Архитектура эпохи Возрождения. Италия - Владимир Григорьевич Лисовский

работу предшественника Микеланджело стали называть Старой сакристией. Создавая капеллу Медичи, Буонарроти выступил в роли как архитектора, так и скульптора. В архитектурном решении усыпальницы он последовал за Брунеллески, использовав характерные для него приемы графичной архитектуры. Высокий объем Новой сакристии, имеющей квадратный план со стороной около 11,5 метра, перекрыт кессонированным полусферическим куполом с фонарем. Вершина купола поднята над уровнем пола на 23,5 метра. Этот объем до основания купола разделен на три яруса, верхний из которых образован подпружными арками с парусами между ними, а в двух нижних (неравных по высоте) использован ордер в виде пилястр. Декоративные арки, ограничивающие полукруглые люнеты, помещены также и во втором ярусе между пилястрами. Пилястры, арки, горизонтальные пояса, отделяющие ярусы друг от друга, – все эти элементы, связанные с конструкцией, выделены темно-серым камнем на фоне гладких светлых стен и воспринимаются как типичный для Раннего Возрождения тектонический каркас, прорисованный уверенными, четкими линиями. Можно обратить внимание на то, что Микеланджело последовал за Брунеллески не только в общем решении усыпальницы, но и в деталях – таких, в частности, как угловые пилястры, позволяющие ордерной теме переходить с одной стенной плоскости на другую. Небольшая прямоугольная в плане алтарная ниша перекрыта плоским куполом на парусах, где, как и у Брунеллески, помещены круглые медальоны. Подобные же медальоны, но побольше, находятся в парусах основного перекрытия капеллы. Такая верность традиции знаменательна: соблюдая ее, Микеланджело не только добивается сохранения ансамбля церкви, но и подчеркивает, с каким искренним уважением относится он к основоположнику Ренессанса.

Новая сакристия церкви Сан-Лоренцо. Интерьер

Однако было бы неправильно считать, что в композиции капеллы Медичи Микеланджело не захотел или не смог проявить своей творческой индивидуальности. Своеобразно мастер решил, например, заполнения стен между пилястрами первого яруса. Над расположенными там дверными проемами он разместил своего рода табернакли, получившие вид неглубоких прямоугольных ниш, декорированных рельефными гирляндами. Каждая такая ниша обрамлена собственными пилястрами и завершена лучковым сандриком с разорванным горизонтальным карнизом. Таким образом, в простенках первого яруса возникают фрагменты, довольно сложные по пластическому рисунку, что очевидно противоречит простоте отделки основного пространства. Столь же усложненными выглядят и те участки стен, где располагаются статуи, символически изображающие усопших, чей прах покоится в сакристии.

Исполняя в капелле скульптурные работы, Микеланджело не счел нужным следовать какой-либо традиции, за исключением собственной, что проявилось в предельно откровенной демонстрации особенностей присущей только ему экспрессивной манеры. В результате были созданы замечательные по выразительности образы, контрастно противопоставленные спокойной геометрии того архитектурного «футляра», в который они заключены.

В усыпальнице помещены гробницы двух вполне заурядных представителей семейства Медичи – Джулиано, герцога Немурского, и Лоренцо, герцога Урбинского. Символические саркофаги с покатыми криволинейными крышками, декорированными волютами, поставлены у боковых сторон сакристии друг против друга. Статуи над каждым саркофагом заключены в прямоугольные ниши, как бы стиснутые фланкирующими их парными пилястрами. Автор скульптур никоим образом не задавался целью представить достоверные портреты погребенных в капелле герцогов. Фигуры сидящих молодых мужчин, погруженных в глубокое раздумье, олицетворяют размышления о судьбах живущих и уже покинувших этот мир.

