«Мастер и Маргарита». Роман Михаила Булгакова о времени и о себе - Александр Сергеевич Разумов

через Киров (Вятку). И именно «в поезде, где-то под Вяткой, Алоизий убедился в том, что, уехав в помрачении ума зачем-то из Москвы, он забыл надеть брюки». Поэтому давайте внимательно присмотримся к Николаю Лямину.

Лямин подвергался аресту три раза. Правда, в первый раз это был не арест, а, скорее, задержание, когда в ходе кампании по изъятию у населения валюты и ценностей, он в 1931 году около двух недель провёл в тюрьме. О том, что именно Лямин является прототипом Канавкина из сна Никанора Ивановича Босого и что на основе его рассказов об увиденном во время недолгого пребывания в тюремной камере была написана глава «Сон Никанора Ивановича», уже было сказано в этом исследовании.

Николай Николаевич Лямин был ровесником Михаила Булгакова. Он родился в 1992 году в Москве в известной купеческой семье Ляминых. Окончив сначала гимназию, а в 1915 году – и историко-филологический факультет Московского университета, где специализировался по западноевропейской литературе, был оставлен на кафедре для «подготовления к профессорскому званию». Революция внесла изменения в его жизнь, и с Московским университетом он расстался. С 1923 по 1930 годы Лямин работал в Государственной академии художественных наук (ГАХН), где заведовал кабинетом теоретической поэтики. Одновременно с работой в ГАХН Лямин был библиотекарем библиотеки Высшего Совета народного хозяйства (ВСНХ). После закрытия ГАХН осенью 1930 года Николай Николаевич, уйдя также из библиотеки ВСНХ, стал заведовать библиотекой Наркомата Рабоче-крестьянской инспекции РСФСР (НК РКИ). После работы в библиотеке НК РКИ он организовал и стал заведующим библиотекой Академии коммунального хозяйства. В январе 1936 года Лямин получил должность учёного секретаря Государственной библиотеки СССР имени В.И. Ленина, но был очень быстро уволен из-за доноса, в котором обвинялся в политической неблагонадёжности, после чего устроился в библиотеку Академии архитектуры. 3 апреля 1936 года Лямин был арестован по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде и приговорён к трём годам содержания в лагерях.

Трудовая биография этого человека свидетельствует, что Лямин был увлечён литературой, раз все его должности связаны с библиотечным делом. Поэтому Николая Николаевича, в этом плане, можно назвать точной копией Алоизия Могарыча из булгаковского романа. Вернее, Алоизей Могарыч по осведомлённости в литературных вопросах является точной копией Николая Лямина.

Леонид Паршин в своей книге «Чертовщина в американском посольстве в Москве, или 13 загадок Михаила Булгакова», перечисляя людей, близко знавших Михаила Булгакова в 1925 году, пишет о Лямине следующее:

«Николай Николаевич Лямин стал наиболее близким другом Булгакова. Филолог, окончивший Московский университет, он прекрасно знал историю, философию, литературу и искусство, свободно владел иностранными языками, имел замечательную библиотеку. Он во многом восполнял гуманитарные пробелы в образовании Булгакова».

С Булгаковым Николай Лямин познакомился в январе 1924 года у писателя Сергея Сергеевича Заяицкого. Достаточно подробную информацию о том, как произошло знакомство и как развивались между ними отношения, можно прочитать на сайте, посвящённом Михаилу Булгакову (m-bulgakov.ru), который представляет собой Путеводитель по жизни и творчеству писателя. Для своих читателей я процитирую один небольшой абзац с этого сайта.

«У Заяицкого Булгаков устраивал первые чтения своих произведений, а друзья и знакомые Заяицкого затем близко сдружились и с Михаилом Афанасьевичем. Особенно он сблизился с Николаем Николаевичем Ляминым, сотрудником Государственной академии художественных наук, и его женой Натальей Ушаковой. Жили они в одном из переулков Остоженки, и вскоре чтение булгаковских произведений перенесли к нему».

