Измена на Первом Курсе - Мира Лаверн

class="p1">— Да.

Честно.

Неприятно.

Но он заслуживал.

— Ты был человеком, который видел меня в худшем состоянии и всё равно хотел пригласить на свидание.

— Я видел тебя не только в худшем.

— Знаю. Но тогда думала именно так.

— Поэтому отказала.

— Поэтому.

— А сейчас?

Я посмотрела на него.

— Сейчас мне больше не нужно доказывать, что я могу быть одна.

— Ты можешь.

— Знаю.

— И не нужно доказывать, что можешь найти кого-то нового.

— Знаю.

— Тогда почему я?

Я улыбнулась.

— Очень самоуверенный вопрос.

— Ты пригласила.

— Потому что скучала.

— По чему?

— По спорам.

— Плохая причина.

— По тому, как ты говоришь «не работает» и не объясняешь первые пять секунд.

— Это профессиональное.

— По твоему спокойствию.

— Оно однажды оказалось трусостью.

— И по тому, что ты это признал.

Марк молчал.

— По ночному монтажу, — продолжила я. — По тому, как ты смотришь на кадр. По тому, что стал сообщать неприятное вовремя, даже когда это вредило тебе. По твоим плохим шуткам, которых мало, но они всё равно плохие.

— Арсений влияет.

— По тому, что ты живёшь отдельной жизнью и не пытался заставить меня ревновать к ней.

— Я не думал, что это достоинство.

— После Никиты стандарты местами действительно низкие.

— Вот.

— Но я скучала не по тому, что ты не Никита.

Он ждал.

— По тебе.

Марк отвёл взгляд.

Не потому, что не верил.

Возможно, потому что впервые не знал, что ответить.

— Я не боюсь одиночества, — сказала я. — По крайней мере, уже не так. И не считаю, что ты обязан остаться только потому, что я наконец решилась.

— Не обязан.

— Тогда сегодня — свидание.

— Да.

— Без гарантий.

— Да.

— И без плана на четыре года.

— Особенно без него.

— Хорошо.

Марк взял сэндвич.

— Сырники остынут.

— Ты испортил момент.

— Я практичный.

Я начала есть.

Они уже остыли.

Но были вкусными.

После кафе мы пошли к книжному магазину.

Тому самому.

Возле которого я закончила отношения с Никитой.

Я не планировала.

Маршрут получился сам.

Марк увидел вывеску.

— Здесь?

— Что?

— Ты с ним разговаривала после комиссии.

Я удивилась.

— Откуда знаешь место?

— Ты сказала «у старого книжного на канале», когда писала Яне. Она упомянула потом.

— Яна обсуждала?

— Только спросила, не знаю ли я, вернулась ли ты.

— И ты?

— Не знал.

Я посмотрела на ступени к воде.

Летом они не были мокрыми от снега.

У киоска продавали кофе со льдом.

На скамейке сидела молодая пара. Девушка положила голову парню на плечо.

Никакой коробки.

Браслетов.

Фотографий.

— Хочешь уйти? — спросил Марк.

— Нет.

Мы зашли в магазин.

В прошлый раз он был закрыт.

Сейчас внутри пахло бумагой и старым деревом. Полки стояли так близко, что люди расходились боком.

Я провела пальцами по корешкам.

— Выбирай, — сказал Марк.

— Что?

— Книгу.

— Зачем?

— На память о первом свидании.

— Слишком символично.

— Можно купить руководство по ремонту сантехники.

— У тебя странное представление о романтике.

— Я предупреждал.

Я остановилась у полки со сценарным мастерством.

— Только не это.

— Почему?

— Ты будешь делать пометки.

— Конечно.

— Потом спорить с автором.

— Если он неправ.

Марк взял книгу.

Толстую.

С серьёзным названием.

— «Драматургия визуального пространства».

— Ужас.

— Тебе нравится.

— Возможно.

— Я куплю.

— Нет.

— Почему?

— Это свидание, а не награждение.

— Можно дарить книги на свиданиях.

— Я сама.

— Соня.

— Не торгуйся.

Он отпустил.

Я купила книгу.

Марк — маленький блокнот без линий.

