Великий Дунай на исторической карте Европы - Ник Торп

Напротив Дюрнштайна вокруг своих садков для рыбы возится Иосиф Фишер. Этот крупный, веселый малый как главным делом занимался своим виноградником, пока ради развлечения не начал разводить рыбу. Теперь его сын принял от отца эстафету виноделия, чтобы Иосиф мог сосредоточиться на лососе. Дунайский лосось (хукен) считается самой ценной рыбой на Дунае вверх по течению от Вены и одной из самых редких. В хозяйстве Иосифа насчитывается по крайней мере десять тысяч особей. Его предприятие числится самым успешным проектом по разведению лосося в Австрии, и мы приехали в день ежегодного оплодотворения икры. Сначала он сливает воду из водоема, где медленно, как будто в предвосхищении неизбежного, плавает самая большая самка лосося длиной почти два метра[67]. Тогда он подхватывает ее с помощью большого листа и несет нежно в руках к зеленой ванне. Там в воду подмешан специальный химический состав, чтобы ввести ее в сонливое состояние. Затем он осторожно проводит руками вдоль всей длины ее тела, чтобы выдавить икру, которая, он знает, созрела в рыбе. Подготовительный период он специально сократил. В этом году ради эксперимента Иосиф пропустил несколько важных этапов. Наш экспериментатор терпит неудачу. Икра не выходит. Иосиф слишком забежал вперед. «У меня здесь развелось достаточно, даже более чем достаточно лосося», – успокаивает себя он, относя лосося обратно к водоему, который снова медленно наполняет водой.

Рыбы содержатся в садках по возрасту – самой молодой исполнился год, в другом садке содержатся трехлетки, в третьем лосось пяти лет. Емкости снабжены окошками, чтобы можно было наблюдать за рыбой, проплывающей мимо, и чувствовать себя зрителем в опере. Десять лет прошло, признается Иосиф, с тех пор, как он в последний раз отведал лосося. Заставить себя снова питаться своей рыбой он не может; так Иосиф полюбил этих питомцев. Каждый год он выпускает в Дунай несколько сотен, иногда несколько тысяч мальков выращенной рыбы. Пока он работает, мы потягиваем сначала его белые вина, потом розовые. Если бы герцог Леопольд V Добродетельный обращался с Ричардом I Львиное Сердце, как Иосиф со своими гостями, король Англии, возможно, даже не захотел бы возвращаться в свой пивной, ветреный Альбион.

Герман Мидлер промышляет ловлей рыбы на левом берегу Дуная. Его дом невозможно миновать, ведь в своем саду он построил макет красного маяка. «По моему маяку я могу найти свой дом, когда прихожу поздно!» – шутит он. А шутит он много. Маяк окружен большими, полированными валунами, которые он притащил с Дуная. «Моя жена жалуется на то, что я сюда натаскал столько камней, что не осталось места для цветов… Я живу рядом с Дунаем на протяжении пятидесяти семи лет, а рыбой промышляю только лишь последние семь. В детстве мы все свое время проводили у воды. В те дни можно было сказать своим родителям: „Спущусь-ка я за рыбкой“, и приносили домой улов. Больше так уже не скажешь, хотя я лучше овладел ремеслом ловли рыбы на удочку, чем владел им тогда, и снасти у меня теперь получше. Поймать единственную рыбку в этой большой реке стало настоящим достижением». Он одобряет работу экологов и местных советов Вахау по восстановлению спрямленных изгибов его реки. Одно предприятие завершено в Россац-Арнсдорфе, расположенном рядом с питомником по разведению лосося Иосифа Фишера. Новое находится в стадии реализации в Гримзинге чуть выше по течению.

Ханнес Зеехофер ведет нас по каменистой тропе мимо бульдозеров, занятых на расчистке, а не на закапывании старицы реки. Эту площадку можно назвать скорее восстановительной, строительной. Как и в Орте (Ортан-дер-Донау), что не доезжая Вены, с местными землевладельцами заключили строгое соглашение по поводу того, чтобы предоставить Дунаю немного больше свободы на благо рыбы и дикой природы. Граф Шёнбюэль-ан-дер-Донау, который живет в замке напротив и владеет землей, настоял на том, что на случай подтопления его острова ему нужен мост для поездок на него хотя бы при низкой воде. Возведение этого объекта наполовину уже закончено, и воды Дуная хлынули в протоку, в которой их не было на протяжении ста лет. В течение шести недель после повторного открытия тока здесь в воде отмечены почти сорок видов рыбы, включая карпа и подуста, которыми питается лосось. Дунайский лосось входит в реку из притоков, но потребуется восстановление более продолжительного маршрута его миграции вверх по реке для устойчивости крупной популяции этого лосося в бассейне Дуная21. Работа уже практически завершена на другом изгибе, находящемся несколько выше по реке от первого поворота. «Когда построили большую плотину гидроэлектростанции выше по реке у города Мельк, уровень Дуная поднялся на два метра, и в эту протоку его вода перестала поступать. Ивы засохли, и на их месте выросли другие деревья пород твердой древесины – бук и ясень».

Останавливаемся, чтобы посмотреть на черный тополь. Но он совсем не такой раскидистый, как тот, что мы посетили в гостях у Георга Франка в Орте, но не меньший по росту и своенравности на вид. В Вахау их осталось всего-то штук сорок или пятьдесят. Биологи обнаружили под его корой редкого красного жука, которого долгое время в этой части Австрии считали вымершим. На середине реки, между островом и замком Шёнбюэль-ан-дер-Донау, из воды высовываются две скалы, известные сентиментальным местным жителям как Корова и ее Теленок. Они отравили жизнь капитанам многих судов – особенно тех, что шли вверх по течению.

Здесь находится самый узкий участок Дуная на всем его протяжении в долине Вахау. Во время абсолютного полноводья в начале лета глубина Дуная на этом участке может достигать десяти метров. В засушливые периоды глубина реки может сокращаться всего лишь до полутора метров, и тогда крупные суда здесь не появляются на протяжении нескольких недель. «Между плотинами здесь у нас остается только тридцать пять километров проточной воды, – говорит Ханнес. – Следующая электростанция находится дальше на двадцать километров, но ее водохранилище простирается по крайней мере на двадцать километров вверх по течению. Рыбе нужны укромные места, такие как новая извилина, которую мы восстанавливаем, в которой создаются условия для нереста. Одна из главных бед для рыбы в основном потоке – суда, особенно круизные лайнеры, отличающиеся повышенной скоростью. Их носовая волна смывает всю икру, что рыбам удалось отметать вдоль каменистых берегов». К созданию благоприятной среды обитания, подходящей для нерестилищ, ведут два пути: открытие проток и насыпка на берега гравия за пределами главного судоходного фарватера, чтобы у рыбы появились защищенные