Капитан Фантом. Том 2 - Поль Анри Феваль

он сразу сделал бы его маршалом всех сорвиголов, а также начальником храбрецов Франции и Наварры, а заодно Итальянского Королевства и Германской конфедерации! Готов спорить на что угодно, что он проскочит! Разрази меня гром! Нас таких всего пятеро во всей французской армии, зато какая мы силища! Ни один англичанин не скажет, что мы криворукие!

– Эй, мельник! – крикнул ему прапорщик Браун, скакавший галопом впереди команды добровольцев. – Ты не встречал главного курьера главнокомандующего?

– Так это был главный курьер? – спросил, войдя в роль, Малыш Эсташ. – Какая у него чудесная андалузская лошадка, сеньор! Неужели вы надеетесь догнать его на вашей кляче?

– Куда он направился, черт побери?

– Прямиком к харчевне «Баньос», ваше превосходительство, чтобы дать подкрепиться коню… Я лично показал ему дорогу.

Прапорщик Браун пришпорил коня и мгновенно исчез вместе со своей свитой, а мельник неторопливой рысью направился к реке. Выехав из сосновой рощи, Браун оглядел раскинувшуюся равнину и не увидел ничего примечательного, не считая вялой скотины, которую дети вели к водопою.

Возможно, гонец уже успел добраться до харчевни «Баньос», красная крыша которой виднелась на нижнем уступе горы. Браун и его добровольцы бодро двинулись по склону, и тут один из них заметил какое-то движение за ивами, росшими по берегу реки.

– Там человек на лошади, джентльмены! – воскликнул он.

– Кажется, на нем белый бурнус сеньора Педро, – сказал другой доброволец.

– Да это же бронзовый круп Алазана!

– Подлый мельник! Вперед! Вперед!

И они сломя голову бросились вдогонку.

К тому времени Сезар уже перешел вброд реку Тормес и двигался по весьма удобной тропе. Его нисколько не беспокоили преследователи. Расстояние между ним и теми, кто скакал позади него, постоянно увеличивалось. Настоящая опасность ждала его впереди. Но в тот момент, внимательно оглядывая равнину, он не видел впереди ни одной живой души.

Когда в церкви Бобойо прозвонили два часа пополудни, он наткнулся на старый каменный мост, по которому перебрался на правый берег Тормеса. Город остался у него слева. Внезапно пять всадников, два испанца и три драгуна полка принца Уэльского, вышли из заброшенного дома, который стоял на дороге, ведущей к западным склонам гор. Всадники заметили Сезара, немедленно вскочили на коней и с дикими криками бросились за ним в погоню.

В тот момент его со всех сторон окружали горы за исключением северного направления, откуда он и приехал. Объяснялось это тем, что Сезар попал в так называемый «карман», особое место, где равнина Леона глубоко вклинивается в горную часть Старой Кастилии. Эта местность хорошо знакома читателю, поскольку именно здесь произошли основные события нашей драмы.

Расположенные впереди горные уступы находились под охраной замка Кабаниль, чьи невидимые в тот момент укрепления располагались в глубине ущелья. Справа от Сезара тянулась горная цепь, изгибом уходящая на север, где она сливается с Сьерра-де-Гала и горными цепями Эстремадуры. Слева за болотами де Сор находилась другая горная цепь, которая разделяла долины рек Тормес и Альберче. Одна из этих рек впадает в реку Дуэро, а другая в Тахо, которые текут в диаметрально противоположных направлениях и образуют на равнине Леона своеобразный мыс. На нем также расположена горная цепь, которая соединяется с Сьерра д’Авила.

Этот своего рода наземный «залив» с чрезвычайно крутыми неприступными берегами очень велик и имеет форму кармана. Любая дичь, попавшая в такой гигантский мешок, гарантированно будет поймана, и английским охотникам это было хорошо известно. Именно по этой причине они не стали перекрывать проход между Эндриналем и де Сор. Однако тот, кому выпала роль дичи, знал все это не хуже англичан. На него уже не раз накидывали охотничью сеть, но ему каждый раз удавалось найти в ней прореху и вырваться на волю.

Уход от погони давно стал его профессией. От этого занятия он даже получал удовольствие. Но в тот день ему надо было не только уйти от погони, но и добраться до руин. В такой ситуации никто не смог бы заставить его и верного Алазана свернуть с пути.

Он легко оторвался от драгун, устроивших пост в стоявшем на дороге заброшенном доме. Теперь от болот де Сор и руин его отделял поросший оливами холм.

Услышав крики охотников, из оливковых зарослей выскочила группа крестьян. Сезар увидел свободный путь и взял правее. Послышались выстрелы, произведенные из древних мушкетонов. Алазан радостно заржал.

Вскоре крестьяне и охотники остались далеко позади. Теперь Сезар вихрем летел по равнине. Он пересек местность, в которой когда-то стояли лагерем гренадеры Черного Комина. С этого места были прекрасно видны покрытый руинами холм и два скрытых блокпоста, один из которых расположился в узкой части озера, а другой у подножия холма, в том месте, где Комин зарезал своего коня.

Сезар взял правее, ближе к тропе, ведущей к замку Кабаниль. В тот же момент двенадцать всадников сорвались со своих мест, стремясь перегородить ему дорогу. Пятерыми из них командовал Клинтон, а остальными пятью лейтенант Крэб, скакавший на своей распрекрасной Полли. Положение Крэба было предпочтительным. В тот момент, когда лейтенант вскочил в седло, он находился ближе к тропе, к которой стремился главный гонец.

Будучи не в силах сдержать распиравшую его радость, Крэб заорал:

– Да здравствует Англия! Чтоб меня черти взяли! Вот я уже и капитан с годовым доходом в двести пятьдесят фунтов! Вперед, Полли, мерзавка… Эге-ге, Клинтон! Ставлю сто гиней против одного шиллинга или пусть меня черти возьмут!

Полли тоже вошла в раж. Она почувствовала шпоры и рванулась вперед, оставив добровольцев далеко позади. Сезар по-прежнему скакал к тропе, ведущей к замку. Преимущество Алазана было настолько очевидным, что взревновавший Клинтон крикнул Крэбу:

– Эй, Крэб, у вашей кобылы подагра! Он все равно вас обставит! Приз достанется капитану Долхаузу, который родился в рубашке, помяните мое слово!

Пост капитана Долхауза с четырьмя выделенными ему драгунами находился прямо на ведущей к замку тропе. Ему невероятно повезло. Капитану не требовалось никаких усилий, чтобы схватить добычу.

Крэб вонзил шпоры, Долли сделала отчаянный рывок, но у Алазана словно выросли крылья.