Жизненный путь митрополита Вениамина (Федченкова). 1880–1961 - Ростислав Просветов

Ввиду уменьшения епархиальных доходов в 1950 году Епархиальный совет постановил сократить некоторые расходные статьи, — хотя другие (на латышские приходы), наоборот, были по необходимости повышены. В декабре было намечено «пересмотреть число приходов и некоторые закрыть, как малодоходные и поэтому не оправдывающие себя». Ко всем этим трудностям прибавилась новая беда.

В конце 1950 года Сахаров «посоветовал» министру финансов Латвийской ССР осуществить проверку «согласно существующего законоположения, факта и характера предприятия по производству свечей, существующего при Рижском женском монастыре». Эта проверка была инициирована 27 января 1951 года, и по факту ее был составлен акт, в котором зафиксирована сумма валового и чистого дохода Епархиального совета от производства свечей за 1949 и 1950 годы. Согласно этому акту с Епархиального совета необходимо было «взыскать за производство свечей в 1949–1950-х годах подоходный налог общей суммой в 258 359 рублей 40 копеек». Сумма в два с лишним раза превышала ежегодную дотацию из Патриархии, которая в 1950 году в епархию так и не поступила.

30 января 1951 года митрополит Вениамин вместе с членами Епархиального совета протоиереем Петром Берзинем и священником Симеоном Варфоломеевым посетили Сахарова по тому же неотложному вопросу о налогообложении. Вопрос о налогообложении свечной мастерской поднимался еще в 1947 году при уполномоченном Смирнове. Но тогда он признал, что данный шаг будет расцениваться как «ущемление» верующих, а потому налог с производства свечей по его указанию с епархии не взимался. Времена поменялись, и новый уполномоченный смотрел теперь на этот вопрос иначе.

Признавая в целом законность постановления, владыка Вениамин указывал на то, что своевременная неуплата налогов и такая большая накопившаяся сумма произошли не по злому умыслу, а в результате незнания им и Епархиальным советом необходимости их уплаты. При производстве свечей, которое осуществлялось силами послушниц Рижского монастыря, владыка, как только было возможно, сокращал производственные расходы. А все доходы от продажи шли исключительно на ремонт церквей. Он просил уполномоченного оказать содействие в снятии, снижении или хотя бы отсрочке уплаты. Но Сахаров оставался непреклонен: «Снижать или снимать налогов не имею права». Более того, он обещал принять все меры, «чтобы действия финансовых органов в отношении данного налогообложения строго соответствовали существующему законоположению». В Москву Сахаров докладывал, что «возможность данного налогообложения митрополитом Вениамином [была] воспринята болезненно, тем более что, как он сам высказался "финансовые органы в данном случае действуют исходя из законов и они юридически правы"». Владыка заявил уполномоченному, что Епархиальный совет в таком случае желает отказаться от производства свечей в собственной мастерской и будет покупать их в торгующих организациях. 31 января письмо с отказом от производства свечей было направлено в финансовые органы республики.

С целью урегулирования этого и других вопросов, касающихся общего положения в епархии, митрополит Вениамин с 20 по 23 февраля был в Москве, где лично посетил Патриарха Алексия I, а также нанес визит в Совет по делам Русской Православной Церкви. В дневнике он записал: «Слава Богу, все наши дела идут успешно». Итогом поездки стало пособие от Патриархии в сумме 100 тысяч рублей для уплаты налогов. Остальную часть суммы уже изыскивали из собственных средств. По приезде из Москвы 6 марта владыка записал: «Очень все хорошо устроилось; только не известно, чем кончится вопрос о 250.000 рублей свечного налога. Надежд не много. Но краха нет: остаток — 100 000 руб. от 1950 г., и 100 000 руб. от Патриархии. 50 000 руб. я получил от Епархии избытков. Через месяц или полтора — переезжать на дачу (после Пасхи на 3-й или 4-й день). Снова весна, лето. Сколько проживу там? Бог весть».

Жизнь шла своим чередом.

Глава 19. Перевод на Ростовскую кафедру (1951)

Летом 1950 года разгорелся новый военный конфликт, теперь уже на Корейском полуострове. Мировые события не могли обойти стороной внимание митрополита Вениамина. «Главный вопрос — война в Азии и (возможная) в Европе, — писал он в дневнике. — Будет ли она дальше разгораться? <…> Если и отложится война, все равно ее не миновать в недалеком будущем. Но "всему этому подобает быть". "Вы же не ужасайтесь", — сказал Господь». Русской Православной Церкви была отведена роль борца за мир. Разворачивалась всеобщая кампания по всему Советскому Союзу. И главной причиной недовольства Сахарова теперь стали действия владыки Вениамина, который не желал активно включиться в эту кампанию «борьбы за мир». В конце 1950 года Сахаров сообщал в Москву: «Заслуживает серьезного внимания высказывание митрополита Вениамина об участии духовенства в борьбе за мир, в частности в организациях и комитетах сторонников мира. При одном из визитов в ноябре 1950 года, касаясь этого вопроса, митрополит Вениамин высказался, что состояние мира не зависит от воли людей, за мир нельзя бороться, за него только можно молиться. В частности, он указал, что выступления митрополита Николая [Ярушевича] по вопросам мира, в той части, где он указывает, что "борьба за мир есть осуществление заветов Христа", — канонически неправильна. Из других источников мне известно, что среди приближенного духовенства митрополит Вениамин допускал более резкие высказывания против участия духовенства в международном движении за мир». Эти слова подтверждают и дневниковые записи владыки. «Пусть я недостойный и грешный, — писал он, — но за Православие помилует меня Господь, как и доселе миловал и хранил. Вот задача и мне на остальные дни и годы (если Бог даст их) моей жизни… <…> И основание есть — интересоваться этим, т. е. защищать Православие… Например, учение о Царстве Божием "на земле"; речи на конгрессе (особенно о. Джонсона, да и м[итрополита] Н[иколая]); впечатления от совещания 1948 г. (все внешнее — сравнительно с моим докладом к инославным церквам) и прочее». Все это владыка считал малозначимым. Для него «православие (особенно в данный момент истории) должно быть "митроотреченным", а не миролюбивым». Митрополит Вениамин говорил о том, что мир стал материалистическим и вслед за ним религии «сдались на силу военную», а нужно молиться. «Зла злом не заливают, а добром. "Благ же един Бог"!»

Еще в конце прошлого года Сахаров передал митрополиту Вениамину очередную «просьбу» Совета написать для выступления по радио две статьи, в том числе и статью «Православная церковь Латвии в борьбе за мир». Со слов уполномоченного, митрополит «без колебаний» обещал исполнить эту просьбу. И действительно, в начале нового, 1951 года, в канун Рождества, владыка распространил по епархии письменное приветствие с заглавием «Вместо поздравления», в котором подробно остановился на вопросе «мира». Но о каком мире он говорил? Отталкиваясь от слов