Измена на Первом Курсе - Мира Лаверн

диск?

— В конце дня.

— Почему не автоматически?

— Слишком медленно.

— Можно настроить ночью.

— Можно.

— Тогда сделаем.

Он посмотрел.

— Ты теперь отвечаешь за архив?

— После прошлого проекта я отвечаю за всё.

— Плохая привычка.

— Полезная.

— Иногда.

Мы спорили.

Как раньше.

Но мягче.

Не потому, что напряжение исчезло.

Потому что больше не требовалось доказывать, кто прав в каждом слове.

Вечером Арсений ушёл за едой.

Мы остались вдвоём.

Я ждала.

Марк проверял кабели.

Не начинал.

Не спрашивал, передумала ли.

Не напоминал про свидание.

— Ты редко бываешь, — сказала я.

— Стажировка.

— Я знаю.

— Четыре дня в неделю. Иногда пять.

— Нравится?

— Да.

— Что снимаете?

— Рекламу. Интервью. Один документальный проект.

— О чём?

Он рассказал.

Десять минут.

Без пауз.

Говорил живее, чем обычно.

Я слушала и понимала: за эти месяцы у него появилась жизнь, частью которой я не была.

Это не обидело.

Только сделало его отдельным.

Не человеком, который ждал меня в медиаклубе.

— А ты? — спросил Марк.

— Что?

— Новый сценарий.

— «Последний автобус»?

— Арсений сказал, дорогой.

— Предатель.

— Я согласен.

— Ты не читал.

— Он пересказал.

— Плохо пересказал.

— Тогда пришли.

Я посмотрела.

— Зачем?

— Прочитаю.

— Как режиссёр?

Пауза.

— Как человек, которому интересны твои тексты.

Личное.

Но безопасное.

— Хорошо, — сказала я.

Отправила.

Марк не предложил кофе.

Не пригласил пройтись.

Не коснулся старого вопроса.

Когда компьютер настроили, он собрал сумку.

— Я пойду.

— Уже?

— Завтра ранняя смена.

— Хорошо.

— Пока.

— Пока.

Он ушёл.

Я осталась.

Сначала почувствовала облегчение.

Потом разочарование.

Сама на себя разозлилась.

Что я ожидала?

Он сказал: спрашивать снова не будет.

И выполнял.

Если что-то изменится, выбор мой.

Я знала.

Но знать и сделать — разные вещи.

Последний экзамен был двадцать шестого июня.

Мы с Яной пришли за час.

Она повторяла формулы.

Я — теорию сценарных жанров.

— Почему у тебя в вопросах жанры? — спросила Яна.

— Потому что программа.

— Вы четыре месяца снимали фильм и теперь должны доказать, что знаете определение мелодрамы?

— Преподаватели любят теорию.

— Аналитики тоже.

Она закрыла конспект.

— Я ничего не помню.

— Ты сдала математические методы.

— Случайность.

— Ты готовилась два месяца.

— Организованная случайность.

— Всё будет нормально.

— Не говори.

— Почему?

— Сглазишь.

— Ты не суеверная.

— Перед экзаменом все суеверные.

Мы сдали.

Я получила пять.

Яна — четыре.

Она вышла недовольная.

— Опять четыре.

— Тебя переводят.

— Всё равно.

— Пойдём есть.

— Сначала результаты.

— Уже.

— Общий рейтинг.

— Яна.

— Хорошо.

На улице было тепло.

Настоящее петербургское лето — прохладное, светлое, с ветром.

Возле входа студенты фотографировались.

Кто-то обнимался.

Кто-то уже тащил чемодан.

Яна сказала:

— Увидимся в августе.

— Мы ещё не уехали.

— Я завтра.

— Что?

— Билет.

— Ты не говорила!

— Ты знала дату примерно.

— Примерно не значит завтра.

— Хотела избежать прощальной драмы.

— Получишь сейчас.

Я обняла её.

Сильно.

— Ты меня задушишь.

— Заслужила.

— Я вернусь.

— Знаю.

— Ты тоже уедешь через три дня.

— Знаю.

Мы стояли у входа.

Первый курс закончился.

Не официально.

Но для нас — да.

Я вспомнила сентябрь.

Чемоданы.

Никиту.

Слова:

«Первый год будет тяжёлым. Главное, что мы здесь вместе».

Он оказался прав только наполовину.

Год был тяжёлым.

Но главное было не в том, что мы приехали вместе.

