Капитан Фантом. Том 2 - Поль Анри Феваль

Люди Рейла не могли их видеть, потому что эти головы были у них за спиной, а остальные преследователи не спускали глаз с Сезара.

К тому же головы совсем немного высовывались из-за скал.

– Хоп, дорогой! – улыбнувшись, сказал Сезар, по бледному лицу которого струился пот.

– Стой! – вновь крикнул Рейл.

– Ей-богу, он собрался их атаковать! – изумленно протянул Клинтон.

– С поводом в одной руке и держа другую руку на боку! – добавил Браун.

– А вот и нет! – встрял Максвелл. – Смотрите, он достал хлыст! Он точно сошел с ума!

Пять карабинов нацелились на всадника. Сезар был уже в пятидесяти шагах от них, а для Алазана пятьдесят шагов – это ровно столько времени, сколько нужно, чтобы нажать на курок.

Сезар взмахнул над головой хлыстом. Что это было? Показная бравада?

Или же это был сигнал? В тот же момент в скалах блеснули на солнце стволы трех карабинов. Рейл не успел скомандовать «Огонь!»

Показались три красные вспышки и скалы окутались дымом. Одновременно прозвучал выстрел из партизанского мушкетона.

Рейл и два его всадника покатились в пыль. Алазан пронесся, как вихрь, между двух других помощников Рейла, которые были ранены и не могли ничего понять. Однако эти двое раненых обернулись и открыли огонь. В тот же момент перекрывшие перевал испанцы начали беспорядочную стрельбу.

И тут из порохового облака показался Сезар де Шабанель. Он стоял в стременах, держа повод в зубах, в каждой руке у него было по пистолету, и в таком виде он несся на испанцев, которые в ужасе разбежались в разные стороны. Затем Сезар спрятал заряженные пистолеты в кобуры и галопом преодолел перевал.

После этого в скалах не осталось ни души.

X

Последний прыжок

К трем часам пополудни Сезар де Шабанель успел проделать только полпути. Но эта половина была самой важной, потому что он оставил позади горы и три четверти своих врагов.

Кстати сказать, именно на перевале Эль Барко в жалкой харчевне, одиноко стоящей на восточном склоне горы среди неприступных скал, автор этой книги впервые услышал рассказ о капитане Фантоме. Нас было двое, и были мы оголодавшими путниками, которым подали скудный обед.

Хозяин харчевни – старый герильеро, сражавшийся во времена Империи в отряде Хосе Навалмаренса, а в 1820 году в отряде Риего, – говорил о некоем Кабаниле Французском, потому что именно так до сих пор называют Сезара де Шабанеля в Сьерра-де-Гредос. Он произнес это имя с таким пафосом, с каким в Испании произносят только имя Сида. К тому времени ненависть испанцев к Франции уже давным-давно угасла.

Диего Кой показал нам закопченный эстамп. На нем был изображен драгун в черной маске, сидевший на коне, из ноздрей которого вырывалось пламя. Это и был французский Кабаниль, который, по мнению Диего, помимо прочих своих достоинств, прославился тем, что обвел вокруг пальца англичан.

Надо сказать, что ненависть испанцев к англичанам никуда не девалась. Она будет жить до тех пор, пока не будет возвращен бесстыдно украденный Гибралтар, и над его скалами не перестанет развеваться оскорбительный для испанцев флаг.

Невозможно перечислить все подвиги, которые местные легенды приписывают французскому Кабанилю – капитану Фантому. Но самым главным подвигом безоговорочно признается его переход из Гуадаррамы в Миранда де Дуэро, а затем из Миранда де Дуэро в Талавера-де-ла-Рейна, цель которого состояла в том, чтобы доставить приказы короля Жозефа маршалу Сульту, а затем рапорты Сульта королю Жозефу. Эта эпопея давно обросла множеством фантастических деталей, и знаменитый бронзовый конь Алазан занимает в ней не меньше места, чем его хозяин.

Теперь перед Сезаром раскинулись бескрайние равнины Старой Кастилии, простиравшиеся далеко за русло реки Альберче. Но и на этом открытом пространстве его поджидали многочисленные опасности, из-за чего выбор пути становился весьма непростой задачей.

Разумнее всего было выбрать самую короткую дорогу, которая шла вдоль русла Альберче и обходила слева англо-испанские боевые порядки. По ней можно было догнать французскую армию, которая в тот момент двигалась маршем на Талавера-де-ла-Рейна. Однако проблема заключалась в том, что в провинции Авила с гор постоянно спускались партизанские формирования и отряды временного правительства. Можно было ожидать, что они приложат все силы, чтобы перехватить его по дороге.

Их передвижение по стране, разумеется, не было связано с поимкой Сезара и преследовало совсем другие цели, но он знал, что прошлой ночью Черный Комин отправил в Авилу курьера. Теперь все командиры имели описание его внешности, что лишало его возможности выдавать себя за главного курьера сэра Артура Уэлсли.

Сезар мог бы без проблем нацепить на себя испанский наряд, который лежал в его дорожной сумке. Времени для переодевания у него было предостаточно, поскольку английские преследователи окончательно пропали из виду. Но как прикажете справиться с тщеславием, которому подвержен любой, даже самый сильный человек?

Все мы в той или иной мере творим историю – то есть совершаем поступки, о которых однажды смогут рассказать. Сезар успел в начатой партии набрать огромное количество очков, и он почитал за честь выиграть всю партию, оставаясь в костюме курьера, который вызывал невероятное остервенение натравленных на него гончих псов. Да и зачем переодеваться самому, если невозможно переодеть Алазана?

Тело Сезара де Шабанеля было выковано из стали. Так утверждается во всех легендах. Но все на свете изнашивается, даже сталь. В первый раз он ощутил серьезный приступ усталости, когда придержал коня, спускаясь с кастильских склонов горной цепи.

У него ломило поясницу и сильно болели занемевшие ноги. Прошло двадцать часов с того момента, когда он покинул Талавера-де-ла-Рейна, а до отдыха, который Сезар позволил себе в той же Талавере, он успел проскакать шесть часов подряд. Алазану, в отличие от него повезло, ведь у него была спокойная ночь.

Но больше всего Сезар страдал от жажды. Он уже несколько раз прикладывался к своей фляге, но в ней была водка,