Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

— Правда, что ли? — Мирослава приподнялась на локте и в упор поглядела на меня. В сгущающихся сумерках её глаза опасно заблестели. — Почему ты со мной не поговорил? Ну да, я первое время больше внимания уделяла сыну, согласна. Но ты, Яр, сам хорош. Надо было встряхнуть меня.

— Всё-таки ты авантюристка, — рассмеялся я, прижимая к себе супругу. — Хорошо, скажу Нилу, чтобы устроил тебе и девчонкам стрельбы хотя бы два раза в неделю. Поди уже забыла, с какой стороны за пистолет браться?

— Не преувеличивай, — фыркнула Мира, соскальзывая с кровати. Я не торопился вставать и с удовольствием смотрел, как она одевается. — Может, первые десять выстрелов смажу, но потом войду в норму. Да я и сама хотела тебя попросить насчёт тренировок.

Одёрнув платье, она провела ладонями по бёдрам, словно разглаживала ткань. Включив настенное бра, внимательно посмотрелась в зеркало гардеробного шкафа, желая убедиться, что выглядит прилично.

— Яр, я действительно очень сожалею, что подвела тебя, — сказала она, закусив губу. — Больше этого не повторится. Но хочется, чтобы ты не отмахивался от нашей помощи.

— Да, в отличие от Насти и Алики ты действительно бездельничаешь, — пошутил я и прикрылся руками от подушки, которую на меня обрушила Мира. — Ладно-ладно, я тебя услышал и найду чем занять.

— Кстати, ночуешь сегодня у Насти, — неожиданно проговорила старшая жена, остановившись у дверей. — А то давно к ней не заглядывал. Много интересного пропустил. Давай, одевайся, и шагай в столовую. Буду тебя там ждать. Наверное, все уже поужинали. Как чувствовала, сказала начинать без нас.

Она вышла, оставив меня в слегка озадаченном виде. Если бы Настя захотела со мной поговорить, могла бы выбрать любое время. Разве не нашёл бы для любимой жены часок-другой для беседы.

На ужин мы действительно опоздали. Все уже разошлись, но горничные, скрывая улыбки, быстро накрыли для нас обоих стол, пожелали приятного аппетита. Мира рассказала мне, как именно хочет развлекать гостей, когда мы устроим приём по случаю новоселья. Я внимательно слушал и изредка подкидывал свои предложения. Умиротворённая супруга с благосклонностью принимала идеи, но некоторые из них категорически отрицала. В таких случаях лучше не спорить.

После чая с десертом мы поблагодарили кухарок и направились в семейную гостиную, где присоединились к Насте, Алике и Ирине. Данька увлечённо копался в детском конструкторе, сооружая высокую башню. Некоторые детали падали или не хотели вставать в нужную позицию, отчего пацан начинал сердито сопеть, но хотя бы не нюнил, что не получается. Я давно заметил, что Данислав вообще мало плачет. Даже когда зубы резались. Но в тот период Целитель очень хорошо помогал снизить болевые ощущения у ребёнка.

— Колояр, никто насчёт Савина не звонил? — поинтересовалась Ирина, когда я пристроился в кресле с газетой в руках.

— Тишина, — я покачал головой. — Это же не банальное похищение, а сознательный вызов мне. Возможно, от меня ждут каких-то шагов, а я вообще ничего не предпринимаю. Пусть похитители понервничают.

— Яр, а ты можешь с помощью своего «Доспеха» найти Савина? — Настя с поджатыми ногами сидела на диване и разглядывала какой-то глянцевый журнал.

— Нет, — прислушавшись к шёпоту Ясни, ответил я, покачивая головой. — Это невозможно без привязки крови. Сама понимаешь, такой ритуал я могу провести только с вами и Данькой. Вы — моя семья.

— А вот интересно стало, как можно «привязать» нас к твоим перстням, — задумчиво проговорила Алика. — Ты же не отдашь некоторые перстни своим жёнам.

— Можно сделать реплики, и через кровь соединить их в единую магическую систему, что-то наподобие «родовой сети», — я пожал плечами. — Но это лишь моё предположение, не более. Буду пробовать. Теперь, когда стало ясно, что Долгорукий от нас не отстанет, ваша защита становится для меня приоритетом.

Данька в этот момент что-то недовольно пробурчал и развалил башню. Встал на ноги и потопал ко мне. Я с улыбкой подхватил его и посадил на колени. Мальчишка сразу же заинтересовался моими перстнями.

— Ирина, найди кого-нибудь смышлёного, пусть обзвонит больницы и морги, — я всё же не собирался пускать на самотёк ситуацию с управляющим.

— Сделаю, — судя по решимости, Лапочкина сама готова была сесть за телефон. Всё-таки не игрушка пропала, а человек. — А давайте Лору привлечём!

— И как она найдёт Илью? — я покачал головой. — Его взяли прямо на трассе, следы обрываются. Её обоняние не поможет. Там воняет бензином, мазутом, не говоря уже о тысячах других запахов.

— Но мы хотя бы попытаемся.

— Хорошо, распорядись насчёт обзвона, а я дам распоряжение Нилу съездить с ребятами к пирожковой. Пусть и Лору захватят.

Ирина ушла, я сразу позвонил заместителю, поставил задачу и напомнил, чтобы, он не забыл взять с собой водителя фургона. Пока разговаривал, сын с упрямой настойчивостью тянул руку к телефону.

— Дай! — требовал он и смеялся, когда я делал страшное лицо. — Моя иглуска!

Погрозив ему пальцем, я спрятал аппарат в карман, на что Данька сморщил нос и собрался воплем известить всех, что его лишили законной добычи. Мирослава вовремя заметила его потуги и тут же позвала няньку, чтобы та помогла ей уложить сына. Когда они ушли, тут же зазвонил телефон.

Номер был незнакомый, и судя по префиксу — городской, да к тому стационарный. Обычно такие присваивают уличным телефонам, ну тем, которые в будках.

— Волоцкий. Слушаю, — бросил я в трубку.

— Господин Колояр, это я, Савин, — голос был тихий, но узнаваемый, пусть и какой-то странный, с нотками страха, ожидания неприятностей. — Вы не могли бы прислать бойцов, чтобы меня забрать отсюда?

— Ты где сейчас? — я вскочил на ноги и отошёл в дальний угол гостиной. Девушки с тревогой проследили за мной взглядами. — Можешь назвать место?

— Точно не скажу, но неподалёку от улицы, где я нахожусь, есть кладбище. Введенское.

— Сейчас, подожди секунду, — я вернулся к дивану, сел между девушками. — Настя, ты знаешь, как называется улица, проходящая рядом с Введенским кладбищем?

— Госпитальный вал, — тут же ответила жена. — Это в районе Немецкой слободы.

— Илья, тебя преследуют?

— Нет, — голос Савина задрожал. — Точно говорю.

— Тогда жди нас где-нибудь возле приметного места, только постарайся не привлекать