— Зачем? — спросила я.

— Для кадров.

— Не для текста?

— Иногда я тоже создаю.

— Докажи.

Он открыл первую страницу.

Нарисовал прямоугольник.

Внутри две фигурки стоят среди полок.

Одна держит книгу.

Вторая — блокнот.

Подписал:

«Сцена 1. Автор впервые сама платит за слишком дорогую профессиональную литературу».

— Очень смешно.

— Это документальное кино.

— Здесь нет согласия участника.

— Персонаж художественно переработан.

Я засмеялась.

Продавщица посмотрела поверх очков.

Не осуждающе.

Просто попросила вести себя тише.

Мы вышли.

Теперь книжный был местом, где я не возвращала браслет.

А купила книгу сама.

Новое не стирало старое.

Просто переставало оставлять его единственным смыслом.

Мы пошли по улицам, где снимали фильм.

Возле канала туристы фотографировали мост.

На месте, где Арсений когда-то поскользнулся, стоял уличный музыкант.

— Здесь ты сказала, что ненавидишь меня, — напомнил Марк.

— Потому что ты показал, как нужно улыбаться.

— Профессиональная зависть.

— Потому что оказался прав.

— Ещё хуже.

— Ты часто был прав.

— Опасное признание.

— Не привыкай.

Мы остановились у стены, возле которой смотрели дубль на маленьком экране.

Тогда я решила изменить ответ героя.

«Если уйду — ищи».

Или:

«Тогда не ищи».

В финальную версию не вошло ни то, ни другое.

Мы переписали сцену полностью.

— Жалеешь о старых вариантах? — спросила я.

— Нет.

— Ни об одном?

— Некоторые сцены были хорошие.

— Но?

— Принадлежали другому фильму.

— И другой мне.

— Да.

— Ты видел, как менялось?

— Каждый день.

— Тяжело было работать?

Марк подумал.

— Да.

— Из-за скандала?

— Из-за того, что я постоянно боялся сделать ещё одно решение за тебя.

— Иногда делал.

— Да.

— Сейчас боишься?

— Да.

— Например?

— Не знаю, нужно ли взять тебя за руку.

Я посмотрела на его ладонь.

Марк держал блокнот.

Вторая рука была свободна.

— Можно спросить.

— Можно?

— Да.

— Можно взять тебя за руку?

Я почувствовала лёгкое смущение.

Как будто мы не стояли почти вплотную в кадре.

Как будто он не держал меня на лестнице.

Но тогда это была сцена.

Сейчас — нет.

— Можно.

Марк протянул руку.

Я вложила свою.

Без камеры.

Без команды.

Без заранее согласованной мизансцены.

Он не сжал сильно.

Просто держал.

Мы пошли дальше.

На перекрёстке наши руки разошлись, чтобы пропустить людей.

Потом я сама взяла его снова.

Это было маленькое решение.

Но полностью моё.

До набережной добрались ближе к вечеру.

Солнце всё ещё стояло высоко.

Белые ночи.

Город не собирался темнеть.

На парапете сидели люди. Кто-то пил кофе. Кто-то снимал короткие видео. Катер прошёл по воде, оставляя длинный след.

Это была набережная из финала.

Здесь герой уходил.

Героиня оставалась.

Здесь я улыбнулась случайно и впервые увидела в кадре человека, который знает, что переживёт.

Мы встали у того же места.

— Устал? — спросила я.

— Нет.

— У тебя через час съёмка.

— Уже перенёс.

Я повернулась.

— Когда?

— После кафе.

— Без спроса?

— Это моя съёмка.

— Точно.

— Я решил, что три часа недостаточно.

— Самоуверенно.

— Ты пригласила на свидание.

— Один вопрос изменил график?

— Да.

— Не слишком?

— Нет.

Я смотрела на воду.

Теперь разговор должен был стать серьёзнее.

Я знала.

Не хотела строить отношения только на красивой прогулке и правильных словах.

Марк тоже, кажется, понимал.

— Мы должны обсудить твоё молчание, — сказала я.

— Да.

Он не спросил, зачем портить вечер.

— Я не хочу возвращаться к нему