Ведьмак. Последний грифон - Sila Voli

class="p1">В ту же секунду Южные ворота и прилегающие к ним портовые улицы Новиграда взорвались неистовым, звенящим восторгом. Обычные горожане, матросы, которые пораньше вышли в доки разгружать ковирские суда, и десятки реданских солдат из патрулей, высыпав на площади, принялись орать от радости, оглушительно свистеть и победно греметь стальными мечами о щиты. Люди обнимали друг друга, во весь голос хохоча от счастья. Им было плевать, кто именно нажал на детонатор в нескольких милях к югу. Главное было ясно без слов: наглая имперская застава в Залипье, собиравшаяся караулить дороги у самых ворот Новиграда, перестала существовать.

— Ну надо же… — старший десятник хищно, счастливо оскалился, утирая заиндевевшие усы и во все глаза глядя на далекое веленское зарево, отражавшееся в темных водах новиградской гавани. — Устроили имперским инженерам баню прямо под нашим носом. До самого порта земля задрожала. Молодцы ребята, знатно прикурить дали Черному солнцу.

Весь портовый Новиград в эту минуту ликовал под багровыми отсветами неба. Простые люди и солдаты праздновали крах нильфгаардского заслона в Залипье, понимая: пока так близко к городу гремят такие взрывы, легионам Эмгыра не будет покоя на этой земле, и победа Севера близка как никогда.

Пока на Западе, под стенами портового Новиграда, реданские солдаты Радовида радовались далекому темерскому салюту, на Восточном фронте, у заснеженных каэдвенских рубежей, разворачивался настоящий филиал ада. Здесь Империя Нильфгаард наглядно доказывала, почему её черные знамена наводят первобытный ужас на королей Севера.

Поле под сенью Синих гор было насквозь пропитано запахом горелого мяса, озона и пороховой гари. Прославленная тяжелая конница Каэдвена — бронированные рыцари Радовида на исполинских дестриэ, выставив вперед длинные кавалерийские пики — лавиной неслась сквозь заснеженные холмы, намереваясь одним сокрушительным ударом смять оборонительные порядки имперцев. За ними плотным строем шло каэдвенское пехотное ополчение. Редания, аннексировавшая эти земли, полагалась исключительно на сталь, порох и свирепость своих драгун — безумный король Радовид давно истребил всех чародеек в своих тылах, лишив армию малейшей магической поддержки.

Навстречу каэдвенскому тарану, выстроившись в безупречные штурмовые каре, безмолвно наступали закованные в вороненую лату полки Третьей имперской армии Нильфгаарда. Дисциплина Черного солнца была абсолютной.

Из глубины имперских тылов, под прикрытием тяжелых ростовых щитов, на передовую текучим, слаженным шагом выдвинулись они — боевые маги Империи, затянутые в глухие черные одежды с капюшонами. В отличие от вольных, уничтоженных на Севере чародеек, эти маги были безжалостными и дисциплинированными государственными служащими Эмгыра. Они действовали не ради личной гордости, а как единая, страшная артиллерийская батарея боевого Истока.

Повинуясь резкому, рубящему взмаху руки имперского генерала, одиннадцать черных магов Нильфгаарда синхронно вскинули руки вперед, направляя ладони точно навстречу летящей коннице Радовида.

Воздух над заснеженным полем с сухим, яростным треском раскололся. Объединенное штурмовое заклинание имперских чародеев сработало как колоссальный таран. С неба на каэдвенские ряды с оглушительным ревом обрушился сплошной, ревущий шквал фиолетовых молний и бьющего из земли огня. Энергия Истока мгновенно превратила заснеженные холмы в полыхающее болото, плавя стальные рыцарские доспехи и заживо выжигая целые клинья конницы. Обезумевшие от боли кони валились в сугробы, с треском ломая кавалерийские пики и увлечая за собой всадников.

