Великий Дунай на исторической карте Европы - Ник Торп

нее человек.Мы имеем дело с особым народом,Представители которого думают, что выбрасывать людей из окон —Занятие намного более захватывающее, чем соитие.Древняя рыба – щука,Щучьи вытянутые морды никогда не похожи.Как-то спал я в ВенеИ проснулся в ужасе оттого,Что щука могла бы попасться на мой велосипед!

Военный музей находится в крепкой из красного кирпича крепости через пять остановок на метро от рынка «Наш»3. Первый этаж заставлен экспонатами, относящимися к двум османским осадам Вены в 1529 и 1683 годах, а также к последовавшим ответным операциям: захват городов Паркань (ныне Истурово) и Буда. В центре стеклянной витрины над фигурой турка в тюрбане, стоящего на коленях в тяжелых цепях с тремя собаками, хватающими его за пятки, хранится стрела, вонзившаяся в подмышку графу Гвидобальду фон Штарембергу (1657–1737) во время осады Буды. Там же помещен сопроводительный текст в стихах: «Ein Pfeil, so zwan-zig Jahr in Fleisch und Bein gesteckt, und tausend-fachen Schmerz dem Helden Leib erweckt, wird durch des Künstlers hand von seinem Sitzb gebogen, und nach gemachten Schnitt noch glücklich ausgezogen». («Эта стрела находилась в плоти и кости героя на протяжении двадцати лет. Из-за нее он подвергался нечеловеческим мукам, но виртуозно владевший своим ремеслом лекарь избавил героя от страданий, когда извлек стрелу»). Гвидо (будущий фельдмаршал) приходился кузеном начальнику гарнизона Вены Эрнсту фон Штарембергу и отличился своей храбростью при проведении вылазок за стены города на осадивших его турок. Он получил тяжелое ранение в ходе отчаянной попытки остановить штурмовавших турок, ринувшихся в пробитую брешь в городской стене. Когда всего три года спустя при осаде Буды его снова поразила стрела, то он, должно быть, подумал, что наступил его последний час.

Великий визирь Кёпрюлю Кара-Мустафа-паша – Черный Мустафа – со своим войском (свыше 100 тысяч, 300 орудий) дошел до Вены 14 июля 1683 года. На отправленный им ультиматум с требованием безоговорочной капитуляции гарнизона города, обращением его жителей в мусульманство или их отъезда с обещанием безопасного пути ответа от Эрнста фон Штаремберга не поступило. В городе под его командованием находилось всего лишь 12 тысяч защитников. Королю Яну III Собескому с его польско-немецким войском[58] до Вены оставалось еще много дней форсированного марша. Как полководец Кара-Мустафа по всем показателям уступал своим проницательным и закаленным сражениями предшественникам в османской военной среде. Пожилой паша Буды Ибрагим советовал ему повременить со своим наступлением на Вену и сначала обеспечить покой на границе. «В поддержку своего аргумента паша напомнил притчу про царя, который положил по центру ковра груду золота, а потом предложил любому человеку взять это золото, но не ступая на ковер. Победителем стал тот, кто начал сворачивать ковер с одного края и сворачивал его до тех пор, пока не подобрался к золоту, и так ему достался главный приз» – так этот случай описан Патриком Кинроссом4. Однако совет Ибрагима грубо отвергли, и Черный Мустафа отправился в поход прямо на Вену. Без тяжелой артиллерии, находившейся до сих пор далеко от его базового лагеря, ему приходилось полагаться на подводку пороховых зарядов под стены города[59]. Для этого дела военнопленные вырыли траншеи прямо до самых городских стен. Через две с лишним недели осады[60], то есть 4 сентября, в стенах удалось проделать самую большую за все время брешь, через которую турецкие войска ворвались в город в первый и единственный раз. Но после нескольких часов ожесточенного боя туркам пришлось отступить. А вскоре наступил поворотный момент в осаде австрийской столицы. В тот же самый день поступили известия о том, что Ян III Собеский переправился через Дунай по понтонному мосту в Тульне и соединился с отрядами из Лотарингии, Баварии и Саксонии. Эти три войска шли вместе в течение трех дней и достигли района горы Каленберг (483 м) в горном хребте Винервальд (Венский Лес), находящиеся к северо-западу от Вены. А с этой стороны высокомерный Мустафа не позаботился о прикрытии своего войска. Турки при всем их численном превосходстве над христианскими войсками теперь оказались зажаты между городскими стенами и подошедшими на помощь гарнизону Вены союзниками, наблюдавшими за ними с окружающих высот. В воскресенье 12 сентября 1683 года, ясным и солнечным после лившего несколько дней дождя утром Ян III Собеский лично возглавил атаку на турок. Его воины показались туркам «лавиной черного вара, лившейся с горы и поглощавшей все на своем пути». К шести часам вечера Кара-Мустафа с остатками своего войска позорно бежал с поля боя. В тот день победителям досталось двадцать пять тысяч турецких палаток с их богатым содержимым, но выставленная в музее палатка взята во время осады Петроварадина в 1716 году. Она богато украшена коврами, а также, как-то не совсем к месту, картинами маслом с подвигами героев сражения с австрийской стороны. Перед нею стоит массивная пушка «Морзер», использовавшаяся во время осады Белграда в августе 1717 года. Единственное пушечное ядро принесло гибель 3000 турок, когда оно ударило в их склад боеприпасов высоко на Калемегдане – то есть послужило предтечей взрыва в Смедерево в июле 1941 года.

Музей кажется практически необитаемым, пока глаза не натыкаются на женщину в косынке, идущую под руку с усатым мужчиной, а рядом идет юноша, внешне – точно их сын. Он показывает своим родителям экспозицию. Сулейман учится на юридическом факультете в Венском университете, и он прожил в этом городе уже одиннадцать лет. Он третий раз приходит в этот музей, говорит Сулейман, а устроил эту экскурсию, «чтобы показать родителям экспонаты, связанные с османами». Договариваемся о встрече снова, но позже, чтобы обсудить его впечатления о пребывании турка в Вене. «Эмоционально моего отца все это тронуло гораздо глубже, чем меня», – говорит юноша на встрече в кафе «Штейн». Его родители приехали из Стамбула, чтобы помочь ему и его жене по уходу за новорожденным ребенком, которого назвали Карим. «Турок в Австрии живет много, но они представления не имеют, что существует этот музей». «Как вы относитесь к тому, что турок выставляют вечными врагами… стоящими на коленях в цепях перед правителями Габсбургов?» – задаем ему такой вопрос. «Перед тем как я приехал в Австрию, мой дядя по материнской линии рассказал мне о статуе христианского священника на площади Святого Стефана, стоящей на теле турка. Итак, скажу, как только я сюда прибыл, то сразу пошел взглянуть на упомянутый выше монумент. О той осаде здесь можно найти совсем немного материала. Большую часть того, что он захватил, Ян III Собеский взял с собой в Краков, служивший тогда польской столицей