Маленков. Несостоявшийся вождь СССР - Рудольф Константинович Баландин

Инициативу Дудорова по разоблачению Маленкова подхватил, в частности, Руденко: «Товарищ Серов помнит, что когда разбирали архив Берии, то нашли объяснение товарища Маленкова на имя Сталина… К «ленинградскому делу» никакого отношения в смысле нажима, предложения Сталин не имеет… В июле 1940 года Абакумов с ведома Георгия Максимилиановича подаёт записку на имя Сталина, что Капустин — бывший секретарь горкома, который был в 1930 году в Англии как инженер, — что он является английским шпионом. С этого начинается «ленинградское дело».

Маленков справедливо заметил: «Я не имел к этому отношения. Почему с моего ведома, когда Абакумов не был мне подчинён».

Эти слова показывают, что куратором МГБ являлся Хрущёв, который, тем не менее, патетически воскликнул:

— Руки Маленкова обагрены кровью ленинградцев!

Казалось бы, в ответ следовало уличить Хрущёва в злодеяниях. И к «ленинградскому делу» он приложил свою нечистую руку. Маленков отмолчался. Видя, что поражение неизбежно, он постарался не раздражать нападавших. Тогда имелась возможность отделаться всего лишь переводом на низшую должность.

После первого же дня чрезвычайного пленума ЦК Никита Сергеевич, воодушевленный поддержкой партийных функционеров, стал вести себя как полноправный хозяин. Молотов, который ещё при Ленине входил в руководство ВКП(б), обращался к нему на «вы», а Хрущёв ему «тыкал».

— Был момент, — говорил Хрущёв, — когда мы освободили Маленкова и искали нового председателя. Тогда известное большинство настаивало, чтобы я принял на себя пост Председателя Совета Министров. Этот вопрос больше всего выдвигал Молотов. Я говорил, что надо усилить работу в Центральном Комитете партии, в партийных органах, а мне Молотов говорит, что было бы хорошо несколько снизить роль партии…

Хрущёв так представил своим сторонникам программу этой группы: «Во-первых, изменение политической линии партии… Во-вторых, изменение руководства партии… Следовательно, антипартийная группа ставила перед собой задачу — свернуть партию, страну с ленинского пути, опорочить все достижения партии за последние годы…»

Вряд ли кто-либо поверил подобным наветам. О каком изменении политической линии партии шла речь? По-видимому, он намекал на стремление Маленкова несколько ослабить значение военно-промышленного комплекса и тяжёлого машиностроения за счёт увеличения производства товаров широкого потребления для народа.

Из руководства партии могли изгнать его со сторонниками, только и всего. Велика ли потеря для страны?

Какие достижения партии пыталась опорочить антипартийная группа?

…Сошлюсь на свои наблюдения. В моём Московском геологоразведочном институте студенты первых курсов летом 1956 года работали на целине. У нас училась молодежь преимущественно не столичная. Они лучше москвичей понимали, как живут страна и народ.

Вернувшись с целины, они на комсомольском собрании говорили, как безобразно обстоят там дела. Нагнали много техники, распахивают огромные территории, рапортуют о замечательных успехах. Засевают много, но потери урожая огромные: нет дорог, элеваторов, складов. Сильные степные ветры уносят плодородный слой почвы.

На собрании выступили партийные руководители института, обвиняя комсомольцев-целинников: мол, они не понимают глубину замыслов ЦК КПСС и Совета Министров СССР. Но ребята стояли на своем. Разгорелся спор с выкриками из зала. Правда была на стороне молодёжи.

Маленков тоже выступал против неподготовленного наступления на целину. (Много лет спустя работая в Казахстане, я видел заброшенные мёртвые поселки целинников с улицами, словно засыпанными сугробами тёмно-коричневого снега; это были следы ветровой эрозии, пыльных бурь и деградации почвы — последствия «целинной эпопеи».)

Летом того же года я работал в Хакасии, на юге Сибири. В начале августа увидел возделанное поле с какой-то странной низкой порослью. Присмотрелся — кукуруза…

Хрущев был большим энтузиастом кукурузы

Вспомнил удивившую меня статью в одном из весенних номеров «Огонька» 1955 года с названием: «Кукурузу — до Полярного круга!» Там говорилось о великолепных урожаях кукурузы на опытных участках, расположенных на Европейском Севере России. А предстоящей весной под посевы кукурузы предполагалось отвести до 15 миллионов гектаров.

Публикация меня поразила. На карте были показаны стрелками, подобно тому, как военные обозначают направления ударов при наступлении, распространение посевов кукурузы. Их предполагается сразу продвинуть на север на тысячу километров! Но ведь одно дело — опытные делянки, а другое — обширные поля!

Не случайно от сельских жителей приходилось слышать в адрес Хрущева: «Кукурузник!»

Кстати, когда я ехал в Хакасию, наш пассажирский поезд часто останавливался, уступая путь товарным эшелонам с сельскохозяйственной техникой и целинниками. Возвращаясь осенью, увидел на подъезде к станции вдоль путей странную желтую гряду, присыпанную чем-то чёрным. Приглядевшись, понял: это горы зерна, на которых жируют птицы.

Другой была картина на станции: хлебный ларёк на привокзальной площади, осаждаемый огромной очередью… Сейчас, признаться, не могу точно сказать, в каком году видел эту очередь. Возможно, позже, а не в 1956-м. Но она врезалась мне в память прочно и символично.

Наступление на целину без предварительной подготовки, без учёта природных условий было изначально обречено на провал. Полвека раньше так было в США.

В ДАЛЬНИЕ КРАЯ

Вернемся на июньский чрезвычайный пленум ЦК КПСС 1957 года. На нем Хрущев отметил (по-видимому, к удовольствию присутствующих): «ЦК не объявил ни одного выговора секретарям обкомов и крайкомов».

В своём выступлении он особо выделил: «Органы государственной безопасности укреплены партийными работниками. Товарищи, лживо утверждение Маленкова и Кагановича, что материалы КГБ докладываются только Хрущёву… Антипартийная группа не случайно хотела этот орган оторвать от партии».

Оказывается, антипартийная группа хотела предоставить Булганину, Председателю Совмина СССР, ещё и должность начальника КГБ: «Каганович, Молотов и Маленков хотели туда посадить своего человека и через Булганина прекратить поступление в Президиум материалов, разоблачающих преступные действия, которые были совершены Молотовым, Кагановичем и Маленковым по уничтожению цвета нашей партии…

Его поддержали голоса из зала. Отозвался Г.К. Жуков: «Правильно!»

А ведь по Хрущёву картина получалась занятной: если цвет партии уничтожен, стало быть, настало время сорняков?!

Итак, сначала свалили все преступления на Берию и быстро избавились от него; потом обвинили покойного Сталина. Теперь главный удар нанесли по Маленкову, Молотову и Кагановичу. Двум последним как остаткам «ленинской гвардии» смертельной угрозы не было. Положение Маленкова было близко к катастрофическому.

Член ЦК партии, кандидат в члены Президиума ЦК КПСС П.Ф. Юдин — специалист по историческому материализму, ставший в 1953 году академиком АН СССР — не пожалел чёрной краски:

«Товарищи! Маленков — зловещая фигура в нашей партии. С его именем за последние двадцать лет связаны самые тяжелые события в жизни партии и народа. Он непосредственный организатор самых чудовищных террористических злодеяний против основных кадров нашей партии. Он приложил свою нечистую руку к истреблению сотен тысяч коммунистов и беспартийной интеллигенции.

Берия и Маленков — это сиамские близнецы… Собрат Маленкова умер, а этот живет и продолжает дело своего брательника.