Каэдвенский авангард, оставшийся без единого шанса на магическую защиту из-за зачисток Радовида, был рассеян и смят за несколько покадровых секунд. Прежде чем северяне успели перегруппироваться, имперская пехота сделала три синхронных шага вперед. Тяжелые арбалетчики «Альбы» разом вскинули оружие, и туча тяжелых стальных болтов наглухо добила выживших всадников. Черные пикинеры, координируемые приказами офицеров, наглухо зажали остатки каэдвенских полков в узком ущелье холмов и принялись методично, хладнокровно вырезать пехоту Севера.

На восточных рубежах Нильфгаард забирал свою триумфальную, кровавую победу. Подчиненная воле Эмгыра боевая магия Империи наглядно доказала, что большая война только вступает в свою самую яростную, беспощадную фазу, и Синие горы весной умоются реданской кровью.

Магический шквал нильфгаардцев выжег каэдвенский авангард, но сломить хребет реданской военной машине Радовида одним ударом было невозможно. Когда пылающие остовы дестриэ и обломки пик рухнули в растопленный сугроб, из густого порохового дыма, чеканя шаг под сухой треск барабанов, выдвинулась вторая линия Севера.

Это была регулярная пехота Каэдвена — суровые, бородатые наемники и ветераны в тяжелых стеганых куртках-бригандинах, вооруженные массивными двуручными секирами и пехотными тесаками. Они не умели плести руны и были обделены секретами чародеек, но эти люди привыкли выживать в ледниках и знали, как пахнет близкая смерть.

— Закрыть брешь! Выставить павезы! Натянуть тетиву! — громовой голос реданского полковника разорвал гул канонады.

На заснеженные холмы стремительно выкатились тяжелые реданские арбалетчики. Действуя с ювелирной точностью, они вогнали в мерзлую землю массивные дубовые щиты-павезы, создавая несокрушимый стрелковый бруствер прямо на пути наступающих имперских каре. Мгновенно защелкали десятки тяжелых стальных воротов. Реданцы Радовида ударили залпом — граненые пехотные болты с пронзительным свистом прошили воздух, насквозь пробивая легкие халаты нильфгаардских боевых магов и заставляя Черную пехоту замертво валиться на обледенелые плиты тракта. Магическая батарея Эмгыра была вынуждена поспешно отступить под защиту ростовых щитов, на ходу прерывая плетение новых разрушительных заклинаний Истока.

В ту же секунду каэдвенские ветераны с диким, звериным ревом ринулись во встречный ближний бой. На заснеженном поле Синих гор завязалась страшная, грязная рукопашная свалка, где тактика и геометрия уступали место первобытной ярости. Тяжелые каэдвенские секиры с мерзким, сокрушительным хрустом врубались в вороненые кирасы имперцев, ломая ребра и рассекая черепа под забралами шлемов. Нильфгаардцы, удерживая безупречную дисциплину, хладнокровно огрызались короткими, точными ударами широких имперских палашей, насаживая северян на сталь в узких проходах между сугробами.

С фланга, проламывая вековые ели, в бой вступили тяжелые осадные расчеты Редании. Обычные инженеры, лишенные магии, выкатили на позицию две скрытые легкие кулеврины Радовида — те самые новые технологические разработки артиллерии, чертежи которых Лира сейчас тайно хранила в Ковире. Расчеты сработали покадрово чисто. Сухой, оглушительный залп картечи швырнул сноп свинцового града прямо в центр нильфгаардского штурмового каре. Десятки имперских латников живым месивом повалились на окровавленный наст, их тактический строй дрогнул, а командирский шатер на холме окутался паническим дымом.

Сражение на восточных рубежах превращалось в бесконечный, изнурительный стальной клинч. Нильфгаард давил страшной штурмовой мощью своей подневольной боевой магии и безупречной пехотной дисциплиной, а Редания огрызалась яростью каэдвенской стали и тяжелым порохом своей тайной артиллерии. Обе армии умывались кровью под ледниками Синих гор, наглядно доказывая, что эта зима сожрет тысячи жизней, прежде чем короли Континента сделают свой финальный, решающий ход.

Залп реданских кулеврин пробил брешь в центре имперского каре, заставив тактический строй пехоты пошатнуться. Но в