А в том, что я осталась без него.

И не исчезла.

Я училась.

Писала.

Снимала.

Получила награду.

Нашла друзей.

Помогла Яне.

Купила билет.

Знала город лучше.

Сама.

Мы с Яной пошли по ступеням.

Тогда я увидела Марка.

Он стоял у выхода сбоку.

Разговаривал по телефону.

На плече сумка студии.

В руке пропуск.

Наверное, приехал за оборудованием.

Или на встречу с Арсением.

Марк закончил звонок.

Увидел меня.

Кивнул.

— Поздравляю с экзаменом.

— Спасибо.

— Как?

— Пять.

— Не удивлён.

— Не хвали.

Он улыбнулся.

— Хорошо.

— Ты в клуб?

— На десять минут. Потом на съёмку.

— Понятно.

Пауза.

Вот момент.

Марк посмотрел на Яну.

— Привет.

— Привет, — ответила она. — Я пойду куплю воду.

— У тебя есть, — сказала я.

— Хочу другую.

Она ушла.

Слишком очевидно.

Мы остались.

— Ты уезжаешь? — спросил Марк.

— Через три дня.

— Домой?

— Да.

— На всё лето?

— Пока не знаю. Возможно, вернусь на практику в августе.

— Хорошо.

— А ты?

— Работаю.

— Здесь?

— В основном.

— Понятно.

Снова.

У него была съёмка.

У меня — вещи, билет, первый курс за спиной.

Можно было попрощаться.

— Тогда хорошего лета, — сказала я.

— И тебе.

Марк пошёл к двери.

Я сделала шаг в другую сторону.

Ждала.

Что он остановится.

Обернётся.

Спросит.

Он не должен был.

Сам сказал.

Спрашивать снова не будет.

Я почти прошла мимо.

Один шаг.

Второй.

Потом вспомнила.

Теперь выбор принадлежал мне.

Не Марку.

Не Никите.

Не времени.

Не случайной встрече у выхода.

Если я хочу, должна сказать.

Без намёков.

Без ожидания, что он нарушит собственное обещание ради доказательства.

Я обернулась.

Марк уже входил в здание.

— Марк!

Он остановился.

Повернулся.

Я догнала.

Сердце билось сильнее, чем перед экзаменом.

Сильнее, чем на премьере.

Но это был мой страх.

Моё решение.

— Ты сегодня свободен? — спросила я. — Не для монтажа. И не как мой режиссёр.

Глава 15 Город, который я выбрала

— Ты сегодня свободен? — спросила я. — Не для монтажа. И не как мой режиссёр.

Марк стоял на верхней ступеньке у входа в университет.

Я — на две ниже.

Между нами проходили студенты. Кто-то выносил коробки из аудитории. Кто-то обнимался перед летними каникулами. Из открытой двери тянуло прохладой и запахом старого линолеума.

Марк смотрел на меня так долго, что я успела пожалеть.

Не о вопросе.

О формулировке.

Можно было спросить проще.

«Выпьем кофе?»

«Проводишь меня?»

«Увидимся до моего отъезда?»

Вместо этого я сразу убрала все безопасные варианты.

Не для монтажа.

Не как режиссёр.

Оставила только то, что действительно имела в виду.

— Свободен, — ответил он.

— У тебя съёмка.

— Через три часа.

— Тогда не совсем.

— Достаточно.

Яна стояла возле автомата с водой. Притворялась, что изучает состав на бутылке.

Автомат был закрыт прозрачным стеклом.

Состав она могла прочитать и с расстояния.

— Ты куда-то спешишь? — спросил Марк.

— Нет.

Через три дня у меня поезд.

В общежитии открытый чемодан.

Мама прислала список того, что нужно привезти домой, будто в Петербурге не существовало магазинов.

Но сейчас я не спешила.

— Тогда пойдём, — сказал Марк.

— Куда?

Он чуть приподнял бровь.

— Ты меня пригласила.

— Значит, маршрут мой?

— Логично.

— Очень удобно.

— Мы запрещали слово.

— Уже давно нет.

Марк улыбнулся.

Я повернулась к Яне.

Она наконец купила воду.

— Я пойду, — сказала я.

— Вижу.

— Одна.

— Уже не вижу.

— Ты поняла.

— Да.

Она протянула мне бутылку.

— Возьми.

— Ты только что купила себе.

— Я хотела другую.

— Не начинай.

Яна