега. Или же решили попросту не вдаваться в подробности, предоставив нам с ним самим решить свои проблемы.

Мама с папой в принципе не из тех, кто лезут в чужую душу. Даже если это душа их ребёнка. В конце концов, это моя жизнь, моё право, и, если захочу, я сама приду и расскажу им обо всём. До тех пор они будут делать вид, что всё хорошо, и подпитывать этой верой и меня. И за это я их люблю по-особенному сильно. Да и зачем им в это вникать? Раньше не сказала и теперь не собираюсь. Меньше знают, крепче спят. Тем более, вот она я — живая и здоровая. Остальное не важно.

К тому же уже вскоре нам приходится срочно уйти. У Олега что-то стряслось на работе.

Обидно, но ладно. Теперь я в городе и смогу видеться с родителями в любое время дня и ночи, так что не спорю.

А уже вскоре мы несёмся в сторону пригорода.

Даже интересно, что за дело такое у моего мужа в том месте…

18.1

Городской пейзаж сменяет сельский. Мы сворачиваем на знакомую дорогу. Внутри все скручивает. Не от страха. От бессилия. Ещё не доехав до места, я знаю, что увижу.

Дом. Красивый. Похожий на мини-замок. С башенками и стрельчатыми окнами. Белый фасад разбавляет зелень пушистых елей, покрытых снегом. Он же укрывает тёмную землю, хотя дорожки расчищены. Но я не иду по ним. Застыв в самом начале у ворот в ступоре смотрю на то, что являлось моим убежищем несколько месяцев назад.

Дом. Но не просто дом. А наш дом. Тот самый, в котором я провела три месяца счастливой жизни. И из которого после мечтала вырваться.

Олег восстановил его. От пожара и следа не осталось. Всё, как прежде.

И это хуже самой тупой стрелы в сердце.

— Зачем мы здесь? — спрашиваю у Олега глухо.

— А что, ты предпочитаешь и дальше жить с моим дедом? — уточняет он, проведя правым плечом.

Ему не нравится, что я не спешу входить в дом. Да что уж там! Я вообще к нему подходить не желаю. Прижимаю Золотинку ближе к груди, чувствуя, как теряю опору под ногами.

Зачем он так со мной?!

Я не понимаю…

— Подумал, тебе будет приятно вернуть свой старый дом, ты же сама каждую мелочь в нём подбирала, когда обустраивала его, — добавляет Олег уже не так уверенно, заметив мою реакцию. — Что опять не так? — хмурится.

А мне уже даже не смешно.

Каждый раз, когда Олег что-то делает, внутри пропасть увеличивается.

А этот дом… совсем как плевок. Мол, на, Региночка, кушай на здоровье, но не забывай, кто тебя кормит.

Прикрыв глаза, я усилием воли отгоняю от себя ненужные никому эмоции.

Как можно быть таким твердолобым, не понимаю?

И я уже попросту не знаю, как донести до него свою точку зрения. Что это не работает так. Нельзя сперва уничтожить человека до основания, а затем принудить быть с тобой и при этом ждать, что он с радостью всё это схавает и попросит добавки.

— Так нельзя, — сообщаю и вслух.

И конечно же, Олег опять не понимает сути моего отказа.

— Что именно? Тебе же он очень нравился.

Нравился. Когда он ощущался домом. А теперь это просто строение, пропитанное ложью и предательством.

— Ты правда не понимаешь? — смотрю на Олега разочарованно. — Или в самом деле веришь, что если окружишь меня жизнью из прошлого, я всё забуду?

— Я всего лишь хочу, чтобы тебе было хорошо. Чтобы у нас всё было как прежде, — хмуро отвечает Олег.

С моих губ срывается смешок.

— Но как прежде уже никогда не будет, Олег! Как ты не понимаешь?

В моем голосе уже даже злость — отчаяние.

— Ну хорошо! — сдаюсь. — Представим ситуацию наоборот, — предлагаю. — Я на твоём месте. Ты на моём. И это ты приходишь ко мне и слышишь, как я успокаиваю какого-то левого мужика словами о том, что я с тобой всего лишь из-за ребёнка, и когда беременность случится, ты мне станешь больше не нужен, и всё у меня с тем другим будет, как прежде. Что бы ты сделал на моём месте? Почти уверена, что тут же бы набил мужику рожу. А дальше больше. Ты бы дождался родов, забрал ребёнка и вышвырнул меня на улицу, не позволяя видеться с ним. И тебе было бы глубоко плевать, что я с тем парнем не спала. Да ты бы даже слушать не стал эти мои жалкие оправдания. Так почему я должна, Олег? Потому что я женщина, а ты богаче и сильнее? Так это лишнее подтверждение того, что тебе всё равно на меня. Ты удовлетворяешь собственное эго. А на мои чувства тебе плевать с высокой колокольни.

— Это не правда, — глухо перебивает меня Олег.

Он злится. С силой сжимает кулаки, а взгляд смотрит мимо меня.

— Правда. Только это и правда, Олег. Всё изначально происходит только для тебя. Наша любовь — это всего лишь твоя извращённая игра. И в ней нет ничего настоящего. Даже Золотинка. Она появилась не для нас. А для твоего деда. Если бы не он, ты бы вообще не спешил ещё долгое время становиться отцом. И меня бы тоже не было в твоей жизни, если бы не он. Ничего бы не было. Зато была бы Ирочка. Так что прекрати строить из себя любящего мужа, который нуждается в семье. Ведь это не так! Мы не нужны тебе. Тебе нужно просто вернуть контроль над утраченным. Так успокойся уже. Официально заявляю, что ты вернул его. Я здесь, с тобой, вместе с твоей дочерью, и не собираюсь никуда больше сбегать. Расслабься наконец и переставай делать вид, что я тебе важна. Потому что будь это так, мы бы не