Те, кто собирался у Ляминых, где звучали произведения Михаила Афанасьевича, получили в семье Булгаковых имя «пречистенцы». В Москве на Пречистенке в те годы жили профессора и преподаватели Московского университета, писатели, художники, философы, врачи, то есть сливки старой московской интеллигенции. Михаил Булгаков со своей второй женой, Любовью Евгеньевной Белозерской, вскоре стали своими среди этих людей. А вот Елена Сергеевна в этот круг не вписалась. Среди булгаковедов закрепилось мнение, что «пречистенцы» не приняли её в свой круг. Но это неверно. Судя по дневниковым записям, Елена Сергеевна сама не захотела в этот круг входить. Если Михаил Афанасьевич идёт к Ляминым читать новые главы романа, то писатель идёт один, а Елена Сергеевна остаётся дома.

По мере чтения её дневника нельзя не заметить, что Николай Лямин всё реже и реже заходит к Михаилу Афанасьевичу. Однако на следующий день после убийства Кирова не только Григорий Конский пришёл к Булгакову, но и… Николай Лямин.

В книге «Воспоминания о Михаиле Булгакове» Владимир Лакшин опубликовал короткое разъяснение Елены Сергеевны о «пречистенцах».

«Когда Булгаков соединился с Е.С., он сказал ей: «Против меня был целый мир – и я один. Теперь мы вдвоём, и мне ничего не страшно».

Близкий круг 20-х годов, либеральная «Пречистенка» выдвигали Булгакова как знамя. «Они хотели сделать из него распятого Христа. Я их за это ненавидела, глаза могла им выцарапать… И выцарапала», – сказала Е.С. со смехом, подумав и что-то вспомнив. Булгаков, по её словам, хотел написать о «Пречистенке», думал то о драме, то о комедии на эту тему».

Видимо, сказала об этом Елена Сергеевна со смехом потому, что вспомнила, как об этом написано в тексте булгаковского романа: «Шипение разъярённой кошки послышалось в комнате, и Маргарита, завывая: «Знай ведьму, знай!» – вцепилась в лицо Алоизия Могарыча ногтями».

В дневнике Елены Сергеевны есть запись, сделанная за два месяца до ареста Николая Лямина.

«8 февраля (1936 года. – А.С.).

Коля Лямин. После него М.А. говорил, что хочет написать или пьесу или роман «Пречистенка», чтобы вывести эту старую Москву, которая его так раздражает».

В первой редакции дневников эта запись звучит по-другому:

«8 февраля

Вчера был Коля и безумно раздражал меня и Мишу своими пошлыми разговорами. Миша дал убийственную характеристику того круга, в котором Коля вращается. Коля притих и был подавлен».

Особенность ситуации состоит в том, что Елена Сергеевна знает, что на самом деле представляет собой Николай Лямин, а Михаил Афанасьевич знает только о том, что «Пречистенка» выдвигает его как знамя, в то время как каждый из «пречистенцев» желает остаться в стороне и просто понаблюдать за ситуацией. То есть Булгаков не видит всё ещё конкретного человека, от которого исходит угроза.

Сделанная в дневнике Елены Сергеевны запись, что Лямин «безумно раздражал меня и Мишу своими пошлыми разговорами», – это сигнал Спецотделу, что Лямин им теперь мешает. Николая Лямина тут же с треском выгоняют с должности учёного секретаря Государственной библиотеки имени Ленина, которую он пару недель назад получил, и, как только он устроился в библиотеку Академии архитектуры, его арестовывают и отправляют в лагерь в Чибью.

Исследователь Леонид Паршин в своей книги «Чертовщина в американском посольстве в Москве, или 13 загадок Михаила Булгакова» целый раздел посвятил отношениям Михаила Булгакова и Николая Лямина. Читателей своей книги Паршин знакомит с письмами, которые Лямин писал Булгакову после досрочного освобождения из лагеря, а также с некоторым удивлением