Микеланджело. Надгробие Джулиано Медичи в Новой сакристии

Всемирную известность заслужили другие изваяния, вошедшие в скульптурный ансамбль капеллы Медичи, – аллегории времени суток, представленные двумя мужскими и двумя женскими фигурами, возлежащими на крышках саркофагов. «Вечер» и «Утро» помещены на саркофаг Лоренцо Медичи; «Ночь» и «День» включены в композицию надгробия Джулиано. Мастер сумел придать этим, казалось бы, отвлеченным образам глубокое философское содержание: они не только напоминают о круговороте времени, продолжающемся и тогда, когда смертные уходят в небытие, но и выражают реальные человеческие переживания, рождаемые мучительными поисками смысла жизни. Статуи, высеченные из цельных блоков мрамора, подчеркнуто тяжелы, и этому ощущению отвечает типичная для зрелого Микеланджело обработка материала: фигуры как будто с трудом, нехотя отделяются от аморфной массы камня, а на поверхности изваянных тел остаются следы резца художника. Особую остроту привносит в композицию надгробий прием совмещения статуй и их оснований: тяжелые мраморные скульптуры словно соскальзывают с покатых поверхностей и только какая-то неведомая сила едва ли не в последний момент удерживает их от падения. Это наполняет формы, созданные фантазией Микеланджело, колоссальным внутренним напряжением, и именно оно будет свойственно лучшим произведениям барокко. Поистине барочная экспрессия контрастно сочетается с лаконизмом основного архитектурного приема, что позволяет более ярко выявить индивидуальный характер Новой сакристии как образца синтеза искусств.

Микеланджело. Надгробие Лоренцо Медичи в Новой сакристии

В ансамбль усыпальницы Медичи входят также статуи, размещенные напротив алтаря. Центральное место здесь занимает изображение Мадонны с Младенцем – еще одно превосходное произведение Микеланджело, богатое тончайшими градациями чувства, переданными в классически совершенной форме. По сторонам установлены изваяния святых Косьмы и Дамиана, выполненные учениками мастера по его эскизам.

Находясь во Флоренции, Микеланджело параллельно с работой, связанной с осуществлением замысла Новой сакристии, занимался и проектированием библиотеки Лауренциана, тоже вошедшей в комплекс церкви Сан-Лоренцо. Проект длинного библиотечного зала был завершен в 1524 году. Двумя годами позже мастер начал трудиться над композицией вестибюля и парадной лестницы перед залом. Однако завершилась эта работа лишь спустя много лет. По исполненной в 1559 году самим Микеланджело небольшой модели постройку вестибюля осуществил в течение нескольких лет известный флорентийский архитектор Бартоломео Амманати.

Комплекс библиотеки Лауренциана, как и Старая сакристия, представляет собой сочетание в одной композиции контрастно противостоящих друг другу тем. Читальный зал прост по своему объемному решению: он сильно вытянут в длину и подчинен четко выраженному ритму пилястр на стенах, чередующихся с прямоугольными окнами и такими же по форме нишами, обрамленными наличниками. В столь же стройном порядке вдоль зала размещены деревянные пюпитры для книг, задуманные Микеланджело как неотъемлемая часть интерьера, чья строгая архитектура полностью отвечает его назначению.

Микеланджело. Читальный зал библиотеки Лауренциана во Флоренции. Закончен в 1524 г.

Совершенно иначе скомпонован вестибюль. Здесь все как будто приведено в безостановочное, стихийно развивающееся движение, не оставляющее никакой надежды на передышку. Лестница, которую Микеланджело спроектировал деревянной, но выполненная Амманати из камня, превращена фантазией мастера в подобие мощного потока, словно низвергающегося вниз с верхней площадки у входа в зал. Ступени изогнуты, а сама лестница состоит из нескольких маршей. Вверху она имеет относительно небольшую ширину, а ниже словно внезапно, скачком расширяется втрое, причем боковые марши отделяются от среднего отрезками балюстрады. Такое решение рождает ощущение преодоления препятствия: водопад ступеней, натыкаясь